Страна Советов. Забытые вожди
Шрифт:
Не менее сложной оказалась подготовка Потсдамской конференции, или операции «Пальма», как она называлась в советских документах. План действий был утвержден 6 июня 1945 года приказом Берии. Система мероприятий включала в себя расчистку дорог, уборку разрушенных зданий, восстановление мостов, телефонных станций, систем водоснабжения и канализации, запуск двух электростанций и подготовку двух аэродромов к приему самолетов всех типов. Кроме того, предстояло обнаружить и обезвредить тысячи неразорвавшихся боеприпасов. В течение месяца их ежедневно вывозили из окрестностей Берлина десятки грузовиков.
За безопасность спецпоезда Сталина, прибывавшего из Москвы, отвечали 17 тысяч солдат и офицеров войск НКВД. Охрану делегаций обеспечивали 7 полков войск НКВД. 2 июля 1945 года Берия доложил Сталину и наркому иностранных дел Вячеславу Молотову о завершении подготовки операции «Пальма». Через 15 дней Потсдамская конференция открылась.
В Потсдаме президент США Гарри Трумэн сообщил Сталину об успешном испытании американцами ядерного оружия. Это не выглядело как желание поделиться своим достижением с союзником. Соединенные Штаты таким образом пытались оказать давление на Советский Союз, который стал рассматриваться ими и Великобританией как идеологический и военный противник. Потсдамская конференция обозначила новый виток борьбы Советского Союза за свою безопасность.
Впервые о проблемах по использованию атомной энергии в военных целях Берия сообщил Сталину еще перед войной и предложил немедленно начать работу в этой области. Ядерный проект был запущен, но дело шло очень медленно – основные ресурсы отбирал фронт. Будущий академик Игорь Курчатов, руководивший научно-технической частью работ, жаловался, что ведомства не выполняют «урановые» постановления.
Вопросами занимались управленцы, которым не хватало ни знаний, ни готовности глубоко погрузиться в колоссальный список научных и технических проблем. «Ядерный проект» еще ждал своего менеджера, а новая эра уже приближалась.
6 августа 1945 года США сбросили атомную бомбу на Хиросиму. Через три дня, 9 августа, над Нагасаки прогремел второй взрыв. Эти бомбардировки, уничтожившие несколько сот тысяч мирных жителей, не имели военной необходимости. Они были сигналом СССР и всему миру. Расстановка сил на планете изменилась в одночасье. Роль, которую Советский Союз будет играть в мировой политике, теперь во многом зависела от того, сможет ли он в кратчайший срок создать собственное ядерное оружие.
15 января 1946 года в газете «Известия» появилось несколько строк: «Президиум Верховного Совета СССР удовлетворил просьбу товарища Берия об освобождении его от обязанностей Наркома внутренних дел СССР ввиду перегруженности его другой центральной работой». О сути новой работы ничего не сообщалось, ведь Постановление Государственного Комитета Обороны от 20 августа 1945 года носило гриф «Совершенно секретно (Особая папка)».
Распоряжением за подписью Сталина создавался Специальный комитет, наделенный чрезвычайными полномочиями для реализации «атомного проекта». Как председатель Специального комитета, Лаврентий Берия был наделен небывалой для тех лет свободой принимать решения и почти неограниченной властью распоряжаться материальными и людскими ресурсами. Вопреки бытующему до сих пор мнению, его роль никогда не сводилась лишь к получению агентурной информации из-за рубежа.
Однако организованная Берией операция по добыче разведывательных данных в области ядерных исследований действительно стала уникальной во всей истории разведки. Еще в военные годы советские агенты были внедрены в научные и конструкторские центры США, где создавалось атомное оружие. В итоге всего через 12 дней после окончания сборки в США первой ядерной бомбы в Москве получили описание ее устройства.
