Чтение онлайн

121

Геннингс, Август фон; он же, ниже, Музагет (один из его псевдонимов) и Бывший гений своего времени («Гений своего времени» – название одного из сборников стихов Геннингса) – публицист, порицавший классическую эстетику Гёте и Шиллера как чуждую духу христианства.

122

Намек на манию Николаи во всем видеть происки иезуитов.

123

Журавль – Лафатер, писатель-романист и богослов; в юности друг Гёте, ко времени написания этой сцены был ему неприятен своим восторженным мистицизмом и ханжеством; Гёте называет Лафатера Журавлем за его «журавлиную» походку.

124

Светский человек – то есть человек с мозгами, не замутненными религиозными или псевдонаучными предрассудками; Гёте имеет здесь в виду самого себя.

125

Догматик – сторонник докантианского философского догматизма.

126

Идеалист – в первую очередь, видимо, Фихте, но также и все сторонники идеалистической теории познания, для которых внешний мир существует только в их мозгах и которые посему не знают, как отнестись к окружающей их чертовщине

127

Реалист – здесь реалист эмпирического толка

128

Супернатуралист (убежденный в существовании сверхчувственного мира) – по-видимому, философ Фридрих Якоби

129

Скептик – здесь последователь английского философа-скептика Юма.

130

Падающая звезда – Имеются в виду проходимцы, всплывающие на поверхность в эпохи крупных исторических переворотов и низвергаемые ходом исторических событий.

131

Единственная прозаическая сцена, сохраненная Гёте в составе «Фауста». Написана до 1775 года. // Критика здесь отмечает хронологическое несообразие: в ночь убийства Валентина Мефистофель говорит, что Вальпургиева ночь должна наступить послезавтра. Сцена «Пасмурный день» разыгрывается утром после Вальпургиевой ночи: она, таким образом, отделена от ночи убийства Валентина всего тремя днями. За эти три дня происходят следующие события: Гретхен родит ребенка, топит его в реке, затем она «долго блуждает», берется под стражу, судится как детоубийца и приговаривается к смертной казни – события, в три дня явно не вмещающиеся, поэтому прав один из видных комментаторов «Фауста», известный историк философии Куно Фишер, предлагающий, приступая к чтению этой сцены, «забыть о хронологии». Вальпургиеву ночь надо мыслить символически, как длительный период, в течение которого Мефистофель стремится всеми доступными ему способами отвлечь Фауста от забот и беспокойства о Маргарите.

132

Написано до 1775 года. // Эшафот и вообще место казни, по средневековому представлению, является «нечистым местом». Ведьмы, колдующие у эшафота («кадят перед плахой, кропят эшафот»), пародируют католическое богослужение. // Образ мчащихся сквозь ночь Фауста и Мефистофеля запечатлен известной гравюрой французского художника Делакруа, о которой Гёте восторженно отзывается в беседах с Эккерманом.

133

Сцена в настоящем ее варианте является позднейшей поэтической обработкой прозаической сцены, написанной еще до 1775 года. Из изменений, произведенных в этой сцене, стоит отметить прибавление (в окончательной редакции) ранее отсутствовавшего возгласа: «Спасена!» (Голос свыше.) Пение обезумевшей Гретхен напоминает песню Офелии в четвертом действии «Гамлета».

134

Маргарите кажется, что песня «Чтоб вольнее гулять, // Извела меня мать» сложена про нее.

135

При совершении казни звонили по обычаю, сохранившемуся до конца XVIII века, в так называемый «колокол грешников»; по прочтении приговора судья ломал палочку в знак того, что пора приступить к казни.

136

Вторая часть «Фауста» состоит из пяти больших действий, связанных между собой не столько внешним, сюжетным единством, сколько внутренним единством волевого устремления героя. Нигде в западной литературе не сыщешь другого произведения, равного «Фаусту» по богатству и разнообразию форм – метров, строфики, ритма.

137

Эта сцена открывает первое действие второй части «Фауста», законченное в 1830 году. С первой частью трагедии она связана намеком на перенесенное Фаустом испытание: «Смирите в нем свирепый пыл борьбы, // Смягчите боль жестокого упрека, // Изгладьте память ужасов судьбы».

138

Согласно римскому времяисчислению, ночь делилась на четыре части.

139

Оры – в греко-римской мифологии богини времени, охраняющие небесные врата, которые они с грохотом растворяют, пропуская солнечную колесницу Феба-Аполлона.

140

Этот монолог Фауста написан терцинами. Солнце воспринимается Фаустом как символ вечной и абсолютной правды, недоступной человеку. Он полагает, что правда может быть видна человеку только в ее отражениях, в историческом бытии человечества, в явлениях природы (так же как глаз человека, не будучи в состоянии смотреть на солнце, воспринимает свет только на поверхности освещаемых предметов).

141

Богини высятся в обособленье… и ниже: То Матери. – Миф о Матерях в основном вымысел Гёте, на который его натолкнуло одно место из «Жизнеописаний» Плутарха. В главе двадцатой «Жизнеописания Марцелла» мы читаем: «Энгидиум – небольшой, но старинный город в Сицилии, известный благодаря богиням, именуемым Матерями, храм которым там воздвигнут». Гёте понимает под царством Матерей мир прообразов всего сущего; из этого царства Фауст с помощью Мефистофеля извлекает бесплотные тени Елены и троянского царевича Париса.

142

Заключительная сцена первого действия второй части «Фауста». Для императора и его приближенных, собравшихся в слабо освещенной рыцарской зале, происходящее здесь – не более как сеанс модной салонной магии. Не то для Фауста. Он воспламеняется страстью к прекраснейшей из женщин, ибо видит в ней то совершенное порождение природы и человеческой культуры, которое уже не нуждается в дальнейшем совершенствовании.

143

Триглифы – небольшие колонны с тремя продольными углублениями, помещаемые (в дорических храмах) между архитравом (балкой, накладываемой на ряд колонн) и кровлей.

144

Парис, согласно греческому мифу, пас отцовские стада, когда к нему пришли три богини: Гера, Афродита и Афина – с просьбой избрать из них красивейшую.

145

В этом критическом замечании «пожилой дамы» касательно сложения вызванного Фаустом образа Елены повторяется мнение римского ученого Плиния Старшего (23–79 н. э.) о работах античного скульптора Лизинна.

146