Чтение онлайн

Я оторвал еще несколько плиток, а затем зацепился за край крыши.

Моя хватка была не самой лучшей, но это замедлило и развернуло меня, чтобы я не приземлился на голову или спину.

Вместо этого я упал лицом вниз, как кошка.

За исключением того, что у кошки все ноги одной длины.

Я приземлился на руки и колени.

Мои руки слегка закололо, но колени, ударившиеся о булыжник, болели так, как ничто за всю мою жизнь.

Боль ослепила меня, и я услышал, что вскрикнул, как щенок, которого пнули.

Секунду спустя град из тяжелой красной плитки с крыши посыпался на меня.

Большинство разбилось о мостовую, но она ударилась о мой затылок, пока другая приземлилась на локоть, отчего все мое предплечье онемело.

Я не уделил этому ни секунды.

Сломанная рука заживет, но исключение из Университета продлится вечность.

Я поднял капюшон и заставил себя подняться.

Придерживая капюшон одной рукой, я проковылял несколько шагов, пока не оказался под карнизом «Золотого Пони», вне поля зрения людей в окнах.

А затем я бежал, бежал, бежал...

В конце концов, я аккуратно, хромая, забрался на крышу и в свою комнату через окно.

Это отняло много времени, но у меня не было особого выбора.

Я не мог попадаться на глаза в пивной растрепанным, хромающим и выглядящим абсолютно так, будто бы упал с крыши.

Переведя дыхание и потратив некоторое время на обвинение самого себя в нескольких видах слепого идиотизма, я осмотрел свои ушибы.

Хорошей новостью было то, что я не сломал ни одну из ног, но под каждым коленом были роскошные цветки синяков.

Плитка, упавшая мне на голову, оставила шишку, но не порезала кожу.

Мой локоть пульсировал с глухой болью, а рука больше не была онемевшей.

В дверь постучали.

Я замер на секунду, затем вытащил березовый прутик из кармана, пробормотал быструю связку и дернул его назад и вперед.

Послышался удивленный возглас из холла, за которым последовал смех Вилема.

– Это не смешно, - услышал я Сима.

– Впусти нас.

Я позволил им войти.

Симмон присел на край кровати, а Вилем занял стул возле стола.

Я запер дверь и присел на другую половину кровати.

Даже при том, что мы все сидели, комната была переполнена.

Мы какое-то время трезво глядели друг на друга, затем Симмон заговорил.

– Очевидно, Амброз напугал вора в своей комнате сегодня ночью.

Приятель выпрыгнул из окна, лишь бы не быть пойманным.

Я резко без юмора в голосе рассмеялся.

– Не совсем.

Я почти выбрался наружу, когда окно закрылось, прихлопнув меня, - я неловко показал руками.

– Сбросило меня с крыши.

Вилем издал вздох облегчения.

– Я решил, что испортил связь.

Я покачал головой.

– Я получил достаточно предупреждений.

Я просто не был осторожен настолько, насколько следовало.

– Почему он так быстро вернулся?
– спросил Симмон, глядя на Вилема.

– Ты ничего не слышал, когда он вошел?

– Возможно, до него дошло, что мой почерк не особенно женоподобный, - сказал Вилем.

– У него были руны на окне, - сказал я.

– Возможно, привязанные к кольцу или чему-то, что он носит с собой.

Должно быть, они предупредили его, как только я открыл окно.

– Ты достал кольцо?
– спросил Вилем.

Я покачал головой.

Симмон наклонил голову, чтобы взглянуть на мою руку.

– Ты в порядке?

Я проследил за его взглядом, но ничего не заметил.

Затем я потянул за рубашу и заметил, что она приклеилась к задней части моей руки.

Со всей своей остальной болью, я не заметил этого.

Двигаясь осторожно, я стянул свою рубашку через голову.

Локоть рубашки был порван и заляпан кровью.

Я с горечью выругался.

У меня было всего четыре рубашки, а теперь и эта была испорчена.

Я попытался взглянуть на свое ранение и быстро осознал, что невозможно увидеть наружнюю часть локтя, как ни старайся.

В итоге я вытянул руку для изучения ее Симмоном.

– Ничего страшного, - сказал он, показав пальцами расстояние чуть больше двух дюймов.

– Там всего один порез и кровь почти не идет.

Остальная часть просто поцарапана.

Похоже на то, что ты сильно ударил локоть обо что-то.

– Плитка с крыши осыпалась на меня, - сказал я.

– Счастливчик, - фыркнул Вилем.

– Кто еще может свалиться с крыши и не заполучить ничего, кроме нескольких царапин?

– У меня на коленях синяки размером с яблоко, - сказал я.

– Я буду счастливчиком, если смогу ходить завтра, - но в глубине души я знал, что он прав.

Плитка, упавшая на мой локоть, могла легко сломать мне руку.

Сломанные края плитки были остры, как нож, и если бы она упала на меня по-другому, могла бы порезать до кости.

Ненавижу кровельную плитку.

– Ну, могло быть и хуже, - сказал Симмон резко, поднимаясь на ноги.

– Пойдем в Медику, и пусть тебя там заштопают.

– Нет, - сказал Вилем.

– Ему нельзя в Медику.

Они будут спрашивать народ, не ранен ли кто.

Симмон снова сел.

– Конечно, - сказал он с оттенком отвращения к самому себе в голосе.

– Я знал это, - он оглядел меня.

– По крайней мере, ты не ранен нигде, где люди смогут заметить.

Я взглянул на Вилема.

– Ты боишься крови, не так ли?

Его выражение лица стало несколько обиженным.

– Я бы не сказал...
– Его взгляд устремился к моему локтю, и его лицо стало немного бледнее, несмотря на темную Сеальдскую кожу.

Его губы сжались в тонкую линию.

– Да.

– Хорошо!
– я стал разрезать свою испорченную рубашку на полосы ткани.

– Поздравляю, Сим.

Ты повышен до полевого медика, - я открыл комод и достал загнутую иглу, жгут, йод и небольшой горшок гусиного жира.