Чтение онлайн

Но в самой Золотой Орде и ее Улусах к концу XV века произошли перемены, и перед Московией и ее церковью, снова возникла старая дилемма: какому Царю Орды молиться? Даже стала появляться страшная мыслишка: а не заиметь ли своего Московского Царя?

Мы уже знаем, что к концу XV века в результате жестоких раздоров Золотая Орда постепенно стала терять как свою силу, так и влияние на собственные Улусы — Княжества. Из владений Орды к тому времени возвысились Крымское Ханство и Московский Улус.

Московским князем в то время был Иван III, которому удалось сговориться с Крымскими Гиреями «о вечном братстве и вечной дружбе». Московский князь при том согласился признать себя зависимым от Крымского Ханства, как был зависим от Золотой Орды.

Послушаем Н.М. Карамзина, хотя «писатель на заданную тему» очень уж пытается в этом вопросе прятать концы в воду, путая все и вся:

«Иоанн послал в Крым толмача своего Иванчу, желая заключить с Ханом торжественный союз, а Менгли Гирей в 1473 год прислал в Москву чиновника Ази-Бабу… Вместе с Ази-Бабою отправился (назад. — В.Б.) в Крым Послом Боярин Никита Беклемишев»…

Сей Никита Беклемишев имел строгое указание Московского князя согласиться на следующее условие Хана:

«Ты, Великий Князь, обязан слать ко мне, Царю, поминки (дань.-В. Б.), или дары, ежегодные». [242]

В этом союзе, длившемся, как увидим, более ста лет, Крымский Хан выступал с титулом Царя, с чем согласился Иван III, оставшийся всего лишь Великим Князем. Титулы по тем временам объясняли всю взаимозависимость. Здесь измышления великороссов излишни. Князь всегда оставался вассалом Царя.

Кстати, поминки (дань) Московия возила в Крым до 1700 года, еще при Петре I.

«Беклемишев возвратился в Москву с Крымским Послом, Довлетеком Мурзою, и с клятвенною Ханскою грамотою, на коей Иоанн, в присутствии сего Мурзы, целовал крест в уверении, что будет точно исполнять все условия союза». [243]

Необходимо особо подчеркнуть, что текст союза был прислан Ханом, и безоговорочно принят Московским князем Иваном III. Союз этих двух татаро-монгольских Улусов был страшен для православного мира. Всею своею сердцевиною он был направлен, как против остаточного Правления Большой Орды, так и против соседних славянских народов. В течение ста лет Московия и Крымская Орда терзали земли Украины. То были годы осознанного со стороны Московии уничтожения украинского народа. О страшных деяниях Московского и Крымского Улусов того времени автор поведает тебе, читатель, в следующей книге наших исследований. Сейчас же я хочу лишь подчеркнуть тот факт, что Московия не ушла из-под татарского владычества после 1480 года, как нам пытались внушить великорусские «сказатели истории». Нет! Поменялся лишь Хозяин Московии. Он переместился из Сарая в Бахчисарай.

При том поменялась и степень зависимости Московии от Орды. Если раньше была необходимость получать «ярлык» на управление княжеством в Сарае, то сейчас и Крымские Гиреи, и Московские Рюриковичи полюбовно согласились, что именно они остались продолжателями дел Чингисидов и наследниками величия Великой Орды. При этом Крым остался носителем Царского трона, а Московский князь остался «меньшим братом», но уже мог передавать титул по наследству. Как ни толкали московские церковники Ивана III и его сына Василия III посягнуть на титул Царя, князья не стали противостоять Крымским Гиреям.

Однако, даже заключив договор с Крымом, Московия продолжала испытывать страх перед остатками Большой Орды, кочующей в Поволжье, а Иван III, как и его предки «праздновал труса» перед Ордынскими Ханами.

Послушаем Н.М. Карамзина:

«Государь (Иван III) послал Боярина Ивана Федоровича Товаркова… к Ахмату и Князю Ордынскому, Темиру. Но Царь (гляди, читатель, Хан Золотой Орды еще остается для московитов Царем. Титул даже не оспаривается. А ведь уже наступил 1480 год. — В.Б.) не хотел слушать их, отвергнул дары и сказал Боярину: «Я пришел сюда (в Московию. — В.Б.) наказать Ивана за его неправду, за то, что он не идет ко мне, не бьет челом… Пусть сам явится предо мною, тогда Князья наши будут за него ходатайствовать, и я могу оказать ему милость». Темир также не взял даров, ответствуя, что Ахмат гневен и что Иоанн должен у Царского стремени вымолвить себе прощение». [244]

Читатель уже догадался, как поступил «Великий Государь Московский». Да, он попросту удрал, как и его предки!

Послушаем профессора В.О. Ключевского, где более кратко изложен материал, по сравнению с Н.М. Карамзиным.

«В 1480 г., во время нашествия хана Ахмата, Иван III, постояв с полками на Оке, покинул армию и воротился в Москву. Столица была в смятении; горожане сносили в Кремль свои пожитки, ожидая татарской осады. Увидев возвращавшегося великого князя, они подступили к нему с жалобами и говорили ему, по свидетельству летописи:

«Когда ты, государь, княжишь над нами в мирное время, тогда нас много понапрасну обременяешь поборами, а теперь сам, рассердив хана, не заплатив ему выхода, нас же выдаешь татарам». Престарелый ростовский архиепископ Вассиан встретил великого князя еще более резкими упреками, начал «зло говорить ему», называя его «бегуном», трусом и грозя, что на нем взыщется кровь христианская, которая прольется от татар». [245]

Князь с неохотой вернулся к войскам. Даже будучи вынужден вернуться, он не доехал до войск, остановившись далеко сзади, решив «управлять битвой» за десятки километров.

Послушаем:

«Иоанн приехал в Кременец, городок на берегу Лужи, и дал знать Воеводам, что будет оттуда управлять их движениями. Полки наши, расположенные на шестидесяти верстах, ждали неприятеля». [246]

Весь парадокс Русской истории состоит в том, что именно при этом трусливом человеке, Рюриковичей, под давлением Московской Церкви, впервые попытались заставить стать Цесарями (Царями) и даже пытались обожествить их княжеское происхождение.

Но послушаем, как же «управлял» войсками сей «Полководец».

«Прошло около двух недель в бездействии, Россияне и Татары смотрели друг на друга через Угру, которую первые называли поясом Богоматери, охраняющим Московские владения… Великий Князь приказал всем нашим Воеводам отступить к Кременцу, чтобы сразиться с Ханом на полях Боровских, удобнейших для битвы… Но Бояре и Князья изумились, а воины оробели, думая, что Иоанн страшится и не хочет битвы. Полки не отступали, но бежали от неприятеля (татар Большой Орды. — В.Б.), который мог ударить на них с тылу»… [247]

Необходимо заметить, что в этот раз Большая Орда не сожгла и не разграбила Московию. Просто — не успела.

«…Хан, сведав о разорении Улусов (владений вокруг Сарая. — В.Б.), оставил Россию (всего лишь Московию. — В.Б.), чтобы защитить свою собственную землю»… [248]

Кто же так помог московитам в то далече?

Московию впервые спас от разорения Крымский Хан, вторгшийся в земли Большой Орды и повергший «Юрт Батыев», то есть, Сарай. Начал действовать договор, на котором приносил клятву Новому Хозяину Иван III. Именно Крымская Орда с этого времени стала палочкой-выручалочкой, стала защитницею и покровительницею Московии.