Чтение онлайн

Императора охватила волна яростного жара, выплеснувшаяся сила опалила его самого - зато в ушах музыкой раздался истошный, пронзительный, поднимающийся до высот полной неслышимости не то вопль, не то визг твари. Упредивший удар смял её, отбросил далеко в болото, словно изломанную куклу, и там оставил.

Правда, оставил живой, а должен был - по вложенным Императором в удар силе и ненависти - испепелить и развеять по четырём им же вызванным ветрам.

Только теперь Император открыл глаза. Шагах в двадцати от него, в болоте на ровном зелёном ковре, среди многоцветных цветочных венчиков, возникла рваная чёрная дыра, где сейчас кто-то слабо трепыхался и бултыхался.

Проклятье, его должно было спалить в пепел, а потом сжечь и саму золу, подумал Император. Как говориться, силён, бродяга. Что ж, не к лицу владыке Мельина покинуть поле боя, не взглянув в глаза врагу - и лишив его тем самым последнего coup de grace, как сказали бы в совсем другом, далёком от Мельина мире... Держа меч наперевес, Император двинулся через болото. Шёл осторожно, в любой миг ожидая подвоха и внезапной атаки, - кто знает, на что способен его неведомый враг?
– однако тот, похоже, больше был занят сейчас тем, как выбраться из воды на болееменее прочный покров.

Император слышал неразборчивое шипение и сдавленные проклятия. Что это были именно проклятия сомневаться не приходилось - итак, чужак владел членораздельной речью, что уже хорошо. Правда, здешнего языка Император, само собой, не знал, но ничего - "языка" сумеем разговорить и не зная ни слова по-здешнему...

Не доходя пяти-шести шагов до пятна воды, Император остановился. Перед ним с трудом шевелился, судорожно и коротко дёргая тонкими, обтянутыми серой блестящей тканью руками, несомненно, человек, но человек уж больно какой-то странный: череп голый, морщинистый, блестящий, и кожа тоже вся серая, вся покрыта каким-то редким белёсым пухом, уши острые, словно у Дану или эльфа, а плечи узкие, мальчишке впору. Спину врага окутывал плотный чёрный плащ, сейчас весь намокший, отяжелевший и совершенно отчётливо тянувший своего хозяина ко дну. Пальцы у нападавшего оказались длинными и тонкими, ногти - что неожиданно - тщательно отращёнными, ухоженными и не без щегольства покрытыми алым лаком, под стать мельинским модницам.

Барахтавшийся с трудом поднял узкую, вытянутую голову - и на Императора взглянули тёмно-фиолетовые глаза с розовыми белками, глубоко затаившиеся под безбровными дугами; серая кожа на лбу собралась бесчисленными морщинами. Тонкие лиловые губы чуть приоткрылись, и Император увидел тонкие иголки сахарно-белых клыков.

Вампир. Никаких сомнений. И тут всё та же нечисть.

Вампиров Император ненавидел, и это было одно из немногих положений, по которым он соглашался с Радугой. Имперский закон предписывал уничтожать племя ночных кровопийц под корень, - правда, правитель Мельина подозревал, что маги Семицветья сами грешили тем, что выводили всё новые и новые породы вампиров - быть может, готовились к большой войне уже тогда?..

Как бы то ни было, к настоящей войне они, маги, так и не успели.

Как известно, обычная сталь против вампиров бессильна. Даже меч Императора Мельина, выкованный не простыми кузнецами. Нужно серебро, причём не простое, а девственное, а добыть его потруднее, чем авальонн, огненный камень, из которого Красный Арк делал свои амулеты. Исконное же средство, которым всегда пользовалось простонародье, - осиновый кол, что, как известно, в данном случае разит лучше железного клинка; но, к сожалению, ни одной осины в пределах видимости не наблюдалось. Оставалась только белая перчатка. И Император, не склонный сейчас вступать в какие бы то ни было переговоры, решительно сжал левый кулак - несмотря на то что голова ещё слегка кружилась после первого заклятья.

– Погоди, - прохрипел вампир, жестом отчаяния и мольбы вытягивая вперёд костлявую руку. Кстати, интересно, как это он выдерживает солнечный свет?..
– Погоди, человек издалека. Не убивай. Может, у меня найдётся, чем выкупить свою жизнь?..

