Чтение онлайн

Слухи расползались, словно змеи. Неожиданно пошла молва, что на свете живет человек, сила которого превосходит силу Серго Гресса. Скоро он появится в городе, уничтожит фиолетовый туман и одолеет ненавистного тирана. Еще говорили, что в замке никакого тумана нет, поскольку там он Серому Грессу не нужен. Но… все это были разговоры. На самом деле человека, способного освободить их город от страшного тумана, никто не видел, равно, как и в замке никто никогда не бывал…

…Итак, растаяли в воздухе звуки последних шагов разбегающихся горожан, плотно захлопнулись двери и ставни. Смолкли щелчки задвижек внутри домов.

Туман продолжал редеть. Грозовые тучи пришли в движение, вспухли, разрослись, словно хотели дотянуться до земли. На улицах стало совсем темно. Страх ещё сильнее сковал испуганные сердца людей, заставил их оцепенеть, пронзил души леденящим, обжигающим холодом. Жизнь в городе окончательно замерла.

А в одном из переулков внезапно появился мальчик.

Он медленно вышел на середину вымощенной серым булыжником площади и изумленно огляделся по сторонам. Было ясно, что попал он сюда впервые. Его сопровождала большая белая собака с чёрными ушами.

В ближайшем переулке послышался топот копыт приближающихся лошадей, и мальчик вздрогнул. На вид ему было лет семь, не больше, однако поражал пронзительный взгляд карих глаз. В нём читалось умение мыслить и правильно оценивать ситуацию – то, что доступно детям старшего возраста.

Грохот приближался. Мальчик (а это был Даниэль) ещё раз испуганно огляделся, и понял, что спрятаться негде. Тяжело вздохнув, он присел на корточки, и ласково погладил свою собаку – большого, белого бультерьера. Собака шумно чихнула, мотнула головой и приняла боевую стойку.

Глава 3

Похоже, приближающийся конный отряд был совсем близко. Вновь подул сильный, порывистый ветер, неожиданно пошёл снег. Лицо Даниэля застыло, взгляд потемнел, но преисполнился решимости.

– Волли, – прошептал он. – Сейчас нашего папы нет рядом. Нам придется надеяться только на себя…

Волли понимающе моргнула и угрожающе зарычала. Шерсть на загривке встала дыбом, мышцы напряглись. Даниэль ласково похлопал её по спине.

– Не будем торопиться, сестрёнка, – тихо произнес он. – Я знаю, ты не оставишь меня в беде. Подождём, я скажу, когда придёт время.

Шерсть на загривке опустилась. Мальчик ещё раз погладил собаку и почесал ей за ухом. Та быстро взглянула на него и вновь устремила настороженный взгляд в сторону переулка. Приближалось нечто огромное, грохочущее десятками копыт.

Из переулка выбежал человек. Кто это был – зазевавшийся прохожий, запоздалый путник, чужеземец, Даниэль не знал. Вслед за ним на площадь вынырнули два черных всадника на таких же черных лошадях. Поравнявшись с путником, они зажали его с обеих сторон и остановились. Из-под чёрного железного шлема послышался низкий голос:

– Чужестранец, ты осмелился нарушить приказ Серого Гресса! Знаешь ли ты, что ожидает тебя?

Человек упал на колени.

– Пощадите! – хрипло выкрикнул он. – Я всего лишь день в вашем городе и не знаю ваших законов!

Грубый, утробный голос послышался вновь.

– То, что ты их не знаешь, не даёт тебе права на прощение! Никто не должен находиться на улицах, когда Серый Гресс въезжает в город!

Волли вновь угрожающе заурчала.

Один из черных всадников выдернул из-за спины короткое копье. Даниэль невольно зажмурился. Раздался судорожный всхлип.

Открыв глаза, Даниэль увидел, что несчастный распростёрся на булыжной мостовой. Глаза его были открыты, словно в последнюю минуту жизни он обращался за помощью к небесам.

Ветер завыл громче, подхватывая последнюю песнь души и вновь швырнул колючие снежинки в лицо Даниэля. Мальчик зажмурился, и понял, что страх, который преследовал его поначалу, бесследно исчез.

Волли рванулась, но Даниэль успел ухватить её загривок.

– Подожди, – прошептал он. – Мы уже ничем не сможем ему помочь.

Кулаки непроизвольно сжались. Даниэль с ненавистью посмотрел на черных рыцарей.

– Вот она, типичная средневековая жестокость, – процедил он сквозь зубы. – Нет, это не средние века, это – века темные! Мрак души порождает слабоумие и глупость, они, в свою очередь, порождают жестокость! И те двое, на лошадях – настоящие трусы! Смелости у них хватило лишь на то, чтобы вдвоём напасть на безоружного человека!

– Мерзавцы! – выкрикнул он.

Всадники, услышав окрик, повернули головы в его сторону.

«У меня нет оружия…», – пронеслось в голове Даниэля.

Всадники пустили лошадей в галоп. Но как только мир вокруг заполонил дробный стук копыт, мальчик отчётливо понял, что сейчас его единственное оружие – Волли. Он опустился на корточки.

– Волли, – шепнул он ей на ухо. – Ты должна мне помочь. Ты сама прекрасно знаешь, что делать, ты же боец. Если со мной что-нибудь случится, папа с мамой этого не переживут!

Волли покосилась и насмешливо посмотрела на него.

«Ты что, с ума сошёл? – читалось в ее взгляде. – Если я с детства старалась тебя охранять, неужели ты думаешь, что я не смогу защитить тебя сейчас?»

Даниэль густо покраснел и отвёл глаза.

Всадники были уже близко. Из лошадиных ноздрей валил пар, копыта били о мостовую с такой силой, что, казалось, рушится окружающий мир. Вьюга вновь накрыла площадь – колючие серые льдинки метались, словно обезумевшие и больно кололи лицо и руки. Один из рыцарей вскинул руку и вытащил из-за спины короткий, широкий меч. Тускло блеснула гладкая сталь.

Даниэль посмотрел на приближающееся безумие. Он по-прежнему не чувствовал страха.

«Лезвие Судьбы, – вспомнилось ему папино выражение. – Лезвие Жизни и Смерти».

Всадник угрожающе взмахнул мечом. Блёклый клинок со свистом рассек сгустившийся воздух.

Подобно выпущенной из лука стреле метнулась Волли. Выгнувшись в воздухе, она впилась зубами в ногу ближайшего коня. Тот присел, захрапел, чуть привстал на дыбы. Волли перехватилась выше. Метнувшись в сторону, обезумевший от боли конь налетел на своего собрата. Удар был настолько силён, что того отбросило на стену ближайшего дома. Всадник, сидевший на этом коне, вылетел из седла и ударился о грубый камень. Отпустив поводья, он издал сдавленный крик. Одна нога запуталась в стремени.