Страсть и ничтожество
Шрифт:
С этими словами мы незаметно оказались ещё в одном большом помещении. Большую его внутреннюю часть занимало что-то вроде поля. В данный момент оно было пустым. Зато пространство вокруг поля и стены представляли собой жуткое зрелище. Куда бы я не бросила взгляд, везде висели, стояли, лежали всевозможные орудия для пыток: прикованные к стене железные скобы для рук и ног, цепи, щипцы, штыри, молотки и топоры, непонятные, но устрашающие на вид конструкции. На всех инструментах были следы засохшей крови, на стенах - кровоподтёки. Я смотрела на эти приспособления с содроганием, а когда представила, что они использовались для мучения живых людей, меня охватил ужас. Я инстинктивно рванулась назад, к выходу, но граф Калисто крепко сжал мой локоть, и как ни в чём не бывало, продолжал улыбаться.
– Вот это и есть мой зал для игр.
– Знаете, я что-то не хочу играть.
– кажется, мой голос дрожит.
– Я уверен, что вы передумаете, когда увидите своих друзей.
У меня появилось какое-то смутное ощущение догадки и, как будто в подтверждение ей, с потолка спустилась железная клетка. В ней я, естественно, узрела своих горемычных. Как только они меня увидели, все прижались к прутьям решётки. Все, кроме Светы, она, кажется, лежала в обмороке. Я не сразу смогла прийти в себя. Лекс, Рик, Делти и Тиллиус смотрели на меня с несчастными лицами, глазами полными затаённой надежды.
– Ну вот, - прокомментировал граф, - теперь у нас есть зрители. Уверен, что они будут болеть за вас.
– Да уж, не сомневайся!
– протянул чей-то голос.
Оказалось - это Света очнулась (или её привели в чувство), и теперь она была в бодром расположении духа.
– Я буду так за неё болеть, как не болела ещё никогда! Прямо-таки фанатично!
Потом она плюнула в графа (к сожалению, плевок до цели не долетел) и заорала во всё горло:
– Оле, оле, оле, оле!
Я обратилась к графу.
– Я так понимаю, освобождение моих друзей напрямую зависит от моего выигрыша?
– О-о, я сразу разглядел в вас незаурядный ум, - ответил Калисто с улыбкой.
Эта его улыбка меня уже бесила, хотелось как угодно стереть её с лица.
– А что будет в случае, если я проиграю? Хотя нет, не говорите, потому что я выиграю, - добавила я, трезво рассудив, что знать о последствиях моего проигрыша не надо, тем более, что я о них, кажется, догадываюсь.
– В чём заключается игра?
Теперь в моём голосе не было и тени любезности, я говорила холодно и жёстко, но графа, похоже, это не смущало.
– О-о, это очень простая игра. Надо всего лишь разбить шаром сложенную фигуру.
«Что-то между боулингом и «городком», - промелькнуло у меня в голове. Ни в то, ни в другое играть я толком не умела, но зато у меня появилась надежда, что игра действительно не такая уж и сложная.
– Ну вот, мои слуги уже всё приготовили, - обрадовался граф.
Я снова посмотрела на поле и с ужасом поняла, что хозяин замка не просто маньяк, он ещё и сумасшедший. Фигуры складывались из человеческих костей, а роль шара выполнял череп.
– Мы вот этим будем играть?
Граф довольно потёр руки. Теперь он выглядел совсем как сумасшедший.
– Правда, оригинально? Это всё я придумал!
«Не сомневаюсь», - зло подумала я.
Когда Света увидела «спортивный инвентарь», она немного поутихла. Остальные в клетке молчали, зрелище на всех произвело впечатление.
Граф сделал приглашающий жест рукой.
– Первый ход ваш.
– Мой?
– я растерялась.
– Но я не знаю правил.
– Мелочи какие! Просто бейте и всё.
Я пожала плечами. Бить так бить. Прошла на поле и остановилась возле одного из черепов. Посмотрела на него с отвращением и не сразу смогла взять его в руки. Только тогда, когда взглянула на своих друзей в клетке (которые не сводили с меня глаз), я решилась и подняла череп. И тут же уронила - из пустой глазницы вылез большой белый червь. От удара об пол от черепа откололась челюсть. Меня от испуга охватила злость.
– Могли бы держать в чистоте свой спортивный инвентарь!
Граф отмахнулся.
– Какой-то маленький червячок. Чем он вам помешал? Я, кстати, очень люблю ими перекусывать, когда проголодаюсь. Они лёгкие, но калорийные. Хотите попробовать?
И в подтверждение слов хозяина один из слуг открыл блюдо, которое держал в руке. На большой тарелке копошилась белая куча червей.
– Свеженькие!
– обрадовался граф и подхватил с тарелки одного.
Я отвернулась. В этот день для моего желудка слишком много испытаний. Стараясь сосредоточиться на игре, я прицелилась и метнула череп, то есть, шар. Мне повезло, череп долетел и разбил сложенную из костей фигуру.
– Не считается, не считается!
– закричал Калисто.
– Как это не считается?!
– возмутилась Света.
– Она попала! Разуй глаза, ты, поедатель червей!
– Она заступила за линию!
– протестовал граф.
Я посмотрела под ноги.
– Нет здесь никакой линии.
– Есть, есть! Всё, теперь мой черёд!
Граф выхватил у меня череп и, несмотря на возмущённо - протестующие крики моих друзей, бросил его в другую фигуру и разбил её.
– Попал, попал!
– обрадовался граф.
Я промолчала. Слуги снова сложили фигуры. Видя, что граф не торопиться отдавать мне «шар», я протянула руку.
– Кажется, сейчас моя очередь.
– Не-ет. Я выиграл, значит, бросаю ещё раз.
– Не честно! Правила дурацкие!
– закричала Светка.
– Мошенник!
– А вот и честно, а вот и честно!
– заспорил сумасшедший граф.
Теперь он был мало похож на того аристократа, которым мы его увидели, когда только пришли. «А выпустит ли он нас, даже если я выиграю?» - подумалось вдруг мне. Размышляя над этим, я наблюдала, как граф снова прицелился и бросил череп. Но тот пролетел мимо фигуры из костей.
– Не попал, не попал!
– заорала Светка.
– Не считается!
– возразил Калисто.
– Он фигуру сложил неправильно. Она слишком маленькая. Я буду бросать ещё раз.
Сидящие в клетке опять стали возмущаться. Моё терпение тоже было на исходе. Слуга пересложил фигуру, граф долго ходил вокруг и давал ему указания как сделать всё в точности. Я упёрла руки в бока, всем своим видом показывая, что слежу очень внимательно и спускать графу больше не намерена. Граф искоса поглядывая на меня, снова запустил в фигуру и не попал.