Чтение онлайн

Отбить закл, летящий в Карлыгаш, цепной молнией по паре бойцов. На них амулеты, но бью со всей мощи и пробиваю.В двух магов летят атамы, потому как на них горят пламенем мощнейшие защитные амулеты, атамы пробивают щиты и входят по рукояти в животы вражьих колдунов. Гарантированные трупы.

Локтем правой нижней в висок атакующему бойцу, кулаком верхней левой по макушке следующего, хрустят позвонки. Трупы.

Прямой рукой в лицо еще одному бойцу, тот летит метров шесть и падает в пропасть. Булава бьёт в голень старику, сбивая с ног, ногой в пах оставшемуся магу. Двумя руками сворачиваю ему голову, третьей рукой перехватываю руку с мечом у атакующего бойца, и иго мечом же пробиваю ему голову сверху вниз. Еще два трупа.

Уворачиваюсь от умелой вертушки старика, блокирую сильную печать (оммёдзи, откуда?), принимаю на щиты мощнейшую молнию. Тот по скорости почти как я, но чуть уступает. Булавой проламываю висок оставшемуся бойцу. Оставшихся порвали Изенька и Марк. Старик молча встает, вытирает кровь, чуть кланяется и взрывается каскадом заклинаний, печатей и ударов. Что-то блокирую, от чего-то уворачиваюсь, и изо всех сил бью Булавой в голову старого мага. От удара тот падает на колени, я пинаю в грудь, его сносит и бьет о ближайшую колонну. Старик крепок, но от такого вырубается. Еще раз бью Булавой, вырубая его наглухо. Убить не боюсь, старик минимум модификант, а то как и я, химера. Сую ему в пасть рукоять Булавы, срываю с левой нижней руки моток шпагата, сотканного из самолично собранной на кладбищах крапивы, отрываю приличный кусок, фиксируя на затылке узел. Все, Булаву он никак не выплюнет, и уж точно не перегрызет. Ломаю колени ударами ног, ломаю локтевые суставы, выламываю пальцы из суставов. Вяжу старика в лучших традициях японской школы художественной вязки.

Вырываю атамы из тел магов, и изо всех сил кричу, вздымая клинки вверх: - Еstrella manana!

Из клинков вырываются ослепительно-белые росчерки Утренней Звезды, сильнейшего закла Церкви, бьющие в мешающую мне противную звёздочку на светлеющем небосклоне.

Глава тридцать седьмая.

Поворачиваюсь к Встающей на колени Карлыгаш, кричу: - Помоги Ольге и Максиму, они пока живы! Наложи «Маленькую смерть»!

– Как?!!! У меня некросоставляющая семь процентов!
– Кричит в ответ девчонка, едва держась, чтобы не впасть в истерику.

– Своей дочери или внучке тоже так скажешь, не приведи боги? – бросил я, и прыгнул к начинающему шевелиться старому магу. Бью с обоих рук оглушалками, и так три раза подряд. Маг очень сильный, прекрасно себя контролирующий. Иной бы выл от переломов, этот же пытается что-то сделать.

Срезаю с него одежду. Опыта, к сожалению, хватает, потому связанный старик остался нагишом через несколько секунд, а изрезанная заклами одежда улетела в дальний угол.

Бью «рожоном» бойца, что не добила Ольга, тот пошевелился. Голову ему разнесло в клочья, брызги попали на спину склонившейся над Максимом Карлыгаш. Но она не обратила внимания, тщательно вырисовывая узор палочкой, и нежно, по нотам, произнося заклинание.

– Pequenamuerte! – все у Карлыгаш получилось, Макс вырубился. Теперь хоть от болевого шока не умрет. Руку ему затворила моя девушка, просто опалив рану. Да, ожог, но кровь свернулась и забила сосуды.

Таким же заклом Карлыгаш усыпила Ольгу. Той досталось страшно, все лицо обожжено. Но глаза уцелели, самое главное. Остальное целители наладят, восстановят, еще потанцует. Ну, если только посттравмат не накроет, всякое бывает, я сам три года в себя приходил.

Осматривая и периодически вырубая старика, вторым потоком одумывал двойную звезду, и ситуация мне все больше не нравилась, наконец, пинком в голову изо всех сил, в очередной раз вырубил старого черта. Сдохнет и черт с ним, но с рунным полем что-то надо делать.

