Чтение онлайн

— Нет!

— Тогда что-нибудь сделаю.

— Например?

— Я хочу прикончить его!

Свирепость сказанного взбодрила меня, но он неправильно истолковал мою реакцию.

— Ты знаешь… Ты поплачь, Элли. Слезы — это нормально.

Я моргнула, глядя на него.

— Я никогда не плачу.

Это правда. Сдержав слезы на маминой свадьбе, я словно разучилась плакать. Я не плакала на похоронах мамы. Я не плакала, когда сломала руку на батуте. Я не плакала, когда смотрела «Инопланетянина». И уж конечно, я не собиралась рыдать из-за Эдриана Грайвса.

На следующий день я появилась в школе с прямой спиной, с вызывающим выражением, из-за которого ныли мышцы лица. После мучительного утра я пришла в столовую, встала в очередь и морально приготовилась к оскорблениям и насмешкам. Неожиданно рядом со мной встал Эд.

— Хочешь сходить в кино на этих выходных? — громко спросил он.

Вареные бобы плюхнулись в мою тарелку, и я увидела дюжину отвалившихся челюстей.

— Да. Хорошо.

В субботу мы пошли на утренний показ «Касабланки» в кинотеатре «Артхаус» в центре города. Сомневаюсь, что старый фильм на хрупкой кинопленке, стоивший всего фунт за просмотр, привлек бы внимание его подружек. Сначала я расстроилась, думая, что их он непременно повел бы на «Матрицу», но спустя два часа мы вышли, ошеломленные напряжением, нежностью и яркими репликами. Особенно впечатлили финальные, культовые слова Хамфри Боггарта: «Думаю, это начало прекрасной дружбы».

На мне те же джинсы, рубашка и конверсы, что и вчера. Даже дорогие стринги и дезодорант Эда не изменили, ощущения моей неопрятности, что и неудивительно.

— Надо переехать в гостиницу с кондиционером, — предложил Эд, когда мы вышли из магазина велопроката, что в нескольких минутах от отеля.

— Но я уже заплатила за следующую ночь, — ответила я, удерживая руль велосипеда. — Конечно, не пять звезд, но терпимо, ты не находишь?

Эд проигнорировал вопрос.

— Видел возле дороги приятный отель. Я возмещу тебе убытки.

Я недовольно цокнула.

— Не смеши! Тебе совсем необязательно тратить деньги на меня.

— Прекрасно. Тогда почему бы тебе просто не сделать мне одолжение и не переехать в другое место?

Я поджала губы.

— Хорошо. Надеюсь, окна там выходят на проезжую часть и секс-шоп. Это все, о чем я прошу, — высокомерно сообщила я и выехала на оживленную дорогу, оставив его позади.

Спустя время, мы съехали с главной дороги на широкую набережную вдоль озера. Обдуваемые ласковым бризом мы катились по дороге, усаженной деревьями, уклоняясь от собачников, детей на скейтах и причудливых ящериц, убегающих от нас. Сухая и приятная жара, молочно-голубая поверхность воды, и волны, бьющиеся о берег. Умиротворяющий пейзаж не совпадал с моим настроением, и по мере приближения к цели росло мое волнение.

— Следующий поворот, Элли.

Я остановилась, чувствуя, как колотится сердце, пока Эд проверял маршрут по GPS на телефоне. Мы съехали на жилую улицу, тихую настолько, что было слышно шуршание колес и шум от оросителей лужаек. Мне, как неместному жителю, трудно определить тип этого района. Возле невысоких, но современных и аккуратных домов и зданий припарковались машины среднего класса. Выехав на нужный нам адрес по улице Эспозито 36, мы обнаружили небольшой особняк с ухоженной живой изгородью. Сливочно-желтые стены, перед входной дверью маленькая веранда, вместительная для цветочных горшков, но не для стульев.

— Ты как? — спросил Эд, и глотнув воды из бутылки, он протянул ее мне. Я покачала головой. Когда в дверях дома показался мужчина, мои колени предательски ослабли.

— Слишком старый, — прошептал Эд.

Желая немедленно скрыться за углом, я нажала на педаль велосипеда, но обитатель дома успел нас заметить.

— Posso essere d’aiuto? [25]

Эд вопросительно посмотрел на меня, но поняв, что я нема как рыба, ответил:

— Salve — stiamo cercando un certo signor Stefano McCourt? [26]

Мои щеки пылали.

Мужчина озадаченно покачал головой.

— Ah! 'E il padrone di casa. Non l’ho mai conosciuto. Ho solo avuto a che fare con il suo ufficio. Ma la sua famiglia una volta abitava in questa casa, quindi Elisabetta, la vicina, lo conoscer`a di sicuro. Lei vive qui da sempre.

Эд повернулся ко мне.

— Стефано владелец дома, но этот синьор никогда его не встречал. Соседка, возможно, сможет помочь нам. Она знала всю семью, когда-то жившую здесь.

Смущенно кивнув головой, я поблагодарила мужчину.

— Эд, ты можешь спросить, есть ли у него телефон агентства недвижимости?

Выслушав, мужчина зашел в дом, выйдя оттуда с именем и адресом риэлтерской конторы в Вероне на клочке бумаги.

Мы поблагодарили его еще раз, оставили велосипеды у изгороди и направились к соседнему дому терракотового цвета, по размеру чуть больше, из трещин мощеной камнями дороги тянулись неизвестные цветы. Нам открыла дверь рыжеволосая женщина пятидесяти лет с тонкими чертами лица и короткой стрижкой.

— Bongiorno, — запинаясь поприветствовала я, вопросительно взирая на Эда.

— Salve. Ci scusi se la disturbiamo, [27] — вежливо он вступил в разговор.

Вскоре они погрузились в увлеченную беседу и по мере разговора лицо женщины все больше расплывалось в улыбке. Без перевода было ясно: она прекрасно знает Стефано МакКорта.

Во время их увлеченного общения я еле сдерживалась от расспросов, но как только появилась пауза не удержалась и спросила у Эда:

— Судя по всему она знакома со Стефано?

— Да. Это Элизабет. Она жила по соседству после того, как семья парня вернулась из Англии. Затем Стефано женился и переехал, ему тогда было около тридцати. Элизабет говорит, что вроде бы его жену зовут Роза.

— А что же Виттория и Майкл?

— После они тоже переехали в дом поменьше. Виттория всегда мечтала об открытии собственной pasticceria, [28] и они хотели вложить в бизнес свои сбережения.

Эд продолжил разговор, одновременно переводя его для меня.

— Они оберегали личную жизнь. Но Виттория души не чаяла в сыне, она гордилась им. Стефано был типичным mammone, то есть маменькин сынок. Всякий разговор с Витторией непременно сводился к тому, какой он хороший сын, честный и умный. Он буквально купался в щедрой материнской любви.

Женщина произнесла что-то еще и рассмеялась.

— Она говорит, что мать до тридцати лет не отпускала его от своей юбки, — объяснил Эд.