Чтение онлайн

— Ты этого желал? — насмешливо спросила она. Ее хрипловатый смех звучал возбуждающе, но не его хотел услышать Гаррик в данный момент.

— Да, распутница, — напряженно произнес он, яростно прижимаясь бедрами к ее бедрам.

Гаррик испытал удовлетворение, заметив, как ее губы удивленно округлились. Охваченный страстным желанием, он начал осторожно двигаться на ней. Та неспешность, с которой он входил в нее, удивила его. Тело требовало немедленной разрядки, но в отличие от прошлого раза он намеревался продлить удовольствие.

Он хотел наслаждаться ее мягким гладким телом, вдыхать ее пикантный запах, целовать ее в губы и проникать в горячую глубину. Боже, как она прекрасна. Ему хотелось оставаться в ней как можно дольше.

Внезапно она начала двигать бедрами навстречу ему, и от этого его член тоже пришел в движение. Она охватывала его горячим скользким кольцом. Он застонал, чувствуя, как ее лоно сжимает его словно мягкими тисками. Ее мышцы то усиливали, то ослабляли давление. Это крайне возбудило его, и он начал двигаться в естественном равномерном ритме. Ее тихий стон поощрял его, и он глубже вжимался в нее. Он, несомненно, доставлял ей удовольствие.

Постепенно усиливая толчки, он почувствовал, что она тоже двигается ему навстречу. Внезапно ее пальцы впились в его плечи и ее бедра яростно прижались к нему. Все ее тело напряглось, и он, почувствовав пульсации вокруг члена, застонал от наслаждения. Никогда даже в самых непристойных мечтах он не мог представить, что общение с женщиной может быть таким потрясающим.

Ее тело не переставало содрогаться под ним, когда он продолжил свои толчки. Каждый раз, когда он выходил, ее тело, протестуя, плотно сжимало его. Это усиливало трение, и каждое движение внутрь доставляло огромное удовольствие. Его кровь бурлила, требуя удовлетворения.

Он начал неистово двигаться в ее горячем влажном лоне, и чем сильнее были толчки, тем приятнее трение. Это было потрясающее ощущение. Его тело требовало как можно скорее достичь вершины наслаждения.

Напряжение достигло предела, и он, приподнявшись над ней, последним сильным толчком вошел в нее. Из груди Гаррика вырвался стон, его член судорожно дернулся и начал пульсировать внутри. Он тяжело дышал, испытывая невероятное удовольствие. Постепенно острота ощущения спала, и он опустился на нее, прижавшись лбом к ее лбу. Боже, как ему хотелось сейчас заглянуть в ее глаза. Его пальцы потянулись к повязке, но тревожный внутренний голос остановил его, и он лишь погладил ее щеку.

— И этот экзамен ты сдал блестяще, — хрипло сказала она.

— С тобой это было не трудно, — пробормотал он и поцеловал ее. Ему хотелось уснуть и проснуться, не выпуская ее из объятий.

— А как быть с этим? — Она указала на повязку, и его сердце дрогнуло от страха.

Он скатился с нее и, подобрав с пола брюки, быстро натянул их. Повернувшись к Рут, он застыл на месте, глядя на нее. Они не позаботились разобрать постель, и теперь Рут лежала среди скомканных простыней и покрывала. Он никогда не видел более красивой женщины.

Золотистое постельное белье было прекрасным фоном для ее густых каштановых волос и подчеркивало персиковый оттенок бархатистой кожи. Повязка все еще была на месте, и Гаррик удивился, что даже не подумал привязывать Рут к кровати. Это говорило о том, насколько безопасно он чувствовал себя с ней. Еще удивительней было то, что она ждала, когда он сам снимет повязку с ее глаз. Значит она с пониманием относилась к его требованиям. Внезапно ему захотелось рассказать ей все о себе. Однако он решил повременить. Не все сразу.

Гаррик напрягся, вообразив, что она смотрит на него. Вызовет ли его недостаток отвращение у нее? Он поморщился, снимая повязку с ее глаз, и она заморгала, приспосабливаясь к мягкому свету комнаты. Когда глаза привыкли, ее взгляд встретился с его взглядом, и она улыбнулась.

— Возможно, это покажется удивительным, но с завязанными глазами я испытываю особое наслаждение, когда ты ласкаешь меня. — Ее голос звучал подобно страстной музыке в его ушах, и у него снова возникло желание. Это чувство становилось привычным в присутствии Рут.

— Значит, тебе было приятно?

— Гораздо приятнее, чем с любым мужчиной в прошлом, — тихо сказала она.

От этих слов на душе у него стало светлее. Он инстинктивно понимал, что, пожалуй, преждевременно радоваться этому признанию, однако отбросил сомнения. Рут деликатно зевнула, и он заметил, что ее веки слегка опустились. Он поднес ее руку к своим губам и поцеловал запястье.

— Я оставлю тебя, чтобы ты могла поспать, — прошептал он.

— Не уходи. Погаси свет и побудь со мной еще немного.

Рут покачала головой и откинула покрывало. В этот момент Гаррик понял, что никуда не уйдет. Тепло ее фиалковых глаз обещало, что он найдет покой, и уют в ее объятиях. Он быстро погасил газовый свет, так что единственным освещением в комнате остался тлеющий огонь в камине.

Когда его глаза привыкли к полумраку, он повернулся к кровати и увидел Рут, лежавшую на боку и ожидавшую его. Она протянула к нему руки, и он подошел к ней, принимая ее приглашение. Устроившись рядом с ней, он обнял ее и привлек к своей груди. Рут прижалась к нему, приложив ладонь к его сердцу.

Ему было приятно ощущать ее в своих объятиях и вообще находиться рядом с ней. Она пробудила в нем покровительственные инстинкты. Он всегда испытывал нечто подобное по отношению к своим сестрам и Мэри, но в данном случае имелось некоторое отличие.

Любовное общение с этой женщиной превзошло все его самые смелые мечты. Она не только научила его, как доставить ей удовольствие. Она сделала так, что он чувствовал себя вполне комфортно в ее постели. Это еще больше привлекало его к ней. Ее тихое дыхание умиротворяло его, и он впервые за последнее время почувствовал спокойствие.

Гаррик закрыл глаза, наслаждаясь исходящим от Рут теплом. Он никогда не испытывал такой удовлетворенности. Где-то в глубине сознания вновь возникла тревога. Наверное, не следует позволять ей завоевывать его душу. Он тяжело вздохнул. Невозможно изменить то, что уже произошло. После сегодняшней ночи будет невероятно трудно отпустить ее. Рут пробормотала что-то, уткнувшись ему в грудь. Он посмотрел на нее и понял, что она уснула. Неужели он утомил ее своими любовными ласками?

Невозможно было не испытать чувство гордости, предположив такую возможность. Она сказала, что он доставил ей огромное наслаждение, и он поверил ей. Он был доволен. Однако чувство удовлетворения исчезло, когда вернулись прежние сомнения.