Страх Мудреца. Дилогия
Шрифт:
– Сколько всего это дает пик в сумме?
– Он откинулся на стуле и скрестил руки на груди.
– Не торопись.
– Он все никак не отойдет от того, что Мари захотела с тобой выпить, - сухо сказал Вилем.
– Мы все.
– Не я, - вставил Симмон.
– Я знал, что в тебе это есть.
Наш разговор был прерван появлением Лили, одной из постоянных официанток Эолиана.
– Чем занимаетесь?
– игриво спросила она.
– Кто-то организует симпатичную вечеринку?
– Лили, - спросил ее Симмон, - если я предложу тебе выпить со мной, ты рассмотришь мое предложение?
– Конечно, - быстро ответила она.
– Но рассматривала бы недолго.
– Она положила руку ему на плечо.
– Вам сегодня везет, господа.
Пожелавший остаться неназванным поклонник хорошей музыки заказал для вашего столика выпивку.
– Мне скаттен, - сказал Вил.
– Медовухи, - ухмыльнулся Симмон.
– Я буду саунтен, - сказал я.
Мане поднял бровь.
– Саунтен, да?
– переспросил он, бросив на меня взгляд.
– Мне тоже один.
– Он со знанием дела посмотрел на официантку и кивнул на меня.
– За его счет, конечно.
– Серьезно?
– спросила Лили, затем пожала плечами.
– Сейчас принесу.
– Теперь, когда ты произвел умопомрачительные впечатление на всех, кого мог, мы можем немножко повеселиться, а?
– спросил Симмон.
– Что-нибудь про осла…?
– В последний раз тебе говорю, нет, - сказал я.
– Я завязал с Амброзом.
Нет никакого смысла сильнее настраивать его против меня.
– Ты сломал ему руку, - заметил Вил.
– Думаю, что сильнее настроить его против тебя уже не получится.
– Он сломал мою лютню, - сказал я.
– Мы квиты.
Я готов забыть об этом.
– Ну конечно, - сказал Сим.
– Ты сбросил фунт протухшего масла ему в дымоход.
Ослабил подпругу у него на седле…
– Обгорелые руки Господни, замолчи!
– воскликнул я, огладываясь по сторонам.
– С тех пор прошел почти месяц, и об этом никто не знает, кроме вас двоих.
И теперь еще Мане.
И всех, кто тебя слышал.
Сим залился краской от смущения, и разговор ненадолго затих, пока Лили не вернулась с нашими напитками.
Скаттен Вила по традиции подавался в каменной кружке.
Медовуха Сима золотилась в высоком стакане.
Мане и я получили по деревянной кружке.
Мане улыбнулся.
– Я и не припомню, когда в последний раз заказывал саунтен, - задумчиво произнес он.
– Кажется, я его себе никогда не заказывал раньше.
Ты второй человек кроме Квоута из всех, кого я знаю, который это пьет, - сказал Сим.
– Квоут выпивает один за другим, за милую душу.
По три-четыре за вечер.
Мане поднял густую бровь, взглянув на меня.
– Они не знают?, - спросил он.
Я покачал головой, отпивая из своей кружки, не зная, веселиться мне или смущаться.
Мане пододвинул свою кружку к Симмону, который взял ее и сделал глоток.
Нахмурился и сделал еще один.
– Вода?
Мане кивнул.
– Это старый трюк проституток.
Ты заводишь с ней разговор в баре борделя и хочешь показать, что ты не такой как все.
Ты мужчина утонченный.
Поэтому ты предлагаешь ей выпить.
Он потянулся через стол и забрал у Сима свою кружку.
– Но она на работе.
Она не хочет выпивать.
Ей бы лучше получить свои деньги.
Так что она заказывает саунтен, или певерет, или что-нибудь еще.
Ты платишь деньги, бармен наливает ей воды, а под конец вечера она делит деньги с заведением.
Если девчонка - хороший слушатель, то за барной стойкой она может заработать столько же, сколько в постели.
Я включился в разговор.
– На самом деле мы разбиваем сумму натрое.
Треть заведению, треть бармену и треть мне.
– Значит, тебя обсчитывают, - откровенно сказал Мане.
– Бармен должен
получать свою долю от заведения.
– Я никогда не видел, чтобы ты заказывал саунтен у Анкера, - заметил Сим.
– Это наверняка грейсдельская медовуха, - сказал Вил.
– Ты ее постоянно заказываешь .
– Но я сам заказывал грейсдельскую, - возразил Сим.
– Она на вкус похожа на сладкий рассол с мочой.
К тому же… - Сим замолчал.
– Она была дороже, чем по-твоему должна была быть?
– с ухмылкой спросил Мане.
– Мало смысла идти на подобные ухищрения ради стоимости маленькой кружки пива, верно?
– У Анкера знают, что я имею в виду, когда заказываю грейсдельскую, - объяснил я.
– Заказывай я что-то несуществующее, меня слишком просто было бы подловить.
– А ты откуда про это знаешь?
– спросил у Мане Сим.
Мане хихикнул.
– Для старого пса, вроде меня, уже нет новых фокусов, - сказал он.
Свет начал гаснуть, и мы повернулись к сцене.
C этого момента вечер потянулся непримечательно.
Мане нас покинул, и, оставшись втроем, Сим, Вил и я прикладывали все усилия, чтобы на столе у нас не наблюдалось пустующих бокалов, а радостные музыканты снова и снова покупали нам выпивку.
Неприлично много выпивки, на самом деле.
Гораздо больше, чем я смел надеяться.
В основном я пил саунтен, поскольку главное, зачем я пришёл в Эолиан тем вечером, было заработать денег на оплату учебы.
Теперь осведомленные о фокусе Вил и Сим тоже несколько раз заказали его.
За это я был им вдвойне благодарен, потому что в противном случае мне пришлось бы везти их домой в тележке.
Наконец мы насытились музыкой, сплетнями и, в случае Сима, безрезультатным флиртом с официантками.
Прежде, чем уйти, я осторожно подошел обменяться парой слов с барменом, упомянув в разговоре разницу между третью и половиной.
В итоге переговоров, я получил на руки талант и шесть джотов.