Чтение онлайн

— Сделай это, — приказал Лайонел, не обращая внимания на мои слова, и пустая глазница Варда двинулась к другому глазу, встретившись посередине и слившись в одну большую сферу в центре его лица. Хотя с той стороны, где он потерял свой теневой глаз, глаз был поврежден. Он был налитым кровью и покрыт уродливыми красными и синими венами, которые, казалось, причиняли ему дискомфорт, когда он моргал.

Он потянулся ко мне, его ладонь прижалась к центру моего лба, и я инстинктивно поставил ментальный блок против него, но это была хрупкая конструкция, уже подвергшаяся стольким попыткам сломать ее, что я понял, мое время вышло.

Я держался так долго, как только мог, прилив его силы разбивался о мои ментальные щиты, рев вырывался из меня, когда я отдавал все последние крохи энергии в своем теле для выполнения этой единственной задачи. Но это было бесполезно. Как вода, прорвавшаяся сквозь плотину, мои стены рухнули, и Вард ворвался в мою голову, его сила жадно ворвалась в меня, и он удовлетворенно хмыкнул, завладев моими мыслями.

Я пытался скрыть все видения, в которых были те, кого я любил, но он был готов к этому, вцепляясь в них каждый раз, когда я делал такие попытки, и заставляя их выходить на передний план моего сознания. Я с ужасом наблюдал, как он принимал их, забирая в свой собственный разум и бормоча: «Да, да, да», — забирая все, что я предвидел, всасывая это в себя, словно какой-то ужасный вакуум, полыхающий в моей голове.

— Остановись, — рычал я, борясь со своими оковами, но я ничего не мог сделать. Тошнота навалилась на меня, и я задрожал от его силы, пока он брал, брал и брал.

— Наконец-то, — с облегчением сказал Лайонел, его жаждущий голос был ближе, чем раньше. — Забери все, Вард. Не оставляй ни одного видения.

— Но это может убить его, сир. Он уже слабеет, — сказал Вард как раз в тот момент, когда меня охватил припадок, мои конечности стали жесткими, и по ним прокатились волны боли.

— Я сказал, забирай все, — огрызнулся Лайонел. — Если ты убьешь его, я вырву твою печень и скормлю ее тебе. Это достаточная мотивация?

— Д-да, сир, — в страхе заикался Вард, его сила все глубже вдавливалась в мою голову.

Я чувствовал, что смерть приближается вместе с ней, звездный свет мерцал на моей периферии. Мне оставалось только превратиться в него, и можно было шагнуть за Завесу. Я быстро терял сознание, звёздный свет становился ярче, а шёпот небесных существ, управлявших мной, приближался.

Прими сердце, сын судьбы.

Голос звезд был подарен мне вместе с частицей силы, за которую я ухватился из последних сил, не понимая, почему они вообще решили предложить мне что-то сейчас. Но я не собирался задаваться этим вопросом, когда висел на грани смерти.

Где-то между болью и темнотой я снова обрел жизнь. Я распахнул глаза без понятия, сколько времени прошло, но Вард уже стоял на коленях, широко раскрыв рот и смотря в мои видения. Рука Лайонела находилась на моем плече, исцеляющая магия устремилась от него ко мне, и, несмотря на отчаянную потребность в ней, я с проклятием отпрянул от него.

— Ты видишь местоположение повстанцев? — нетерпеливо спросил Лайонел.

— Они на острове, сир, — взволнованно ответил Вард. — Но… ох…

— Что там? — зашипел Лайонел.

— Они движутся наугад, направляя остров то в одну сторону, то в другую, чтобы избежать предсказания, — сказал Вард, вздрагивая в ожидании удара, которого не последовало. — Возможно, Габриэль со временем увидит больше.

Лайонел прищелкнул языком, встал передо мной и холодно посмотрел на меня. — Я не могу допустить, чтобы ты сошел с ума, Габриэль. Поэтому у меня есть для тебя уникальная возможность сегодня утром. Солнце должно взойти чуть меньше чем через час. К счастью, именно на это время я запланировал торжество для прессы.