Выдающиеся отечественные физики, трудившиеся над атомным проектом, – Игорь Курчатов, Юлий Харитон, Исаак Кикоин, Яков Зельдович, Лев Ландау, Абрам Алиханов, Георгий Флеров и многие другие – опирались на готовые зарубежные разработки. Что значительно ускорило решение принципиального вопроса – конструкции атомной бомбы.
И все же полученные советской разведкой данные являлись малой крупицей по сравнению с той огромной работой, которую предстояло проделать. Понимать, как устроена бомба, было недостаточно. Производство самой «взрывчатки» оказалось вопросом не менее сложным.
Прежде всего, в СССР в недостаточном объеме добывалась урановая руда. Для создания всего лишь одной атомной бомбы требовались тонны этой породы.
Урановые руды на месторождениях в среднем содержат не более 0,2 % природного урана, который состоит из трех изотопов: урана-238 (содержание 99,3 %), урана-235 (0,72 %) и урана-234. В военных целях используют уран-235, потому что в отличие от наиболее распространенного изотопа урана-238 в нем возможна самоподдерживающаяся цепная ядерная реакция. Для взрыва ядерной бомбы содержание урана-235 в ядерном заряде не должно быть ниже 80 %, поэтому природный уран приходится обогащать. Для получения одного килограмма высокообогащенного урана требуется более 219 килограммов природного урана.
Первая атомная бомба на основе урана-235 была сброшена США на японский город Хиросима в 1945 году. Эта бомба имела ядерный заряд из обогащенного урана-235 массой около 64 килограммов, для получения которого было использовано более 14 тонн природного урана. В одной тонне урановой руды содержится порядка 2 килограммов необогащенного урана.
Чтобы получить 1 тонну этого металла, необходимо добыть и переработать не менее 500 тонн руды. К августу 1945 года разведанные запасы урана в СССР оценивались всего в 300 тонн.
Нехватку отечественного урана поначалу удалось компенсировать трофейным немецким сырьем, а также продукцией урановых предприятий стран Восточной Европы, с которыми СССР заключил соответствующие соглашения. Однако этих объемов не хватало. Берии пришлось вплотную заняться вопросами геологии.
Из воспоминаний руководителя спецсектора № 6 Всесоюзного института минерального сырья профессора Михаила Альтгаузена:
«Берия был тактичен и внимателен. Совещание началось часов в 12 ночи, а закончилось к 6 утра. Нам ни в чем не было отказа – рабочая сила появлялась по первому требованию, продукты и снаряжение выдавались вне очереди. Командировочные, например, нам платили в четыре раза больше, чем другим геологам».
Уже к 1948 году в разведке и добыче урана было занято более 600 тысяч человек. К строительным и геологоразведочным работам привлекли тысячи заключенных ГУЛАГа, а также немецких военнопленных. В стране создавались десятки новых институтов, лабораторий, конструкторских бюро. С нуля возникали целые отрасли промышленности.
Атомные объекты были разбросаны по огромной территории: Москва, Ленинград, Сухуми, остров Новая Земля, Семипалатинск, города Среднего и Южного Урала. Исследовательский центр расположился в поселке Саров – будущем Арзамасе-16, который получил статус закрытой режимной зоны. Здесь над проектом ядерной бомбы трудились ведущие физики страны.
Из воспоминаний разведчика Павла Судоплатова:
«Вначале у людей превалировал страх. Но постепенно у работавших с ним несколько лет чувство страха исчезало, и приходила уверенность, что Берия будет поддерживать их, если они успешно выполняют важнейшие народнохозяйственные задачи. Берия часто поощрял, в интересах дела, свободу действий крупных хозяйственников в решении сложных вопросов».
Через четыре года после создания Специального атомного комитета учебный полигон № 2 в Казахстане готовился к первому испытанию бомбы РДС-1. В 7 часов утра 29 августа 1949 года отсчет обратного времени закончился. Государственная задача была выполнена – отныне Советский Союз стал второй после США страной в мире, обладающей ядерным оружием.