Чтение онлайн

— Успеваете всюду, — сказал он.

— Успевает тот, кто никуда не торопится, — ответила Эдит. — В санатории я работаю по вторникам. С чем пожаловали?

Аякс кивнул со вздохом на выключенный компьютер.

— Жаль старика. Так нелепо…

— Не поздновато ли, — перебила его Эдит, — с соболезнованиями?

— Почему вы решили, что я соболезную?

— Потому что производите впечатление вежливого человека.

— Ладно, я вежлив и непунктуален. Но почему я должен соболезновать вам?

— Ну, хотя бы потому, что старик — имени которого вы даже не знаете — приходился мне родным отцом.

Аякс смущенно почесал лоб.

— Простите, ради бога. Я не знал. Даже не…

— Так с чем вы пришли? — снова перебила его девушка.

Аякс нерешительно оглянулся на стеллажи с архивными папками в смежном помещении и присел к столу с компьютером.

— Как вы думаете, агент Хассельблад — мой предшественник — был завсегдатаем водолечебницы только из-за этих всех… ванн и процедур?

— И вы шли к новому архивариусу, чтобы узнать у него про агента Хассельблада? — спросила в ответ Эдит.

Аякс задумчиво побарабанил пальцами по столу.

— Да, по привычке. Простите.

— В свои служебные дела и планы ваш предшественник меня не посвящал, — ответила Эдит. — Если вы об этом, конечно.

— Простите, — повторил Аякс.

— Но если хотите знать мое мнение, — продолжала Эдит, — то я уверена, что агента Хассельблада интересовали связи нашего штатного идиота в санатории с окружной прокуратурой. Как и вас.

— Вы имеете в виду Арона?

— Да.

— Так значит, все-таки прокуратура интересуется старухами?

— Нет.

— Ну, тогда этим их… змеиным культом?

— Нет.

— А чем же?

— Понятия не имею. — Эдит пристукнула по клавиатуре компьютера неподкуренной сигаретой. — Знаю одно: Арон передает им медицинскую информацию о всех пациентах лечебницы старше сорока лет.

Аякс с сомнением пересел на стуле.

— Зачем, скажите, прокуратуре эти… шпионские игры? Неужели Бунзен не может запрашивать информацию из санатория официально?

— Выходит, не может.

— А зачем прокуратуре пациенты старше сорока?

— Вот и спросите у Бунзена.

— Хорошо. В прошлый раз вы говорили, что Столовая Гора — один из самых молодых городов мира. А почему?

— Почему — что?

— Почему население города так молодо?

Эдит закурила.

— А это, думаю, как раз именно то, чем наша славная прокуратура интересуется по-настоящему.

— Вот. — Аякс приподнял указательный палец. — А говорили, что понятия не имеете.

Эдит прищурилась от дыма.

— Не приписывайте мне чужих заслуг.

— Вы о чем?

— Я всего-навсего озвучила ваш собственный вывод.

— Неужели я так невнимателен к себе?

— Именно.

Аякс вскинул брови:

— Что-нибудь еще?

— След помады.

— Где?

— На мочке уха. Справа.

— Ну, — Аякс отер ухо плечом, — это, думаю, не смертельно.

Эдит стряхнула пепел в бумажный стаканчик из-под кофе.

— Может быть…

Кожа на подушечках пальцев и на ладони у нее оказалась грубая, растрескавшаяся, ногти обкусаны, последняя фаланга безымянного пальца была заклеена пластырем, сквозь который проступали кровяные крапины.

— Агент Хассельблад бывал в архиве? — спросил Аякс.

Эдит кивнула.

— Как часто?

— Да не очень.

— И что смотрел?

— Финансовую отчетность местных предприятий.

— Я могу ее тоже взглянуть?

Эдит, пристроив сигарету на краю столешницы, принесла из соседней комнаты толстую картонную папку.

— Пожалуйста.

Аякс раскрыл увесистый скоросшиватель.

Под обшарпанной обложкой находились прошлогодние налоговые отчеты предприятий сферы обслуживания. Все фирмы заявляли об убытках. В финансовых документах водолечебницы красным маркером были подчеркнуты цифры обслуженных за прошлый год клиентов: местного проживания — 950, из других населенных пунктов — только 3. Между последними листами в папке оказался вложен какой-то плоский предмет. Это был компакт-диск в бумажном конверте. На конверте Аякс увидел начерканный все тем же красным маркером почтовый индекс главного Управления федерального агентства по безопасности, и понял, что это, скорее всего, было послание от Хассельблада. Улучив момент, когда Эдит отвлеклась на телефонный звонок, Аякс спрятал диск в карман.

По пути из муниципалитета он обнаружил «хвост» — черный пикап неотступно следовал за ним на расстоянии полквартала. Поколесив по городу и убедившись, что это действительно слежка, Аякс припарковался у полицейского участка и направился к своим преследователям пешком. Пикап дал задний ход и остановился ровно тогда, когда остановился Аякс. Судя по номерному знаку, автомобиль был зарегистрирован в Столовой Горе. Аякс сделал вид, что записывает номер на ладони, и поднялся в полицейский участок. Лейтенанта Бунзена он застал в его кабинете у окна. Следователь, точно в аквариум, подсыпал в горшок с кактусом какой-то порошок.

— Ваши? — Аякс указал Бунзену в окно на джип с преследователями.

Следователь, не убирая щепоти от горшка, выглянул на улицу.

— Кто? Вы о чем?

— Ребятки катаются за мной от мэрии по всему городу. Ваши?

Бунзен со вздохом отвернулся от окна.

— Зачем, скажите на милость, нам следить за вами?

— Значит, не ваши, — заключил Аякс.

Усмехаясь, следователь встряхнул пальцами.

— Слушайте, у меня есть прекрасная идея: может быть, ваши?

Дома, загнав машину в гараж, Аякс услышал за воротами короткий звук полицейской сирены. У калитки его ждал сержант Клапрот с большой коробкой конфет в руках. Полицейская машина с включенным проблесковым маячком и работающим на холостом ходу двигателем стояла почти вплотную к воротам. Черный пикап преследователей ждал на противоположной стороне улицы у перекрестка.

Клапрот попросил разрешения зайти во двор, закрыл за собой калитку и подал Аяксу открытую коробку — вместо конфет в ней были четыре новеньких снаряженных магазина и изъятый служебный кольт Аякса.

— Значит, все-таки ваши, — вздохнул Аякс, взяв пистолет.

Клапрот сгреб в горсть обоймы и, отдуваясь, затолкал пустую коробку в мусорную урну. Аякс молча смотрел на него.

— Это спецпатроны. — Сержант встряхнул обоймами и заставил Аякса взять их. — Пули со стальными сердечниками. Бьют навылет любой бронежилет.

Аякс развел полными руками:

— Зачем?

— Они нападают с наступлением темноты.

— Кто?

Клапрот, оглянувшись, покачал головой.

— Ваш дом — ваша крепость, агент. У нас в участке вы будете куда более уязвимы. Я не шучу.