Чтение онлайн

Герда тоже учила нас чему-то подобному, но ее занятия были скучными и очень нудными, вместо обучения я все больше боролся с желанием заснуть. С Олегом же все было иначе, почти на каждую тему у него имелась история из жизни, он приводил массу примеров и развеивал кинематографичные мифы. Как, например, метание ножей, но это я уже знал, как раз благодаря Герде и Илу.

Но главное, чему он начал меня обучать, так это снайперскому искусству, о котором он знал очень много. Поначалу я даже решил, что он служил снайпером, но оказалось, что нет, уж больно он крупный для этого. Но время от времени винтовку в руках держать ему приходилось, и чисто для себя общался с профессиональными снайперами, набираясь у них опыта, да и после армии не забросил это дело. Так-то я тоже не пальцем деланный и имел неплохой опыт в охоте. Стрелял я весьма метко из гладкоствольных винтовок. Плюс взял пару уроков у Ила, он тоже в этом деле хорош, все же биатлонист и, как говорится, бил белке в глаз. Но Олег спустил меня с небес на землю и макнул лицом в грязь, словно котенка. Ведь моя стрельба всегда была при прямой видимости цели и на малые расстояния, а тут и оптика не особо нужна. А вот если говорить о реальной дальности, в дело вступает физика и геометрия, и если не знать определенных вещей, то как ты не старайся, как не пыжься, но в цель тебе ни за что не попасть, даже на дурака не прокатит, если только чудом, но это, как правило, работает только один раз.

Стрельба из винтовки оказалась весьма сложным и муторным делом, а ведь я из нее еще даже ни разу не выстрелил, а уже замучился вычислять формулы отклонения пули при различном ветре. Мозги мои быстро вскипали от такой работы, а если подумать о том, что это нужно высчитывать за секунды, ведь ветер может измениться в любую минуту. И цель, разумеется, ждать не станет, пока я карандашиком буду выводить цифры в блокноте. Мне приходилось не просто, но от этого было только интереснее, особенно хотелось перейти к практике, но ближайший месяц мне это не светит, так как перелом оказался слишком сильным и кость должна хорошо срастись. Чтобы я не скучал, Олег постоянно задавал мне примеры, чтобы я считал их в уме, что-то из разряда две тысячи триста восемьдесят пять разделить на семь и тому подобное. И если поначалу я по несколько минут думал над ответом, то со временем ответы появлялись в моей голове за пару секунд. Сережа так же, как и я, постигал эту науку, но ему давалось это куда тяжелее, ведь он совсем малыш, но все равно впитывал информацию как губка и пытался казаться взрослым, точнее, делать вид.

Каждую ночь во сне я видел один и тот же кошмар про тот самый роковой день. Хоть я и не подавал вида, но чувство вины до сих пор поедало меня изнутри. Как бы мне хотелось все переиграть, но, увы, время вспять не повернуть. Олег все это видел, он в целом людей читал как открытую книгу, но не лез ко мне с этим. Только однажды сказал, что все пройдет со временем, оно лучший врач. А мне нужно перестать терзаться прошлым и смотреть в будущее, определить свой путь и приглядывать за Серегой. Это, конечно, не помогло, но я часто думаю о его словах.

Леший

Следующие пару дней я провел в компании Толяна и Сереги. В целом они были нормальными мужиками, вели себя ровно, не выделывались и не поддавались на мои провокации. Моряки ушли вчера ночью, а меня все еще держали на месте, не давая никакой информации, и это, мягко говоря, напрягало. Почему не отпускают и что будет, когда отпустят, точнее, если отпустят? Вот так выгонят за ворота, а у меня, как у латыша, только хрен да душа. Ни оружия, ни патронов, ни одежды, ни еды, в общем, вообще ничего. И как быть? Вот я и пытался прощупать почву у парней на предмет того, как бы мне разжиться вещичками, но они всегда вежливо посылали меня на три буквы.

С другой стороны, я посмотрел, как здесь живут местные, и в целом был доволен. Никаких тебе рабов, никто никого не заставляет работать, ведь люди, по сути, и сами стараются вносить свою лепту для помощи выживания. Здесь все на равных, как и у моряков, даже так же едят из одного котла, никаких господ. Вот только законы построже будут, и смертную казнь никто не отменял, или изгнание. Прецеденты были, но после пары показательных порок все ведут себя тихо.

Я тоже не дурак и прикинул для себя, что даже если мне выдадут оружие и все необходимое, то добраться до бункера не выйдет. Уже осень на носу, а может, и уже наступила, я вообще в днях потерялся. Ночи уж больно холодными стали, да и днем не так жарко, плюс листва на деревьях уже во всю желтеет. А чем дальше к бункеру, тем холоднее, в тех районах уже, скорее всего, снег лежит. Значит, делаем вывод, идти туда сейчас – это форменное самоубийство, а значит, нужно найти пристанище на зимовку.