Карлыгаш вывернуло, когда она поняла, в чем ее спина, но это опять же – мелочи. А вот то, что нагородили злодеи – ни разу не мелочь. Я аккуратно задул три звезды в узловой точке, и снял свечи. Оттуда так же аккуратно шагнул внутрь, и погасил сразу два десятка свечей. Все, взрыватель обезврежен, так сказать.

Ухватив старика за волосы, подтащил его к девушкам, Карлыгаш пыталась влить в лицо Ольги малую исцелялку. Но то ли силы кончились, то ли не выходит из-за стресса, не знаю.

– Позволь я. А ты звони всем. Ментам, пожарным, в Спортлото. Что-то они ворон не ловят, долго едут. – Чуть отодвинул я свою девчонку, и свернул две нижние руки в хитрые фигушки. Из вывернутых к Ольге ладоней полилось нежно-зеленое пламя, впитываясь в опаленные кожу и мышцы блондинки.

– Времени всего три минуты прошло. Норматив десять, не меньше. Откуда у тебя столько сил, Аким? – ну да, драка на сверхускорении, полсотни заклов, причем изо всех сил, руками-ногами махал. Да, ногами. Пнул снова старого черта. Живучий, гад, так и тянет просто прирезать. Но нельзя. Я у этого голого мудака такую татушку интересную обнаружил, что просто атас. Хотя на теле старого мага и других интересных татуа хватает, причем сделанных давно, и очень умелыми мастерами. Аналоги наших перстней, и носимых накопителей. Есть свои плюсы и свои минусы. Но на вопрос девушки я промолчал, сделал вид, что не расслышал, да и Карлыгаш на это внимание не обратила, аккуратно устраивая Ольгу поудобней, и подкладывая ей под голову чью-то сумку. Кстати, со здешними сумками бы поосторожней надо, но уже поздно.

– Аким, может, перестанешь пинать эту мразь? – Карлыгаш брезгливо взглянула на старика, стянула с себя испачканную кровью и мозгами кофточку, и надела куртку Ольги прям поверх голого тела.

– Не могу. Убил бы, да нельзя. – я перевернул старика на живот. Нечего перед моей девушкой голыми мудями сверкать.

Снизу раздались ментовские трели. Блин, я соловьям так не радовался, как этим ментокрылым. Лаем постоянно милицию, а чуть что, так к ней бежим.

Со стороны Южного вокзала множественные сирены, по Проспекту Дружбы Народов тоже, и мигание проблесковых маячков, со стороны Сергилей летят вертолеты экстренных служб, тоже светятся как новогодняя ёлка. Я встал, и обоими атамами зажег «могильные огни», самое простое для таких концентраторов. Вифлиемовскими звездами я их чуть не сжег, едва резонанс не поймали, рванули бы ножики, и сгорели как свечки. А так пусть болотно-зелёное, но зато очень яркое свечение, сразу заметили. Вряд ли здесь кто-нибудь семафорную азбуку знает, а то выдал бы пару фраз. Впрочем, итак неплохо. Я снова пнул старика.

Вертолет и конвертоплан зависли над площадкой, по скинутым тросам резво спустились бойцы спецназа, на всякой случай беря на мушку и нас.

– Комитет Партийного Контроля, Власов Аким, маг третьего уровня Карлыгаш Жапарова. – В наших руках удостоверения. От спецназовцев подошел боец-маг, сделал пару пасов над «корочками», и разрешающе махнул рукой.

– Капитан Саидбеков, СОБР. – козырнул один из бойцов.

– Майор Бечевин, КГБ. Что здесь произошло, товарищи. – закинул автомат за спину другой, и обвел площадку рукамми.

– Не знаю, майор. Но этот старый хрыч – отряд 731. А эта двойная звезда аналог заклинания Деникина-Кутепова, третьей степени. Я не успел просчитать полностью, но минимум десять мегатонн. – офицеры, надо сказать, охренели. Сначала не поняли, что за отряд, а потом как поняли… - вызовите военную контразведку. Вряд ли вы. – Я отвлекся и пнул старика. – сумеете правильно просто отвезти этого черта. Не то, чтобы допросить. – и пнул его снова.

– Не смейте! Пытки запрещены! – со стороны лестницы бежала еще одна участница. Прокурорша, если по кителю судить, и в прекрасной физической форме, если судить по ее дыханию. Патрульные-то чуть живые сюда поднялись.