Чтение онлайн

Еще продолжал вращаться винт и вздрагивало тело машины, а не отрывавшийся от кругляка иллюминатора за все время блужданий Атис Кагайнис уже открывал дверцу-люк. Спрыгнув на землю, первым делом смерил на глаз расстояние от конца лопасти винта до края оврага, восхищенно присвистнул. Долго стоял, задрав голову, осматривал местность, задумчиво раскачивался с носка на пятку и обратно.

По откидному трапу быстро спустился телохранитель Президента, встал рядом.

— Гроб дело?

— Местечко… В аду не такие «красоты»?

Телохранитель хмыкнул, поддернул автомат на плече, искоса глянул на Исполнителя. В машине три ящика с продовольствием — концентраты, сгущенное молоко, спирт. В герметическом кофре шоколад, ореховая масса, мед, там же коробка с медикаментами. Все в небьющихся флаксовых баллонах, гиленовых мешках, все упаковано, переложено поролоном. Три индивидуальных микрорации, мощный передатчик-ретранслятор. Два охотничьих ружья, ящик с патронами, автомат «РУРС»— радио-управляемый ракетный снаряд, цилиндрическая установка с пятью отверстиями, из которых по команде вылетают пять «дьяволов», способных разнести в щепки легкий танк. Вертолет можно забросать всяким «дерьмом», его тут наверняка полно, продержаться на том, что есть, можно хоть два месяца, но… Телохранитель четко знал, что запаса продовольствия было на троих. Он сам таскал все это в вертолет. Все приготовила Джу, она же два месяца назад тайно просила его сопровождать за город в военную часть. Там Джу Найдис брала уроки вождения вертолета…

Президент медленно спустился по трапу, остановился, придерживаясь за легкий поручень. Он постарел за время болезни. Морщинки глубже избороздили его неподвижное, волевое лицо. Запали глаза… Но так же отсвечивали глянцем его большая лысая голова, высокий лоб. И движение, с каким он поворачивал свою крупную голову, было таким же мощным, немного замедленным и властным. «Поворот льва…» Так называл это движение старый Исполнитель.

— Ну что, ребята? — Президент устало улыбнулся. — Гонят нас отовсюду?

Атис Кагайнис ничего не ответил. Он со странным чувством удовлетворения думал о том, как, наверное, визжали и заходились криком Иерархи, когда «перехватчик» стал прижимать их вертолет к земле. И что должны были чувствовать те, другие, в машине № 2, когда кружились осенним листом над Старой Площадью?! Еще его удивило, что Джу Найдис за всю дорогу до этого невзрачного оврага, за время этих смен маршрутов, снижений и стремительных взлетов, скольжений то выше облака, то ниже НИ РАЗУ НЕ ОБЕСПОКОИЛАСЬ! НИ РАЗУ НЕ ПОКОСИЛАСЬ В СТОРОНУ ИЛЛЮМИНАТОРА. Уж он-то это бы заметил! Делая вид, что не отводит глаз от окна, он часто незаметно наблюдал за ней. Неужели она предчувствовала или ЗНАЛА, что им не суждено ни быть сбитыми, ни захваченными в плен, ни потерпеть аварию?! Как сидела с отрешенным, бледным лицом, изредка и ненадолго прикрывая веки красных от бессонницы глаз, так и не шелохнулась ни разу.

— Атис, малыш! — Президент провел пальцем от лба к подбородку, минуя прикрытый правый глаз. — Ты возьми, что необходимо, ну, запасов дней на пять… И идите, сынок! Ты, пилот и штурман — вас трое. Дойдете куда-нибудь. Нечего вам здесь киснуть со стариком! Дело проиграно.

— Вот как! — Атис Кагайнис ничем не выдал своего удивления и мгновенно охватившего его беспокойства. — Кто же поведет машину?

Президент тяжело посмотрел на него, медленно сел на нижнюю ступень трапа. Воротник меховой куртки на нем встопорщился, уперся в шею, он нетерпеливо, нервным жестом поправил его. Некоторое время молчал, глядя куда-то под ноги.

