Чтение онлайн

Илья спустился с крыльца им навстречу и завел пилу.

– Выключи свою тарахтелку, урод!
– крикнул один из них.

Илья пропустил его слова мимо ушей.

– Мы все равно тебя возьмем, только хуже будет!

Интересно, что значит «хуже»? И как в таком случае выглядит «лучше»? Илья повернулся спиной к стене избушки - по крайней мере, никто не зайдет сзади.

Они обошли его с трех сторон. Одного удара арматуриной по шине достаточно для того, чтобы пила сдохла, это же не тяжелый «Урал», это маленький, нежный «Штиль». Один попробовал приблизиться, но Илья нажал на курок и повернул цепь в его сторону - нападавший отскочил назад, не успев как следует замахнуться. Боятся. Второй в эту секунду размахнулся и прыгнул на Илью, но тот выскользнул из-под удара, уводя пилу в сторону и вниз. Нападавший, спасаясь, неловко отпрыгнул и потерял равновесие.

Илья еле успел прикрыться пилой от следующего удара, спереди. Шина ударила арматурину не поперек, а наискосок, почти вдоль, лязгнула несколько раз оглушительно, выпуская сноп искр, - парень не удержал арматуры в руках, силищи в легком «Штиле» было немало. Справа в воздухе свистнул металлический стержень, Илья благополучно пригнулся и повторил маневр с выбиванием арматуры из рук. На этот раз лязг оглушил его самого, но парень выпустил из рук свое оружие, поскольку испугался, что ревущая цепь коснется его пальцев. А что? «Штиль» тоже что-то может!

И тут Илья увидел, что один из нападавших идет на него с голыми руками и слегка посмеивается, - этого Илья испугался. Даже спасая свою жизнь, он не сможет пилой полоснуть по человеческому телу. Это выше его сил. Он скорей позволит убить себя.

Тот парень, который стоял напротив, заметил его неуверенность и кинулся вперед. Илья махнул пилой, описывая широкую дугу, но парень шел напролом. Еще шаг, и бешено вращающаяся цепь упрется ему в грудь… Илья отступил, прижавшись к стене, выигрывая полсекунды, и в последнее мгновение отдернул пилу в сторону.

Торжество, появившееся было на лице противника, в следующую секунду сменилось недоумением, и Илья увидел, как что-то дернуло его назад и вниз. Под ногами парня разверзлась огромная воронка, и щебень зашуршал в ней, как галька в прибое. Будто земля открыла пасть и сделала вдох. Илья прижался к стене всем телом, выронив пилу, которая с рычанием замерла у его ноги, словно преданная собака. Земля дрожала и грозила выскользнуть из-под ног.

– Помогите!
– коротко крикнул нападавший, увязая в земле, как в трясине, и хватаясь за шевелившиеся камни - воронка втягивала его все глубже, сдавливая грудь.
– Нет!

Двое его товарищей смотрели на него широко раскрыв глаза. Под одним из них земля дрогнула и зашевелилась - он испустил жуткий крик и бросился бежать. Второй кинулся к джипу без звука, но по дороге упал и закричал тоже, накрыв голову руками.

Парень, затянутый в воронку, сопротивлялся молча: то ли не хотел тратить силы, то ли онемел от страха. Он был похож на тонущего в болоте - каждое движение только глубже погружало его в землю. Его друзья тем временем добрались до джипа, и Илья услышал, как взревел мотор, - они уезжали на задней передаче, побоявшись развернуться.

Илья выдохнул и потрогал ногой щебенку перед собой - она была неподвижна. По лбу скатилась капля пота, и он вытер ее рукавом.

Его противник, присыпанный щебенкой, хотел освободиться, отчаянно разгребая вокруг себя камни, но дело не двигалось: парень срывал ногти и жалобно скулил.

Илья присел на корточки.

– Ну что? Как тебе это понравилось?
– спросил он с нервным смешком.

Карие глаза наполнились слезами, и Илья увидел на висках синие пульсирующие жилки.

– Помочь тебе, что ли?
– усмехнулся Илья.

Парень моргнул. Он был совсем молодой, не больше двадцати пяти лет.

– Вот и отлично. Серый!
– крикнул он.
– Открывай!

Какое счастье, что ни одно окно избушки не выходило в сторону крыльца! Не стоило ребенку смотреть на то, как это произошло.

Сережка только и ждал сигнала, поэтому мгновенно выскочил на крыльцо.

– Лопату неси. Там в бытовке валяется.

Парень благодарно кивнул и зажмурился. С лопатой дело пошло побойчее - уже через четверть часа удалось поставить пострадавшего на ноги, только он боялся шевелиться и хватал Илью за шею, будто утопающий.

Поскольку спиртного в избушке не было, отпаивали благополучно извлеченного из земли чаем. Первое слово, которое он выговорил, было все-таки «Спасибо».

Заходя в избушку, Илья подхватил пилу и поковырял пальцем цепь: может, Володька и смог бы с ней что-нибудь сделать, а без Володьки цепь придется выбросить.

Разумеется, Петухов не купил участка! Ника нисколько в этом не сомневалась. После того как отец Артемий не приехал святить дом, она еще надеялась на батюшку, которого пришлет Алексей, но не особенно верила в то, что без обряда освящения хоть один клиент согласится здесь что-то купить.

Как назло, Петухов, как и большинство покупателей, был восхищен домом и пожелал купить готовый сруб с условием, что его разберут и перевезут на другое место. Будто какая-то магия была в этих срубах, которые делал плотник! Ника не удивилась, когда Алексей рассказал ей, что Петухов захотел посмотреть на плотника, который своими руками может создавать такую красоту. Алексей сопротивлялся как мог, но отказать не посмел.

Проводив Петухова, он вернулся мрачнее тучи. Ника частенько видела его раздраженным: дома он не стеснялся взрываться и кричать на того, кто подвернется под руку. Она понимала, что ему необходима разрядка, поскольку на людях он не мог позволить себе такого, и прощала мужу эту слабость. Но сейчас это не лезло ни в какие рамки!

В конце концов Алексей заперся в своей спальне и не выходил оттуда до вечера. Только часов в восемь спустился поужинать и спросил Нику, не приезжал ли кто к нему. Никто не приезжал. На въезде в Долину, правда, помаячил несколько минут какой-то черный джип, и Ника сообщила об этом Алексею. Он несколько раз пытался до кого-то дозвониться, а утром уехал до того, как Ника проснулась.

Ника же ждала священника и уповала на него больше, чем на приезд Петухова. Нет, она уже не чувствовала ни волнения, как перед появлением отца Артемия, ни подъема, ни детской радости. После встречи с отцом Феофаном она с сомнением относилась к приезду батюшки и собиралась хранить холодное спокойствие.

Священник приехал точно в срок: к одиннадцати утра. Ника не смотрела на дорогу, ожидая его появления, - на этот раз девочки сообщили ей, что у рекламного щита остановилась чья-то машина.

Отец Андрей неожиданно понравился Нике. Он был постарше отца Артемия, лет пятидесяти, пухлый, как сдобная булочка, с розовым улыбчивым лицом, с ямочками на щеках и округлыми маленькими руками.

– Здравствуйте, матушка!
– он вышел из машины, увидев Нику, и она заметила за рулем его мерседеса здоровенного детину в рясе и черной шапочке.