Чтение онлайн

С тех пор мы разговаривали во сне, я рассказала, как получила силы и узнала, что я ведьма, он рассказывал о себе. Правда не много, я чувствовала что он утаивает что- то важное, просил прошения, за то, что оставил мою маму беременной, пытался учить мне видеть, но сил на поддержание этих снов у него было не много и времени нам не хватало. Я не стала рассказывать ему о ребенке, правда он и не спросил ни разу, какой долг на мне, за мое спасение и не отвечала ему на вопросы, где я. Даже не знаю почему, но моя интуиция заходилась визгом, как только мы касались этой темы.

Николас не появлялся, хотя пару раз звонил с вопросами, как я себя чувствую, Даниэль после нашей поездки пропал на несколько дней, а вернувшись, совсем стал высокомерным и ледяным в общении с нами, и безвылазно сел дома. Пару раз Инга привозила каких- то людей, чтобы я посмотрела их будущее, ничего интересного, какие- то бизнесмены, какие- то торги, акции, правда, один из них, сделал мне предложение, я буду предсказывать результаты торгов на бирже, а он честно будет делиться со мной частью выигрыша. Обещала подумать.

Мне нужно было решать, на что я буду жить дальше. Мотя хоть и подкидывал мне подработки, да и Инга исправно платила мне проценты от своих доходов с жаждущих знать свое будущее, но это все было несерьезно. А идти куда- то работать сейчас- было неразумно, да и вряд ли Николасу это бы понравилось. Да потом, после того, как я рожу, на что мне жить у Несси? За ее счет? Да никогда в жизни. У меня еще были деньги от папы, но я хотела зарабатывать свои и главное, ходить куда- то на работу в офис я совершенно не желала, сидеть дома и писать программы, вот была моя мечта. когда то. Что делать теперь, я пока так и не решила.

А еще в один прекрасный день я почувствовала, как шевелится мой сын, это было такое странное чувство, словно теплая волна толкнула меня в животе и сердце, вдруг, так забилось, внутри себя я почувствовала жизнь и нежность к этому маленькому комочку, и я, прижав руки к животу, застыла в своей комнате, пытаясь еще и еще уловить движение моего мальчика. С этого дня во мне что- то сильно поменялось, я начала разговаривать с ребенок, так, чтобы никто не видел и не слышал, что я это делаю. Я читала ему сказки на ночь, рассказывала, как прошел день у мамы, пела или тихонечко поглаживала живот, рассказывая ему, какой он замечательный малыш и как я его люблю.

Я так сильно захотела взять его на руки, что у меня заболело сердце. И поняла, что попалась. Я не смогу отдать его Нику, не смогу никуда уйти от него. Но меня это уже не волновало.

И тут, вдруг, мой биологический отец начал уговаривать меня во снах, переехать к нему.

— Лиза, доченька, я так виноват перед тобой. Мне столько нужно отдать тебе, научить. У меня есть книги от твоей бабки, моей матери, в них ты найдешь много интересного про себя и твой дар. Перебирайся ко мне, мы отлично поладим.

Что меня насторожило, понятия не имею, но я сразу же отказалась, отговорившись тем, что у меня тут дела и я пока точно долгое время никуда не могу уехать. Это повлияло или просто совпало, но с тех пор отец стал появляться намного реже и разговаривали мы меньше. Меня это не сильно расстроило, я не воспринимала его как отца, как источник знаний меня вполне устраивала Несси, да и сильно скучала по ней, потому в какой- то момент даже порадовалась, что не придется много врать, родному, как не крути, человеку.

Через несколько недель мне позвонил Тадеуш и рассказал, что они захватили базу, разгромили лаборатории и взяли почти всех сотрудников, даже парочку ученых удалось прихватить, но вот главного организатора найти так и не удалось. Никто из арестованных никогда не видел его без плаща и перчаток, единственное, что они могли сказать о нем — что это точно вампир.