Никогда не разговаривай с вампирами - первый и главный закон для тех, кому пришлось сойтись с ними лицом к лицу. Император невозмутимо сделал шаг назад, поднимая белую перчатку так, что она смотрела прямо в глаза увязшему в болоте кровососу. Лицо у того задёргалось, болезненно и жалко скривилось, казалось - ещё миг, и из фиолетовых глаз польются горючие слезы. Интересно вот только, какого они окажутся цвета?..

– Не... убивай... я... скажу... про ту, за кем ты пришёл сюда... человеческая... нет, не человеческая... женщина... эльфка... тёмные волосы... носила ошейник, на шее след остался... её... несли...

Император чуть-чуть опустил перчатку. Лицо его оставалось непроницаемым, однако ободрённый вампир затараторил, словно торговец на рынке, боящийся упустить выгодного покупателя:

– Её украли... в твоём мире, человек... правитель вижу, большой правитель... украли призраки... утащили... через Разлом. Ты... пошёл следом. Ты - волшебник, только сам об этом не знаешь... у тебя... Сила Идущих... тех, кто размётывает миры, словно стоги гнилой соломы...

Император чуть скосил глаза на свою белую перчатку. Этот вампир подозрительно много знал, а непреложный закон, которому, как ныне понимал Император, следовать более чем необходимо, гласит - кто знает о тебе слишком много, не должен больше никому рассказать. Лишний аргумент в пользу того, чтобы добить злосчастное существо. Мучить его бессмысленно... или же, напротив, в этом более чем много смысла? Откуда ему всё это известно, хотелось бы знать, в частности?..

– Я буду задавать вопросы, ты - отвечать, - холодно произнёс Император. Сердце его сжалось на миг - он совершил первую ошибку, он заговорил с вампиром, вступил с ним в сделку, и кто знает, чем эта сделка окончится?..

– Хорошо, хорошо, всё отвечу, всё скажу, хр-р-р-р... только вытащи отсюда. Вода... вода... а я её терпеть не могу. Кожу сводит...

– Вытаскивать я тебя не стану, не такой дурак, - хладнокровно сказал Император.
– Отвечай живее, быстрее из болота выберешься, если, конечно, жить хочешь. Откуда ты знаешь обо мне?

– Сказали...
– прохрипел несчастный вампир.
– Сказали... призраки. Те, что несли твою эльфку. Мол, пойдёт такой... можешь его высушить, мы спасибо скажем.

На скулах Императора затвердели желваки. Кое-кто в этом мире знал о нём, правителе Мельина, поистине непозволительно много. Но главное сейчас другое:

– Где я могу найти... мою женщину?

– Тебе до неё два дня пути. Через болота. Там будет... замок. Развалины. Там её держат.

– Кто они и почему напали на меня?
– в упор спросил Император. Вампир тихонько заскулил, не сводя перепуганного взгляда с белой перчатки.

– Не знаю, высокий человек. Они не из нашего мира. Я бы знал. Я бы чуял. Они - чужие, хотя и творят волшбу по-нашему. Откуда они пришли, что им надо - не ведаю. Зачем им твоя эльфка, не знаю. Что с ней собираются сделать - не знаю тоже. Но с такой силой, что ты носишь на левой руке, ты победишь их, высокий человек...

– Ну а ты что здесь делаешь?

– Живу я тут.
– Вампир попытался усмехнуться, но у него это не получилось.
– Бежал от Инквизиции... иначе бы на кол посадили. Совсем спасения от них не стало. А призраки... они мне помогали. Давали... пить. Присылали... пленников, которые им становились не нужны. Правда, редко, очень редко, - с явным сожалением вздохнул вампир.
– Приходилось голодать... подолгу. Ой, подолгу...
– Он алчно облизнулся, глядя на Императора, и фиолетовые глаза странно затуманились, подёрнулись какойто поволокой, так что правитель Мельина ощутил внезапное и резкое головокружение. Захотелось прилечь, прямо тут, на болотных травах, закрыть глаза и спать, спать, спать...