Чтение онлайн

В темной нише имелся стол. Со всех сторон он был обнесен железными прутьями, чтобы сторож – рабочим местом которого этот стол и являлся – мог видеть все происходящее, но при этом находился как бы отдельно от посетителей. Жутковатое ограждение соорудили давным-давно, и электрическое освещение до ниши не доводили. Именно поэтому стол освещался небольшой керосиновой лампой, желтый свет которой растекался по правому краю и падал на стену, куда недавно прикрутили малюсенький радиоприемник.

В момент, когда Юнни блаженно заснула, сторож сделал шаг вперед, мгновенно попадая в тусклое, но все-таки освещение. Лица его было не разглядеть – на случай стрельбы ранить голову не представлялось возможным – но прорезь для глаз обнажала два цепких угля, что сейчас неотступно сверлили спящую гостью.

Он размышлял о ведьмах. За свою жизнь повидал их вдоволь и почти мгновенно определял способности и слабые стороны студенток. В отличие от взрослых особей, первокурсницы не успевали покрыться защитной броней: все их чувства и мысли были как на ладони. В какой-то момент, он и сам не помнил когда, сторож осознал, что все одаренные студентки делятся на “ушастых” и “глазастых”. Из первых получались отличные воительницы и охотницы. Они слышали дыхание леса, переливы рек и мысли живых существ. Кто в переносном смысле, а кто и по-настоящему. Вторые находили свое призвание в зельеварении и поиске. Внимательные и педантичные. Не приведи боже с такой повздорить. Любую мелочь извернет в свою пользу.

В том, что на диване лежит одна из таких одаренных, он не сомневался. Выдержать в таком одеянии почти полчаса и даже не лишиться пальцев – большой потенциал. Остался один вопрос: какой?

Она перевернулась, и кошки посыпались тучным буханьем. Юнни вскочила, озираясь по сторонам, и защебетала что-то вроде “простите”. Южный диалект в его доме звучал забавно, и сторож неожиданно для себя улыбнулся.

“Глазастая”, – решил он и вышел из своего укрытия.

– О, – смутилась Юнни, – спасибо, что приютили. И за шубу. И…

Он молча протянул ей записку и ключ. Юнни погрузилась в чтение, а сторож при этом вернулся к своему столу. Кошки последовали за хозяином и плавно расположились по полкам позади него.

– Еще раз спасибо, – оторвалась она от записки. – Мне уже пора. Тут написано, что я могу взять шубу, – она помолчала, ожидая ответа. Зря. – Я верну.

Надела на себя этот огромный кусок меха, прихватила чемодан и вышла из сторожки.

– До свидания, – донеслось из-за двери.

– Надеюсь, – еле слышно ответил сторож.

Он и не заметил, как пронеслась неделя. Узнал об этом, только – когда светящаяся от радости Юнни о том оповестила.

– Должно быть, это странно, что я уезжаю на выходные домой. Мне все-таки дальше всех добираться.

Неизвестно, чего она ждала, но методично делала паузы после каждой реплики.

– Вот и шубу вам верну, – она положила мех на диван, и толпа кошек тут же потянулась к мягкому и морозному покрывалу. – Знаете, мне дали дубленку, – Юнни показала на хорошенькую зимнюю форму. – В счет стипендии. Теперь не отверчусь. Завалю хоть один зачет и буду заперта в корпусе, банально из-за невозможности ходить по улице. А девочки сказали, что через месяц-полтора в ней будет жарко и нужно будет купить шерстяное пальто. Кажется, я разорена, – так звонко рассмеялась, что даже кошки приподняли головы от неожиданности. – Ну что ж… Я побегу. Я тепло одета, могу подождать на платформе.

Сторож взял со стола тонкую указку и ткнул в расписание.

– Демоническая сила! Но у меня в комнате висит совсем другой график.

Он повел указку чуть выше.

– Весеннее расписание. А то зимнее? Теперь ясно. Значит, у меня… Сколько у меня времени? Так. Получается около сорока минут. Не так уж и много. – Юнни расплылась в улыбке и стала расстегивать дубленку. – Тогда подожду с вами. Вы ведь не против?

