Чтение онлайн

Лайне…

Лайне бы не мучилась полдня угрызениями совести и сомнениями в том, пристало ли такое поведение королевской дочери. Лайне бы просто протянула руку и взяла, раз уж высшая жрица оставила сумку свою без присмотра и дрыхнет без задних ног, подобно перебравшей служанке — вон, весь шатер от ее храпа ходуном ходит! И Лайне не стала бы тянуть, тем более что костер еще не прогорел и никто в готовящемся ко сну лагере не обращал внимания на маленькую пленницу.

Атенаис вздохнула и крепко стиснула пальцами холодные каменные перила, отгоняя бесполезные сожаления прочь. Красный песок в темноте казался абсолютно черным, узенький серпик месяца почти не давал света. Завтрашняя ночь будет еще темнее — послезавтра Новолуние.

И, если Атенаис до послезавтрашней ночи ничего не придумает — с каждой последующей молодая луна будет расти, уменьшая шансы, пока наконец…

Ерунда.

Она обязательно что-нибудь придумает…

… Башню она разглядывала уже давно. Правда, не понимая еще, что это — именно Рубиновая Башня. Одинокая скала посреди Красной пустыни — она просто притягивала к себе взгляд. Узкая, невероятно высокая и неприступная, с плоской вершиной и почти вертикальными склонами. У подножия она была всего лишь раза в полтора шире, чем наверху, при такой высоте это почти незаметно. Где-то у ее подножия, очевидно, находился источник воды, потому что на красном песке вокруг скалы словно бы лежало переливчатое зеленоватое ожерелье — собственный миниатюрный оазис.

И только когда Нийнгааль прошептала с благоговейным восторгом: — Она прекрасна, не правда ли?!.. — Атенаис поняла.

Эта скала и была Башней.

Вернее, Рубиновая Башня была вырублена внутри этой скалы.

То-то Атенаис в неверном вечернем свете показалось, что склоны этой скалы отливают рубиновым мерцанием. Она еще подумала, что это — шутки предзакатного освещения. Зря подумала. Скала действительно была того же темно-красного оттенка, что и песок пустыни. И так же мерцала.

Во всяком случае, днем.

— Любуешься на луну? Не торопи события, глупенькая, еще не время… — хрустальный смех Нийнгааль прозвенел в глубине отведенных Атенаис покоев. Приблизился. Прекрасная рука скользнула над плечом дочери аквилонского короля, чтобы тоже опереться о каменные перила. Атенаис с трудом подавила дрожь отвращения, когда теплая рука высшей жрицы мимоходом коснулась ее обнаженной кожи.

Нийнгааль вчера совершила большую ошибку, позволив ей наблюдать за Малым ритуалом. Если до этого и были у Атенаис какие-то сомнения — они рассеялись после того, как она воочию увидела своего демонического жениха. Если, конечно, простое слово «увидела» в этом случае применимо — глаза-то ведь она зажмурила почти сразу, еще в самом начале. К сожалению, видеть можно не только глазами…

— Ты даже и не представляешь, как же я завидую тебе, маленькая глупенькая дочь короля из далеких земель. Тебе уготована высшая честь. И высшее наслаждение, о котором ты в своей невинности не имеешь ни малейшего понятия. Вечное наслаждение, дарить которое способен лишь Повелитель…

У Нийнгааль сегодня, похоже, лирическое настроение. Хорошо. Пусть говорит. Может быть, и о чем полезном случайно скажет, даже не заметив своей оговорки. Пусть тот, кто считает себя сильным, говорит — и рано или поздно что-то из сказанного сделает его слабым.

— Госпожа! — Атенаис постаралась, чтобы голос ее дрожал и был растерян в должной степени. — Но ведь ты — Высшая жрица Деркэто! Ее жрица, я видела, как ты проводила служения! А как же тогда Повелитель? Разве можно служить сразу двум богам?

Смех Нийнгааль острыми хрустальными льдинками звенел в морозном воздухе ночи.

