Чтение онлайн

– Кошев, ты настоящий мужчина. Ты это на самом деле можешь. Теперь я в этом убедился, хоть в зубы ты и не попал.

Из носа побежала кровь.

Он не испугался. Я не знаю, о чем он думал в ту минуту, на что надеялся, но он не испугался! Может быть, это из-за нас? Из-за того, что мы смотрели на него и ожидали отваги и непобедимости? Прикройся он маской, и маска бы давно с него слетела. Но, видимо, его собственное лицо было не так просто втоптать в грязь: готовность кидаться в драку, не думая о последствиях, и сумасшедшую гордость, иногда приводившую его на грань безумия. Моргот никогда не анализировал своих чувств, он не умел ими пользоваться и, наверное, не подозревал, что ненависть и страх плохо друг с другом совместимы.

– Теперь, Громин, когда ты это понял, - невозмутимо продолжил Кошев, - сделаем для тебя небольшую паузу. Который из твоих мальчиков самый хорошенький, а? Кого из них ты пользуешь с большим удовольствием? Я в таких вопросах готов доверять тебе целиком и полностью.

Кошев прошел по подвалу, делая вид, что внимательно нас разглядывает. А потом присел на корточки перед Первуней и показал ему козу.

– Вот этот, самый маленький, правда, Громин? Очень аппетитный. Иди ко мне, детка, не бойся.

Я не понимал, о чем говорит этот гад, но мне показалось, что он хочет сделать с Первуней что-то ужасное. Изуродовать его или даже убить. Я слышал про маньяков, которые охотятся на детей: все они делали с детьми какие-то страшные вещи перед тем как убить - резали на кусочки, например. Крик Бублика только подтвердил мои опасения. Первуня же прижался к стенке еще сильней и спрятал руки за спину.

– Не бойся, детка. Снимай штанишки. Дяденька добрый, он купит тебе мороженого.

Моргот выругался громко и грязно, попытался встать, дернул руки в стороны - на лице его было самое настоящее отчаянье. Но один из «помощников» Кошева ногой сбил Моргота на пол вместе со стулом, к которому тот был привязан.

– Громин, что ты так разнервничался?
– улыбнулся Кошев, оглядываясь.
– От мальчика не убудет.

Дверь в подвал распахнулась неожиданно, никаких шагов по лестнице мы не слышали. И я едва не заорал «ура», когда увидел на пороге Макса. Я думаю, он давно стоял под дверью и слушал, что происходит!

– Хватит, - сказал Макс то ли присутствующим, то ли самому себе.
– Поиграли и будет.

Первого же «помощника», попытавшегося оказать ему сопротивление, он одним ударом отправил в глубокий нокаут.

Это была очень красивая драка. Я после этого видел немало боксерских поединков, но никогда они не производили на меня такого впечатления. Макс, боксер в тяжелом весе, расправился с двумя крепкими парнями, как с кутятами. Он, похоже, не пропустил ни одного удара! Я попытался крикнуть от восторга, но от этого меня едва не стошнило.

В это время Силя, который еще не поднялся с пола, но уже успокоился, быстро-быстро подобрался к Морготу - как санитарка к раненому на поле боя - и принялся развязывать ему руки, помогая себе зубами. Моргот вскочил на ноги прыжком в ту секунду, когда Кошев выбежал за дверь.

– Стой, сука!
– взревел Моргот и кинулся за ним следом.

– Куда?
– крикнул Макс ему в спину.
– Ну куда, придурок!

Мне очень хотелось, чтобы Моргот догнал этого гада! Мне так этого хотелось! Но Макс оставил в покое и без того слабо защищавшихся «помощников» и побежал догонять Моргота. «Помощники», оставшись без предводителя, переглянулись, похлопали по щекам своего товарища и ретировались - это произошло очень быстро. Или у меня кружилась голова, отчего происходящее то растягивалось во времени, то сжималось? Потому что я не помню, кто развязал Бублика, - помню только склонившееся надо мной его лицо.

– Килька, - голос Бублика дрожал, - Килька, ты чего? Ты не умирай, Килька…

Я хотел расхохотаться и щелкнуть его по носу, но вместо этого меня-таки стошнило.

Макс буквально затолкал Моргота в подвал, пихая его в спину, - Моргот оглядывался и огрызался. Все лицо у него было в крови, он время от времени вытирал глаз рукавом рубахи и шмыгал носом, запрокидывая голову.

Меня к тому времени Бублик перетащил на кровать и заботливо поставил рядом тазик. Силя совсем не мог ходить, и пол вытирали Бублик с Первуней.

– Развоевался, - ворчал Макс.
– Хочешь теперь в обычной тюряге посидеть пару лет? Он тебе это быстро устроит!

– Да я бы его убил!
– рыкнул Моргот.

– Тоже неплохо, - кивнул Макс, усаживая его на стул.
– Посиди, я на детей сначала посмотрю.

– Килька головой ударился, - тут же поднял лицо Бублик, возивший тряпкой по полу, - его даже вырвало!

– Это нехорошо… - покачал головой Макс.

– Его в живот ударили!
– поддакнул Первуня.
– И он упал и головой ударился.

– А Силя ногу сломал, - добавил Бублик.

– Посмотрим, - кивнул Макс.

– Какого черта ты там так долго стоял?
– спросил Моргот, когда Макс сел на мою кровать и потрогал мне лоб.

– Завтра тебя снова потащат в военную полицию и спросят, кто это был. Тебе это очень понравится? Я надеялся, ты сам справишься.

– Ага! Надеялся он!
– фыркнул Моргот.
– А на прилет инопланетян ты не надеялся? Прилетят и побегут мне на выручку!

– Килька, каким местом ты ударился?
– Макс сунул руку мне под голову.
– Затылком?

– Я не знаю, - промямлил я.

– Затылком. Вот шишка. Ты сознания не терял?

– Неа, - неуверенно ответил я.

– Ты бы еще на божественное провидение надеялся, - злобно шипел Моргот за столом.

– Будем надеяться, это только сотрясение, - Макс не обращал на Моргота внимания.
– Лежи в кровати, не скачи, и все пройдет. Моргот тебе завтра таблеток купит. Но если утром станет хоть немножко хуже, сразу скажи Морготу, он покажет тебя врачу.

Макс погладил мне лоб, убирая волосы назад, и пересел на кровать к Силе.

– Показывай свой перелом.

Силя с готовностью откинул одеяло.

– Как ты вообще здесь оказался?
– Моргот не желал прекращать разговор с Максом.

Макс соединил ноги Сили вместе и долго смотрел на них с разных сторон. Потом зачем-то потрогал щиколотку, хотя синяк был под самой коленкой.

– Я думаю, это сильный ушиб, не перелом. Ну, или трещина. Бублик, у вас в морозилке лед есть?

– Я с тобой разговариваю!
– рявкнул Моргот.
– Что ты здесь делал, а?

– У нас есть мороженая курица, - отозвался Бублик, - и еще дрожжи Салеха.