Просто так меня здесь никто не оставит, поэтому придется работать, как и все, но что именно делать? Строить жилища на территории и укреплять стены мне не улыбается. Намесился я бетона в свое время, ну его на хрен. Из всего разнообразия представленных местной биржей труда профессий я могу выделить только две приемлемые для себя. Это либо идти технику чинить и быть по самые уши в мазуте, или же солдатом, рисковать своей шкурой ради общества, которое мне не уперлось. Но с другой стороны, если я стану бойцом, то смогу хорошенько поднатореть в военном деле, и тот самый главнокомандующий Леха мне в этом вопросе может очень сильно подсобить. А весной, если доживу, то уйду в закат по своим делам, в целом это будет самым разумным решением.

– Серый, а где мне Леху найти? А то я его уже сутки не видел. – обратился я к товарищу, что сидел на деревянной лавочке со стаканом чая в руках.

– Он сейчас в штабе, вчера днем какая-то непонятка произошла с местными группами, два наших отряда положили. – тяжело вздохнув, ответил он.

– В смысле? – уточнил я. – И Толяна тоже? – возмутился я, вспомнив, что он уезжал вчера на вылазку.

– Да. – недовольным тоном фыркнул Серега, посмурнев, словно туча. – Сука, исподтишка напали, но я пока не в курсе подробностей, сам командира жду.

– Дела. – тяжело вздохнув, ответил я. – Мне казалось, у вас тут все в елочку и с местными полный порядок, или это недовольные изгнанники ответочку кинули?

– Черт его знает! Леший, не доставай, а? И так на душе кошки скребут! Еще и ты со своими допросами!

– Понял, не дурак, был бы дурак – не понял. – отстранился я от Сереги и отправился к котелку с горячей водой, что висел над костром.

Погода сегодня не радовала, сильные порывы северного ветра продували насквозь. По небу быстро проплывали облака, постепенно их количество увеличивалось, а после все небо затянуло сплошной серой пеленой, и в довесок пошла мерзкая изморось. Леха же появился ближе к обеду, вид у него был слегка озадаченный, а на лице виднелась глубокая и уже зашитая царапина от переносицы до скулы. Тем не менее он улыбался и подшучивал в свой манере, хотя его армейская горка была залита кровью, а костяшки на кулаках сбиты. Кажется, кровь не его, а человека, с которым он общался или допрашивал, или еще чего, остается только гадать, если он сам не скажет.

– Здорово, уголовнички! – поприветствовал он нас, зайдя на территорию.

– Лех, что случилось то? – вскочив на ноги, спросил у него Серега.

– Сам пока не пойму, что случилось, разбираемся. – прямо ответил он и, подойдя к бочке с питьевой водой, зачерпнул из нее полную кружку и выпил залпом.

– Лех, я поговорить хотел. – обратился я к командиру, когда он допил воду.

– Ну? – вопросительно посмотрел он на меня.

– Я бы хотел на зимовку здесь остаться и на это время вступить в твой отряд, что скажешь? – честно признался я.

– О как! – улыбнулся он, а после поморщился от боли, приложив руку к лицу. – Чего это вдруг? Что удумал?

– Да ничего такого, куда мне идти с голой задницей? Да и пока с тобой буду работать, ты меня поднатаскаешь, всем польза.

– А кто сказал, что если тебя возьмут, то обязательно работать будешь со мной? – с хитрецой спросил он.

– А с кем еще? Неужто ты меня поставишь продовольственный или оружейный склад охранять? – ухмыльнулся я.

– Ага, как же! Пусти козла в огород. – рассмеялся он. – Допустим, мне это интересно, но как работать с тобой? Ты же не замотивирован от слова совсем. Тебе нас всех опрокинуть и подставить ничего не стоит. Слышал я твою истории, ты скользкий, как червяк, и вертишься, как уж на сковородке.

– Не без этого, но зато жив до сих пор.

– Тут-то и оно. Все, кто с тобой работал, уже померли, а ты тут весь такой в белом. Доверия к твоей персоне ноль, ведь по сути своей ты безжалостный убийца, который думает только о собственной шкуре, и выражение «цель оправдывает средства» – это как раз о тебе.

– Да-да, злодей я еще тот, разве что младенцев на завтрак не ем. – злобно ответил я.

Мне не нравилось его мнение обо мне, так как по сути каждым своим словом он попадал прямо в точку.