Стоп, снято! Любовь в прайм-тайм (CИ)
Шрифт:
Новость Лиду обрадовала, но на душа всё равно болезненно подвывала. Все её мысли занимал один человек. Вернее, бог. Раз за разом она прокручивала в голове их последний разговор с Аполлоном и всё больше сомнений поселялось в её душе.
— Тебе не кажется, что мы слишком долго едем? — недовольство дриады вырвало девушку из запутанных мыслей.
— А ведь и правда, до храма ехать минут двадцать от силы, а мы катаемся уже больше часа.
Сложив ладони домиком, она тщетно попыталась разглядеть хоть что-то в окне, чтобы понять, где они едут.
— Вот-вот! Не знаю как тебе, а мне скоро понадобятся кустики, — смутившись, шепнула подружка невесты, от стресса выпившая все запасы мини-бара в салоне. — А ещё меня, кажется, укачало. Где только этот водитель права купил? Эй, — возмутилась она, когда колесо под её сиденьем наехало на очередную кочку, — не дрова везёшь!
Спустя минут пять машина остановилась. Хлопнула водительская дверь. Снаружи послышались тяжёлые шаги.
— Странно, а мне казалось, одно полено я всё-таки вёз, — съязвил водитель, заглядывая в салон.
Флора, первой поспешившая было на выход, чуть не влетела в ехидно усмехающегося Геркулеса.
— Ты?! — зло прошипела она, отшатываясь, и больно стукаясь макушкой о низкий потолок.
— Герк? — удивилась Лида. — Что ты здесь делаешь?
— Похищаю невесту и её занозу-подружку, — подмигнул он ощетинившейся дриаде. — Спрячь колючки, Фло. С тобой мы поговорим чуть позже. Наедине! — произнёс тише. — Лида, пойдём. Твой супруг ожидает тебя.
— Можешь передать Звереву, что я не выйду за него.
— Вот сама и передашь. Я вам не сова почтовая, — беззлобно огрызнулся мужчина, помогая девушкам выбраться наружу.
Обернувшись, они ожидали увидеть храм богини любви, но вместо него увидели знакомые домики и заборы.
— Что мы делаем на даче у дяди Яси?
Продолжая загадочно молчать, Геркулес подхватил обеих девушек под руки и повел к скрипучей калитке. Стоило ей отвориться, зазвучал свадебный марш, а сверху посыпалось конфетти. От неожиданности, Лида едва не запнулась о постеленную под ногами ковровую дорожку.
— Осторожнее, сестрёнка, — перехватил её под руку Владимир Волков.
— Володь, что происходит? — ошеломлённо прошептала Лида.
С двух сторон от ковровой дорожки стояли стулья и лавки, на которых расположились её самые родные и близкие люди. Родители, дедушка Яся, Марианна со своими рыжеволосыми подругами и их мужьями, Зарина с семьёй, Психея с мамой и бабушкой. Даже Аргоша с повязанным на шее золотистым бантиком занимал почётное место в первом ряду. Среди гостей, занявших места на другой стороне, Лида заметила тётушку Дину, Ареса и саму Афродиту. Рядом с богиней любви о чём-то шептался крупный светловолосый мужчина солидного возраста, чертами лица очень похожий на Аполлона.
Сам же Поля ждал её в конце дорожки под свадебной аркой, украшенной белыми и голубыми петуниями. Чёрный смокинг ему невероятно шёл. Голубые глаза с восторгом смотрели как Лида, борясь с нахлынувшим волнением, осторожно шагает к нему, опираясь на локоть брата. Девушка даже порадовалась, что длинная юбка платья скрывает её подрагивающие коленки. Рядом с Аполлоном широко улыбался Амур.
— Что здесь происходит? — шепотом спросила она, когда Владимир, доведя сестру до цветочной арки, отправился к супруге.
— Наша свадьба, — улыбнулся бог. — Настоящая. Считай, что с другой тебя похитили.
Он кивнул в сторону, и Лида заметила двух операторов шоу. Рядом с ними утирал скупую слезу Деметрий Нагов.
— Ничего не понимаю. Разве не Афродита на шоу объявила Зверева победителем?
— Он свой заслуженный приз в храме и получил. А вас мама уже давно благословила, — пояснил бог большой и чистой любви. — Мне осталось только закончить церемонию по всем правилам. Если все, конечно, согласны.
Лидия перевела вопросительный взгляд на Аполлона.
— Лида, прежде чем ты дашь свой ответ, я бы хотел признаться тебе. Я люблю тебя. Полюбил ещё в детстве. Вот только… глупый был. Стеснялся своих чувств и натворил ошибок, за которые теперь расплачиваюсь. Я хочу попросить прощения за все обидные слова, что наговорил тогда за твоей спиной. Надеюсь, однажды ты простишь меня за них. А сейчас я очень хочу, чтобы ты стала моей женой по всем правилам. Ты согласна выйти за меня замуж?
— Поль, я тоже виновата перед тобой и надеюсь, ты простишь меня тоже. Да, я согласна! Ведь я тоже тебя люблю!
Слезы покатились по щекам девушки. Обвив руками шею Аполлона, она зарылась пальцами в короткие волосы на затылке и сама первая поцеловала возлюбленного. А он не растерялся, притянул её плотнее к себе за талию, отвечая.
— Эм… Ну раз вы уже с поцелуев начали, тогда властью данной мне богиней любви, объявляю вас мужем и женой!
Взрывы салюта заставили молодожёнов ненадолго оторваться друг от друга и посмотреть в раскрашенное цветными огнями небо.
— Ой! Володя!
— Ай! Паша…
— Рома! Кажется, началось!
Роман Горынов, Павел Зубов и Владимир Волков в панике повскакивали со своих мест, и засуетились вокруг своих жён, которые, одинаково скривившись, одновременно схватились за круглые животы.
Эпилог
В роддоме Сказочного города очень удивились, когда у входа остановился свадебный лимузин, и трое мужчин на руках вынесли из него трёх рожениц.
Спустя несколько часов томительного ожидания у четы Зубовых появились на свет две очаровательные ведьмочки. Владимир Волков стал счастливым папой двух мальчишек. А у Златы и Романа Горынова родились долгожданные тройняшки.
Обо всём этом Владимир сообщил родственникам по видеосвязи, с умилением продемонстрировав уснувших на его руках сынишек.
— Любимая, я тоже таких крошек хочу, — шепнул Аполлон супруге на ушко, заставив её густо покраснеть. — Давай сбежим?
— Разве прилично оставлять гостей на свадьбе одних?
— Им и без нас весело. Нагов прикроет.
— Погоди, мне нужно кинуть букет.
— Только быстро, — пробурчал Аполлон, неохотно выпуская Лиду из своих объятий.
Василиск собрал всех незамужних девушек, которых на удивление набралось достаточно много, в одну кучку. Как ни старалась Лида, но высмотреть среди них белокурую макушку Флоры никак не получалось. Зато среди охотниц за букетом заметила её бабушку и тётушку Дину. Муза на пенсии и богиня плодородия бросали одинаково заинтересованные томные взгляды на дедушку Ясю.