Поставки наркотиков резко снизились, и Тадеуш был преисполнен надежд, что они вскоре поймают и зачинщика всех этих проблем. Почему- то я не разделяла его оптимизма, внутри все просто кричало о том, что все только начинается. И я оказалась права, буквально через неделю после звонка Тадеуша примчался Ник, его вид меня потряс, белый как полотно, он долго собирался силами, прежде чем сообщить мне, что огромное количество наркотиков буквально заполнило страну. Молодые вампиры целыми компаниями сходили с ума, резали и рвали людей, оборотням пришлось еще хуже, их молодняк, обдолбавшись наркотиками, начинал убивать своих, самых слабых, детей, самок, стариков. И теперь это случалось где угодно. Люди зашевелились, в газетах появились сначала статьи, где утверждалось, что на глазах свидетелей люди превращались в волков, а затем появились снимки. Это была полная катастрофа.

— Лиза, тебе нужно уехать, в замок Гая, там ты будешь в безопасности.

— Ник, а остальные? Что будет с ними?

— Мы стараемся прекратить эти публикации, завтра собрание Советов, будем решать, что делать с молодыми вампирами и оборотнями, скорее всего полная изоляция от мира, на какое- то время, а там, может, мы найдем этого шутника, и тогда проблема будет решена.

— Тогда зачем мне уезжать?

— Мне так будет спокойнее, у Гая преданные ему слуги, это далеко от центра всех событий, да и Несси, она тебя защитить, против Темной Несси не пойдет никто, даже самоубийца, существовать проклятым после смерти. знаешь, желающих нет. Я в этом уверен.

— Я не хочу никуда ехать, здесь меня тоже никто не тронет, никто не знает, где я живу, про меня все еще мало кто знает.

— Лиза, я не хотел тебя пугать, но у нас есть подозрения..

— …что тот, кто это затеял, имеет шпионов среди твоих и лорда Гая вампиров и есть осведомители среди оборотней. Ты это хотел сказать?

Николас потрясенно посмотрел на меня:

— Харас? Или Тадеуш? Хотя. какая разница, кто тебе сказал. Да, мы предполагаем, что это кто- то из близкого круга, потому, когда я уеду, тебе опасно здесь оставаться.

Я хмурилась, что- то мне не нравилось, но вот, никак не могла уловить, что.

— Николас, моя интуиция говорит, что мне не ну3жно уезжать отсюда, понимаешь, мне нельзя никуда ехать. Можно попросить Тадеуша прислать его бойцов, ты поставишь на охрану своих вампиров, я прочитаю их всех, но мне нужно оставаться здесь.

Ник, как- то странно улыбнулся и, вдруг, плавно опустился передо мной на колени.

— Лизи, прости меня. Я, действительно мерзавец, Тадеуш прав. Мне нет оправдания, я подставил тебя, совсем еще девочку. Прости. Я потерял голову, когда увидел тебя, жажда обладать тобой, получить от тебя самое дорогое, сына, получить тебя. Я знал, что так нельзя, ставить тебя перед таким выбором- это подлость, но не смог сдержаться, еще в нашу первую ночь вместе, я понял, какую ошибку совершил, нельзя было тебя заставлять, нельзя. Я потерял тебя в ту минуту, навсегда потерял… Не знаю, простишь ли ты меня хоть когда- нибудь, свет мой. Но я буду надеяться.

Я молчала. признаться сейчас, что я теперь никуда от него не смогу деться, потому что, мой мальчик для меня, теперь, самое дорогое в жизни…нет. не хочу, чтобы он знал. Он принудил меня, привязал к себе, попользовался, и то, что он сейчас просит прощения. Что изменится от его прощения? Ничего. Учиться? Где и как, если ребенок будет расти в доме Ника, а я никогда не смогу его оставить?

— Лизи, я высший лорд, проживший, черти сколько лет, оказался полным дураком, за тобой и так была охота, а теперь. скоро нельзя будет скрыть, что ты ждешь ребенка, и тогда охота станет дикой, многие начнут искать тебя уже не потому, что ты видящая, а потому что не захотят, чтобы у меня родился сын.