Чтение онлайн

После опубликования сочинения Коперника «Об обращении небесных сфер» гелиоцентрическая система мира не сразу стала общепризнанной. Для утверждения новой системы, ее всеобщего признания большое значение имели исследования Кеплера и Галилея. Труды Кеплера представляли собой новый шаг по пути прогресса гелиоцентрической теории. Галилей же отверг многие возражения против движения Земли, выдвигавшиеся Птолемеем и защитниками его системы, и одновременно он показал как несостоятельность аристотелевской физики, так и основанное на ней представление о Вселенной.

Католическая церковь, сначала, видимо, не понявшая революционного значения взглядов Коперника, в 1616 г., т. е. спустя 73 года после опубликования сочинения «Об обращении небесных сфер», внесла его в Индекс запрещенных книг с оговоркой «впредь до исправления». Только в 1828 г., т. е. по истечении 212 лет, запрет был снят.

Датский астроном Тихо Браге (1546–1601) известен главным образом многочисленными регулярными (производившимися много лет), весьма точными измерениями положений звезд, планет и комет, принесшими большую пользу для дальнейшего развития астрономии. Свыще 20 лет он работал на созданной и возглавляемой им обсерватории Ураниборг, расположенной па острове Вен недалеко от Копенгагена. Обсерватория была оснащена первоклассным для того времени оборудованием, сконструированным Тихо Браге и изготовленным под его руководством. Обсерватория располагалась в специально для нее построенном здании, имевшем вид крепости, что было первым прецедентом такого рода в Европе.

Тихо Браге был крупным астрономом; он знал, конечно, сочинение Коперника «Об обращении земных сфер», но не был сторонником гелиоцентрической системы мира — более того, являлся ее противником. Тихо Браге предложил собственную концепцию системы мира, основанную на предположении, что Земля неподвижна, Солнце обращается вокруг Земли, а все другие планеты, за исключением Земли, — вокруг Солнца. Таким образом, предложенная Тихо Браге система мира была чем-то средним между системами Птолемея и Коперника.

Интересно отметить, что помощником Тихо Браге во время его работы в Праге был в дальнейшем крупнейший астроном Иоганн Кеплер.

Джордано Бруно (1548–1600) — итальянский ученый и поэт, известен как материалист, противник схоластики, атеист, борец против католицизма. Он родился в г. Нола близ Неаполя. В возрасте 15 лет принял монашество, получив имя Джордано вместо Филиппо, около 10 лет находился в монастыре св. Доминика (Неаполь). Все это время он посвятил самообразованию. Джордано Бруно стал противником церковных догматов. Ознакомившись с взглядами Коперника, он убедился в их справедливости. В 1572 г. Джордано Бруно получил сан священника, но, будучи обвинен инквизицией в ереси, уехал сначала на север Италии, а потом покинул Италию вовсе.

Около 15 лет он пробыл за границей. За это время он читал лекции по астрономии и философии в Тулузском, Парижском и Оксфордском университетах, сидел в тюрьме Женевы за критику кальвинизма [83] , занимался писательской деятельностью и изданием своих сочинений. Ему принадлежат труды в области философии и космологии, а также поэтические произведения. Джордано Бруно верил в существование во Вселенной множества небесных тел, подобных Солнцу, а также ряда неизвестных тогда планет Солнечной системы. Он был горячим сторонником гелиоцентрической системы мира.

В 1592 г. Джордано Бруно по приглашению венецианского патриция Мочению прибыл в Венецию для обучения его философии и мнемонике [84] , но был передан в руки инквизиции. Около восьми лет находился в тюрьме. Все это время он твердо отстаивал свои убеждения. 17 февраля 1600 г. Джордано Бруно был казнен инквизицией (сожжен на костре) по обвинению в ереси. Он остался в памяти людей как крупный ученый, смелый, принципиальный, верный своему долгу человек.

Хотя достижения ученых Эпохи Возрождения в области астрономии, как это следует из сказанного, были очень большими, они отнюдь не были единственными. В медицинской науке и практической медицине также было сделано много. В этой связи необходимо назвать ученого-медика и врача Андреаса Везалия (1514–1564), труд которого «О строении человеческого тела», изданный в Базеле и состоящий из 7 книг, вышел в свет в 1543 г., т. е. в том же году, что и сочинение Коперника «Об обращении небесных сфер». Труд Везалия представлял собой наиболее полное для того времени, описание человеческого тела, его органов, их функционирования. Об этой книге И. А. Павлов писал: «Труд Везалия это первая Анатомия человека в новейшей истории Человечества, не повторяющая только указания и мнения древних авторитетов, а опирающаяся на работу свободного, исследующего ума» [85] . Везалий преподавал анатомию в Падуапском университете, являвшемся тогда, вероятно, лучшим медицинским учебным заведением, подготовил большое число высококвалифицированных анатомов.