— Нет, — задохнулся я, когда увидел, что он подразумевает.

— Да, — его губы жестоко скривились. — Некоторые из захваченных нами мятежников были совершенно бесполезны для короны. Их разумы хранили очень мало полезных воспоминаний, и для них, как для предателей, осталось только две судьбы. Более перспективные субъекты были отобраны для специального… проекта, которым мы занимаемся. Я прикажу доставить тебя в амфитеатр для казни всех остальных в благодарность за службу своему королю. — Он отвернулся от меня, схватил Варда за плечо и потащил его из комнаты, дверь с грохотом захлопнулась за ними.

Моя голова безвольно упала вперед, дыхание стало тяжелым, а сердце тяжело стучало в груди. Я всех подвел. Возможно, мне следовало покончить с собой до того, как Лайонел забрал меня, потому что если они найдут способ использовать мои видения против моей семьи, то именно из-за меня они могут оказаться в ранних могилах.

Я издал мучительный вопль, мои мышцы вздулись, когда убийство пропело мое имя. Если бы только я мог найти способ убить этого чудовищного Дракона. Если бы только звезды дали мне ответ, который убьет его прежде, чем он сможет вырвать то самое видение из моей головы и узнать о своей гибели вовремя, чтобы остановить меня.

— Дайте мне шанс. Я умру за него, если придется. Один гребаный шанс, — потребовал я у звезд, но они были смертельно тихи.

Дверь снова открылась, и через нее проскочили два крупных Дракона-перевертыша в своих формах фейри, чтобы развязать меня и утащить за собой. Я не пытался сопротивляться, будучи слишком слабым, чтобы что-то сделать, кроме как позволить им тащить меня по роскошным коридорам дворца, пока в конце концов мы не вышли наружу.

Небо побледнело от наступающего рассвета, и я взглянул на звезды, которые начали исчезать с ночного неба, тихо наблюдая за происходящим из своего темного гнезда. Когда-то мне говорили, что звезды беспристрастны, что они наказывают нас, только если мы вызываем их гнев, но я не мог понять, чем я заслужил это. Единственное, что меня утешало, — это то, что в моей жизни бывали моменты, когда все казалось невероятно безнадежным, но в конце концов звезды дарили мне свет. Были ли передо мной еще пути, которые могли бы предложить нам спасение? Или я оказался на последнем доступном мне пути, и все огни вокруг меня погасли, оставив меня в кромешной тьме?

Меня привели в амфитеатр, его высокие, изогнутые каменные стены возвышались надо мной сквозь мрак, прежде чем меня втащили через деревянную дверь у его основания.

Меня обдало холодом, воздух был сырым, а путь вперед освещали горящие факелы на стенах. Где-то за мрачным проходом, в котором я находился, заключенные кричали и молились звездам — звук нашего приближения разбудил их. Мое сердце забилось втрое быстрее, когда мы миновали коридор, и я увидел запертых в камерах повстанцев, руки в наручниках тянулись сквозь решетку, а дикие, испуганные глаза встречались с моими. Но мне нечего было им предложить, я не мог дать им убежище.

— Где моя жена? — кричал мужчина. — Ее зовут Мэри! Они забрали ее — куда они ее забрали?

Вспышка яркого света и злой магии пронеслась в моем сознании: женщина, привязанная к столу, умоляющая о пощаде. Она исчезла так же быстро, как и появилась, желчь покрыла мой язык, а мои конечности задрожали, когда видение исчезло.

Меня подняли по каменным ступеням, затем вывели в центр амфитеатра на площадку с широким песчаным кольцом и каменными сиденьями вокруг него.

Драконы подтащили меня к клетке из ночного железа с одной стороны кольца, отперли ее и втолкнули меня внутрь. Мои ноги подкосились, и я упал на землю, когда за мной с грохотом захлопнулась дверь, оставив меня в одиночестве.