— А ты умна, глупая дочь короля Аквилонии! Я действительно не ошиблась в тебе… Видишь ли, обычно действительно нельзя служить двум богам — сами боги не потерпят подобного. Боги — они страшно ревнивы… как правило. Но Ритуалы Повелителя и Служение Деркэто — слишком разные вещи. Они настолько разные, что не спорят друг с другом. Им просто не из-за чего спорить. Повелитель не возражает, что я по мере сил служу еще и Богине Страсти, он все равно не смог бы ничего получить от такого служения. А Деркэто… Иногда мне кажется, что моя божественная Госпожа считает Повелителя просто моей маленькой слабостью. Она ведь все-таки Богиня Страсти, а потому просто обожает всякие маленькие слабости… это ведь именно из них вырастают самые большие и истинные Страсти. Так что я действительно служу двум богам, ты правильно это заметила, дочь аквилонского короля…

— Госпожа, а кого из них ты любишь сильнее?

На этот раз смешок был коротким и язвительным:

— Считаешь себя самой умной, да? Пытаешься поссорить меня с кем-то из тех, кому я ревностно служу уже столько зим? Не выйдет, глупенькая! Я их обоих люблю одинаково. И служу им обоим с одинаковой же преданностью. Потому что ни один из них по-одиночке не может дать мне целого. Повелителю под силу многое в этом мире, но продлить молодость и даровать неувядающую красоту он не способен — это может лишь Богиня Истинной Страсти. Зато он может одним своим прикосновением даровать наслаждение настолько острое и восхитительное, что за него иногда бывает не жаль отдать и вечную молодость… Ты слишком молода, чтобы понять, я тоже не понимала этого в твои годы. Деркэто учит нас дарить наслаждение, и я отлично умела это делать, уверяю тебя! И умею. Но до встречи с Повелителем я никогда не испытывала ничего подобного сама…

На крохотном балкончике едва хватало места для двоих. Ниже, почти у самого основания Башни, ее опоясывал еще один балкон. Он делил узким непрерывным карнизом Башню на две поставленные друг на друга разноразмерные башни — более широкую и короткую внизу и более узкую и высокую, словно бы воздвигнутую на этом широком и коротком основании. Были еще окна — разные, узкие и широкие, большие и совсем крохотные, на разной и настолько иногда неожиданной высоте по отношению друг к другу, что совершенно терялось ощущение внутренней планировки.

Но балконов больше не было.

Только эти два — широкий, опоясывающий всю башню по кругу, в самом низу. И тот, на котором сейчас стояли и разговаривали ревностно служащая своему Повелителю Старшая Жрица Деркэто Нийнгааль и старшая дочь короля Аквилонии Атенаис, нареченная невеста этого Повелителя. Совсем крохотный, расположенный на самой вершине Башни балкончик. Там, где выше было только черное ночное небо.

Становилось зябко, но Атенаис не собиралась уходить в прогретые жаровнями покои. Не сейчас.

— Я не лгала тебе, когда говорила, что завидую твоей участи, дочь аквилонского короля. Тебе выпало в течение целой бесконечной ночи испытывать то, что мне достается лишь скоротечными мгновениями в качестве награды за хорошую службу. Целая ночь! Практически вечность… как бы я хотела поменяться с тобою местами! Увы… Слишком поздно. Даже более полусотни зим назад, когда я только-только узнала о существовании Повелителя, и то было уже слишком поздно. Ему интересны лишь самые юные и невинные, а я слишком рано начала служение Деркэто, и служила ей слишком ревностно…

Даже в вечерних или утренних сумерках Рубиновая Башня казалась абсолютно черной, что уж говорить о почти безлунной ночи. Черной, как и сама пустыня. Гораздо более черной, чем черное небо над головой — на небе, по крайней мере, яркими светлячками перемигивались звезды.

Впрочем…

Атенаис прищурилась.

Показалось или нет, что некоторые звездочки расположены как-то уж слишком низко? Вроде бы там уже и не место для неба и звезд. Показалось или нет, что эти звездочки еще и перемещаются?..