Деятельность Везалия не была обойдена вниманием инквизиции, суд которой, основываясь на ложном обвинении во вскрытии тела живого человека, приговорил его к паломничеству в Палестину. На обратном пути Везалий умер.

Приблизительно 85 годами позднее английский ученый и врач Уильям Гарвей (1578–1657) в труде «Анатомическое исследование о движении сердца и крови у животных» описал систему кровообращения у животных и человека. К этому открытию Гарвей шел долгим путем. Он окончил Кембриджский университет по медицинскому отделению, затем около пяти лет работал в Падуанском университете, где получил степень доктора. Гарвей слушал лекции Галилея, имевшие большое значение для формирования его как ученого. Многие годы Гарвей занимался врачебной практикой, являлся хирургом и главным грачом одной из лучших больниц Англии, был избран членом Королевской коллегии врачей. Одновременно с практической работой он проводил различные исследования на животных, больше всего интересуясь сердечной деятельностью.

Его главная, уже упоминавшаяся книга «Анатомическое исследование о движении сердца и крови у животных» была издана в 1628 г. после многих прочитанных им лекций и обсуждений с коллегами и учениками. Гарвей установил, что практически неизменное количество крови в результате следующих одно за другим сокращений сердца (сердечной деятельности), создающих повышение давления, непрерывно движется (циркулирует) по замкнутой системе кровеносных сосудов. Гарвей установил также, что при относительно небольшом количестве крови, содержащейся в организме, за полчаса сердце проталкивает столько крови, сколько весит животное. Этот последний факт показал ошибочность существовавшего до этого времени представления, созданного еще древнеримским ученым и врачом Клавдием Галеном (приблизительно 130–200 гг. н. э.), в соответствии с которым кровь, поступающая в различные части тела, обратно уже не возвращается, а полностью там потребляется. Таким образом, по Галену, по кровеносным сосудам подаются все новые и новые порции создаваемой организмом крови. По подача во все части организма столь большого количества крови, как это было показано Гарвеем, может происходить только в случае циркуляции одной и той же крови (конечно, протекающей в каждом цикле через легкие для газообмена между кровью и находящимся в полости легких воздухом), а не при полном воспроизводстве крови, как думал Гален и как это считалось до Гарвея. Это было открытием огромного теоретического и практического значения.

Гарвей дал описание малого (легочного) и большого кругов кровообращения [86] , провел важные исследования эмбрионального развития птиц и млекопитающих. В 1651 г. была издана его книга «Исследования о зарождении животных», обобщающая эмбриологические работы. Гарвея считают основателем учения о кровообращении, современной физиологии и эмбриологии.

Результаты научной работы Гарвея, написанные им книги и статьи, лекции и доклады — вся его деятельность помогала утвердиться новым, более прогрессивным взглядам в физиологии, эмбриологии и в особенности в учении о кровообращении. В то же время она была направлена против устаревших представлений, например утверждения о том, что в кровеносных сосудах имеется якобы особая жизненная сила, за счет которой происходит пульсация сосудов и движение крови.

В философии XIV–XVI вв. становятся все более определяющими, сначала особенно в Италии, антисхоластические тенденции. Яркой фигурой среди философов и писателей XV–XVI вв. был голландский гуманист, филолог и писатель (уже упоминавшийся ранее) Эразм Роттердамский (1469–1536), более всего известный своим сатирическим произведением «Похвальное слово Глупости», в котором высмеиваются пороки современного ему общества. Он писал, например, в адрес философов-схоластиков: «Ничего в действительности не зная, они тем не менее воображают себя всезнайками. Между тем они даже самих себя не в силах познать и часто не замечают по телесной близорукости или рассеянности ям и камней у себя под ногами. Это, однако, не мешает им проповедовать, будто они созерцают идеи, всеобщности, формы, отделенные от вещей, первичную материю, сущности, самости и тому подобные предметы» [87] .

Интересно отметить, что в своих сочинениях Эразм Роттердамский выступает как противник войны. Так, в специально написанном им в защиту мира труде «Жалоба Мира» говорится: «Большая часть народа ненавидит войну и молит о мире. Лишь немногие, чье подлое благополучие зависит от народного горя, желают войны. А справедливо или нет, чтобы их бесчестность имела большее значение и силу, чем воля всех добрых людей, — судите сами» [88] .

Французский философ-гуманист Мишель де Монтеиь (1533–1592) выступал, подобно Эразму Роттердамскому, как противник догматизма и схоластики. В книге «Опыты» он так отзывается об ученых-схоластиках: «Мы умеем сказать с важным видом: «так говорит Цицерон» или «таково учение Платона о нравственности», или «вот подлинные слова Аристотеля». Ну, а мы-то сами, что скажем от своего имени? Каковы наши собственные суждения? Каковы наши поступки? А то ведь это мог бы сказать и попугай» [89] .