Стоящие на краю
Шрифт:
Демьян заморозил её взглядом, но у смертницы иммунитет к угрозам.
– В жизни Кирюши есть один очень значимый человек. Пусть они видятся не так часто, как хотелось бы, но Демьян был и остаётся для Кирилла горячо любимым и дорогим человеком. Добро пожаловать в нашу семью, Демьян!
Засранка!
Нутро пекло так, будто его пилили колючей проволокой.
Собравшиеся смотрели на Демьяна с умилением, только усмешка Архипова внесла приятное разнообразие.
Кирилл рассмеялся.
– Демьяна приводили к нам домой раз в неделю, это был для меня праздник. Перед его уходом я плакал, а он каждый раз обещал: «Я вернусь через шесть машинок». Мы вместе ставили игрушечные машинки у двери. Каждое утро я убирал одну и считал, сколько осталось до его прихода. Так я научился считать.
Собравшиеся ждали реакции Демьяна, смотрели на него, как на грёбаного героя.
Тишина давила на барабанные перепонки, даже ошалевшие от сладкого близнецы перестали визжать.
Это невыносимо, эту мыльную оперу надо взорвать. Напомнить всем, кто он такой. Демон.
Демьян повернулся к Архипову и, показав взглядом на симпатичную официантку, спросил:
– Здесь поблизости сдают комнаты?
Он сказал это достаточно тихо, чтобы не слышали дети, но достаточно громко, чтобы шокировать остальных. Особенно Дарси. Он висит на мушке у её папаши, а она, видите ли, лезет в душу! Пусть наконец поймёт, какой он, Демьян, – хуже некуда.
Собравшиеся не успели возмутиться, потому что Архипов громко рассмеялся.
– Ох, Дарси! Демьян напомнил мне о твоей первой любви. Сколько тебе было? Лет пять-шесть? Ты пришла домой с прогулки и заявила: «Где здесь поблизости можно купить квартиру? Мы с соседом Димкой решили пожениться». Помнишь?
Слишком возмущённая, чтобы смеяться, Дарси хмыкнула. Зато остальные отвлеклись, даже Кирилл рассмеялся. Архипов возмущённым не казался, наоборот, он смотрел на Демьяна с одобрением, и это злило больше всего. Он показывает, что позволит ему всё что угодно, если они будут играть в одну игру.
Минут через двадцать к Демьяну подошёл официант.
– Вас ждут.
Недоумевая, он последовал за официантом в комнату с кожаным диваном и видом на вечерний город. Следом зашла заинтересовавшая Демьяна официантка.
Как и когда Архипов успел это устроить, неизвестно. Возможно, одного его взгляда было достаточно. Затянув резинкой куцый хвостик, девушка пробежалась по Демьяну ничего не выражающим взглядом и потянулась к его ширинке.
За окном загадочным шифром мелькали огни. Где-то и для кого-то жизнь была нормальной, обыденной даже. Пачкая ботинками кожаный диван, Демьян вытянул ноги. Официантку он выпроводил сразу, сунув ей несколько купюр. Эту подачку Архипова он не примет, но с другими будет сложнее.
Обратно идти не хотелось. За праздничным столом невозможное сочетание самой глубокой искренности и самой отвратительной лжи, и от этого тошно. Однако игра есть игра, её не бросают во втором акте. Поэтому, подойдя к ВИП-салону, Демьян расстегнул ширинку и сунул руки в карманы. Кивнув официантке, он сел на место, с удовлетворением заметив, что и брат, и Дарси заметили расстёгнутую ширинку. Официантка не ответила и не покраснела. Возможно, она не проститутка, по крайней мере, не по собственному желанию. Возможно, у неё нет выбора.
Говорят, выбор есть всегда. Это не так. Смерть – это не выбор, а капитуляция. По крайней мере, Демьян хочет в это верить. Ему удобно притворяться, что Архипов угрожает ему чем-то ужасным, смертельным даже. Намного легче быть негодяем, объясняя это тем, что в противном случае тебе грозит нечто страшное.
После празднования помолвки Демьян завалился в бар, где отсидел до закрытия, пока из головы не испарились трезвые мысли. Только тогда он вернулся в гостиницу. На кофейном столике он нашёл папку. Жёлтую, из плотного картона. Сначала думал, померещилось, но нет, лежит, появилась здесь в его отсутствие.
Неловким движением Демьян стряхнул папку на ковёр. Наружу выскользнула печатная страница с таблицей, разделённой на категории – еда, спорт, цветы, музыка и прочее. В каждой категории две графы – «любит» и «не любит». Предусмотрительный господин Архипов поделился полезными фактами о дочери.
«Любит» – фигурное катание, пиццу, салями, авокадо, черешню, эклеры, весну, синий цвет, ирисы, тюльпаны, собак, музыку Грига…
«Не любит» – бананы, сыр, пельмени, траур, лилии, гладиолусы, колоратурное сопрано, пингвинов…
Алкогольное забытьё оторвало Демьяна от чтения. Он рухнул на ковёр и отключился. Его мучали беспокойные сны. В них пингвины катались на коньках, ели пиццу и пели пронзительным сопрано. На их фоне то и дело появлялось лицо замечательной Дарси, уплетающей авокадо.
Очнувшись посреди ночи на полу, заледеневший, с шишкой на лбу, Демьян поклялся с сегодняшнего дня взять себя в руки.
Глава 6
Взять себя в руки не удалось. Не то, чтобы Демьян не старался, но похмелье помешало, да и за ночь проблемы себя не исчерпали. Скорее обострились. С утра ему напомнили, что пора договариваться о продаже агентства. Дескать, они и так долго ждали наследника, и терпение на исходе.
Из двух зол приходится выбрать Архипова, но вступать в игру без козырей не дело. Нужна зацепка, ниточка, чтобы ухватиться и вытянуть наружу секреты отца Дарси, его скрытые слабости. Иначе их «сотрудничество» превратится в рабство.
Секреты и слабости есть у всех, это факт.
Открыв компьютер, Демьян вбил имя замечательной Дарси в поисковик. Как будто ему не хватило кошмаров с поющими пингвинами! Может, сказать ей правду про отца? Это будет феерично… Архипов найдёт способ выкрутиться, Дарси простит папочку, а Ерёминых сотрут из переписи населения. Была семья – и нет.
Как соблазнить женщину, влюблённую в твоего брата? Особенно если соблазнять её не хочется. Дарси не уродина, есть за что ухватиться, волосы длинные на кулак намотать. Глаза цвета… хрен знает какого, но с каких это пор Демьяна волнуют глаза? Его волнует другое: Дарси не место рядом с ним. Архипов прав, она во всём ищет хорошее, да и Кирилл тоже. Она даже не поинтересовалась, что за приданое даст ей отец. А вот Демьяну любопытно, сколько денег дают золотым наследницам. Он не для себя интересуется, а так…