Как будто он мог быть против. Сторож, как и заведено, ничего не ответил, а просто наблюдал, как она добралась до кошек и стала их тискать. Те тоже были не против. Еще бы.

– Кстати, сколько их у вас? Сегодня как будто больше. А может, я тогда спросонья не всех разглядела. Ой, знаете, у меня же есть кексы!

Она вскочила и достала из сумки бумажный пакет, от которого по комнате разлетелся запах свежей выпечки.

– Давайте, я вас угощу. Может, потом чаю попьете или еще чего. Я понимаю, сейчас неудобно, придется ведь снять эту штуку с головы.

Юнни положила на стол салфетку и пару кексов.

– Черничные. В местной кладовой я нашла только эти ягоды. Хотя, возможно, просто не сориентировалась, и там есть еще какие-нибудь дары леса. Понимаете, у нас ведь такое не растет. Решила племяшек порадовать. Бабушка наверняка пробовала. Когда-то она активно путешествовала.

Она достала еще один и откусила немного. Пудра осыпалась, и Юнни по-детски облизала пальцы.

– Я домой как раз к бабушке еду. Ваша академия всем хороша, но предмета по южным заговорам нет. Конечно, провинциально и не слишком мощно, но все-таки культура. Я, знаете, так просто от своей культуры отступать не собираюсь, – она откусила еще немного. – Вот и думаю, а что, если на неделе здесь, а на выходных дома поучиться. Много, конечно, времени в дороге теряется, зато какой результат. Да и поезд студенческий удобный. Поспать можно.

Тут она подавилась и закашлялась.

Сторож достал из шкафа графин с алой жидкостью и налил в высокий бокал. По сторожке разнесся густой аромат специй, а Юнни перестала кашлять.

– Это что? Самый настоящий глинтвейн?

Сторож почти неуловимо кивнул и протянул напиток.

– Ого. Я еще не пробовала. Во-первых, он алкогольный, во-вторых, у нас напитки холодные. Никому в голову не приходит пить что-то согревающее. – Юнни осторожно взяла бокал. – Спасибо.

Она отхлебнула, закрыв глаза, и еще долго блаженно думала о чем-то своем.

– А мне нравится. Это ведь вы делали? Очень здорово. Может, когда-нибудь расскажете рецепт, – она еще шире улыбнулась. – Шучу.

Юнни медленно пила горячий напиток, а старшая из кошек запрыгнула к ней на колени. Сторож косился на кошку, но та делала вид, что совершенно не понимает его намеков.

– Надоела вам, да? – спросила Юнни. – Просто мне неловко сидеть в такой давящей тишине.

Он повернулся к радиоприемнику и щелкнул выключателем.

Сторожка окрасилась эмоциональными дикторами имперского радио. На этой волне выступали в основном не связанные с магией, а потому на Юнни обрушился поток главных новостей и сплетен недели. Она притихла и больше не пыталась заговорить со сторожем. Впервые за много лет избавиться от назойливого общения было так неприятно. В голове его даже мелькнула мысль рвануть провод приемника, чтобы Юнни продолжила к нему приставать с расспросами. Сторож и сам подивился такой странной идее и просто скрылся в своем темной углу. Хотя, так и не смог заставить себя не наблюдать за гостьей. Оставшиеся минуты пролетели в молчаливой слежке, которую прервал гудок приближающегося поезда.

– Ну, я пойду? – спросила Юнни, как будто в этом был смысл. – До свидания.

Юнни приехала в понедельник утром. За час до первой лекции. И в первую очередь она помчалась не в свою комнату готовиться, а в сторожку. Хотела поздороваться и заодно угостить пушистиков.

– А я кое-что привезла! – она достала из сумки керамический термос деревенского вида, и сонная братия потянулась к ее ногам. – Всю молочку, оказывается, везут аж с Аурульских равнин. Наверняка вам не достается. – Юнни обратилась к сторожу. – Простите, у вас не найдется какой-нибудь мисочки?