Страна на Я
Шрифт:
И вот однажды, уже почти на исходе нашего критского вояжа, каким-то особенно жарким полуднем мы пришли сюда, в обитель нашего спасателя.
Начинался сентябрь. Море сильно штормило. На пляже рвался вон из флагштока красный флаг.
Но когда это останавливало бесстрашных русских. То тут, то там люди в купальниках забегали в волны под гневный запрещающий спасательский свисток. Недалеко забегали. Барахтались в бурушках, опрокидывались непререкаемо-злобными волнами, хлебали воду и снова выбегали на берег, вытряхивая из себя песок.
Двое парней и девушка зашли чуть дальше безопасной точки возврата. И вот девушку уже сбивает с ног, кружит, утягивает на глубину. Она бьется, захлебывается, пытается сопротивляться, но бесполезно. Парни бестолково прыгают рядом, балансируя между чувством самосохранения и страхом прожить оставшуюся жизнь с чувством вины…
С правильно интонированным, акцентированным и грамотно эмоционально окрашенным выражением на таком чистом русском, что уши заломило от восторга, «Вот же ж мудаки, твою мать!» лысый спасатель сигает с вышки, подныривает под волну таким длинным нырком, что у меня останавливается сердце, и спустя какие-то доли секунды уже тащит полузахлебнувшуюся купальщицу от тьмы к свету…
Рисунок Локи Сноу
Остров Кос
и два самых страшных прокола за всю путешественническую жизнь.
Нам очень быстро надоело сидеть в отеле, с трудом переползая с лежака к столу и обратно. И даже то, что между морем и рестораном было много лесенок, не спасало положение.
Взяв машину и купив карту, мы тронулись в путь. Путь лежал через заправку, поскольку рентованные машины вам вручаются лишь с каплей топлива на донышке.
Тут надо сделать небольшое отступление.
Мы – отчаянные авто-ездоки. Но кайф нас накрывает не от количества километров, намотанных на колеса, а от возможности видеть то, что не видно из иллюминатора самолета, не слышно из окна поезда и нарочно прячется от глаз экскурсантов коварным гидом экскурсионного автобуса.
Конец ознакомительного фрагмента.