— Видишь ли, сынок!? Все окончилось так, как и должно было кончиться. Осталось логическое завершение всего этого… «ДОМ ВЕТЕРАНОВ». Но здесь-то я могу вмешаться в судьбу, а? Свою судьбу. Я не смогу умереть на казенной койке, обтертый казенным полотенцем после умывания с казенным мылом! Не смогу, вот и все. У меня пока есть Джу! Она еще не отреклась от меня. Ты шустрый парень, Атис, жаль, что мысль о назначении тебя Исполнителем не пришла мне в голову раньше! Очень жаль. Как ты думаешь, кто возглавлял «Движение» все эти годы?

Президент засмеялся коротким, сухим смехом. Причем лицо его осталось неподвижным, только раздвинулись и приподняли уголки обветренные после болезни тонкие губы.

— Правильно, твой предшественник. Подпольные цеха по производству белка, мануфактуры, драгоценностей, продовольствия, некоторых видов дефицитной радиотехники; ограбление банков и партийных касс; угон самолетов, взрывы на вокзалах, в магазинах, остановках такси, даже квартирные кражи и побеги из тюрем и следственных изоляторов — это все он! Да-да, мой старый, верный товарищ. И прокламации, листовки, призывы к забастовкам — он! Кстати, ты отпустил его, нет?

Исполнитель кивнул.

— Правильно сделал. Он жил тихо, наверное, и исчезнет тихо. Только в последние два месяца я «расшифровал» его. Годами, сынок, годами он не давал мне покоя. И он был единственный человек в этой стране, кроме Джу, конечно, кто искренне любил меня. Он ТАК РАЗВЛЕКАЛСЯ! Да. Жизнь — штука скучная. Особенно, если ты в ней одинок, а у него ведь никого не было. На всем свете один. Оказывается, и это факт, я своими глазами видел! Все подпольные миллионеры, мафиози, «воры в законе», грабители и сутенеры — все несли ему долю от добытого! А он, сынок, он проводил эти колоссальные средства через финансовый Отдел Надзора! Представляешь?! И никто, повторяю, никто за все эти годы не мог и догадаться об этом! Гений! Мне докладывали, что время от времени Надзор «накрывает» то одного дельца, то другого… И незаконно добытые деньги возвращаются Федерации, но чтобы в таком количестве! Не-ет, об этом и думать не приходилось. В его особняке мы нашли всю документацию за все годы. Он не взял ни монеты!

Долго молчали.

Из овального проема люка-дверцы высунулось конопатое лицо пилота. Он открыл рот, наверное, хотел что-нибудь спросить или сказать, но наткнулся на ледяной взгляд телохранителя, мигом убрался внутрь машины. Телохранитель посмотрел на боковое стекло кабины — там маячила голова штурмана в лихо сдвинутом набок шлемофоне.

— Вот так, сынок. — Президент пристально вглядывался в Атиса Кагайниса. — Вы идите! Смелые, находчивые парни. Может, и повезет. А уж мы как-нибудь вывернемся. Кстати, Джу очень неплохо водит эту штуковину, немного рискованно, но вполне профессионально.

Атис Кагайнис чуть ослабил ногу, локтем нащупал висевший под мышкой пистолет, но… В нижнее левое ребро сбоку, как раз у локтя, ему тут же уперлось что-то твердое. Он улыбнулся, повернул голову, подмигнул телохранителю.

— Что, парень? Становишься в очередь?

Телохранитель смотрел, не мигая, мышцы скул ритмично, медленно сжимались и разжимались.

— Дурак. — Атис Кагайнис пожал плечами. — Забери «пушку», только когда будешь ложиться спать, надень бронежилет, залезь в кабину пилотов и задрай наглухо двери. Не спи на свежем воздухе… Вредно.

Телохранитель быстрым движением выдернул у него пистолет из подмышки, чуть не оборвав крепление, слегка толкнул Кагайниса вперед.

— Джу! — Президент повернулся, поднял голову, глядя в проем люка вертолета.

Тут же, словно ждала этого зова, появилась Джу Найдис. Ни на кого не глядя, подтащила и спустила на верхнюю ступень трапа объемистый, как видно, тяжелый мешок из толстого брезента, завязанный у горла нейлоновым шпагатом. Сверху положила автомат.

— Забирай, — тяжким басом сказал телохранитель.