Чтение онлайн

– Ух ты!.. – восхитилась Маринка. – Какая прелесть. Вы здесь что, пресс качаете?

– И не только его, – спокойно ответил Михаил, пристально рассматривая всех нас и ожидая, что мы, наконец, поведаем причину своего прихода. – Стараюсь держать себя в форме, – добавил он.

Тут вновь открыла свой рот Маринка, и я поняла, что если сию минуту не перебью ее, она начнет флиртовать с этим пареньком прямо на наших глазах. Пришлось поторопиться и привлечь внимание любовника Сабины к себе.

– Вы знаете, что тут только что произошло? – первым делом спросила я, пристально глядя на молодого человека.

Тот ничуть не смутился, а вполне обычным тоном ответил:

– Смотря что вы имеете в виду… Я видел, что тут менты набежали, а когда спросил в коридоре у парнишки какого-то, он сказал, что кого-то убили. Это все, что мне известно.

– И вы даже не попытались выяснить, кого именно убили? – удивленно спросил Кряжимский.

– А зачем? Я часто живу в гостиницах, там чуть ли не каждый месяц кого-то убивают, так что мне теперь из-за каждого слезы лить, – возвращаясь на свой коврик и садясь на него в позу «лотоса», ответил нам Михаил. – Я предпочитаю в такие дела нос не совать. Так спокойнее, да и с ментами дел иметь потом не приходится.

Михаил наклонился вперед, достал подбородком до своей пятки, а затем вновь вернулся в исходное положение и спросил:

– А в чем, собственно, дело-то?

– В том, что убит был не обычный постоялец, а владелец гостиницы, – кое-как заставив свои губы шевелиться, произнесла я.

Этот парень, красавчик, как его назвала Маринка, произвел на меня огромное впечатление своим видом, тем, как легко и ловко он выполнял то, чего мне ни за что не сделать, тем, как играли в тот момент его мышцы… Как он был красив в тот момент, более красивых мужчин – я имею в виду телосложение – мне видеть пока не приходилось. На лицо же я даже внимания не обращала, оно было не в моем вкусе. Но вот зато в его фигуру я влюбилась просто сразу.

А что уж говорить о Маринке?! Та просто глазела на парня, не пряча свой нагло раздевающий взгляд. Представляю, что бы случилось, если бы мы с Кряжимским вышли – она же его бы тут же изнасиловала.

– Как? Владелец? – переварив сообщение, переспросил Михаил. – Как это случилось?

– Его зарезали кинжалом, – коротко пояснила я, а Маринка сразу меня поправила:

– Не зарезали, а зарезала.

Ее тайные мысли мне были ясны как день – очернить несчастную Сабину ради собственной выгоды. Не со зла, конечно, а просто потому, что ради мужчины моя подруженька была способна на очень многое. Но рядом была я, а потому сразу же все ей обломала.

– Когда я появилась на месте убийства, там стояла его жена с окровавленным орудием убийства в руках.

– Сабина? – моментально вскочил с места Михаил. – Как же так? Не понимаю.

– Мы тоже сначала ничего не поняли и даже решили, что это она его убила, – попыталась объяснить я, но Михаил был настолько поражен, что не слышал меня.

– А разве не она?

– Пока неизвестно. Но мы считаем, что нет. Милиция же уверена в ее виновности, – быстро выложила я все и покосилась на Маринку.

Та слегка надулась, поняв, что я нарочно не дала ей сделать по-своему, но ничего мне не сказала. Михаил же принялся метаться по комнате, что-то бубня себе под нос. Потом резко остановился и спросил:

– А ко мне вы зачем пришли?

На этот раз ответил Кряжимский, так как я просто не могла подобрать слов, которыми можно было бы пояснить человеку, что мы просто его проверяем. Сергей Иванович об этом, правда, говорить не стал, а предложил:

– Мы подумали, что вы желаете ей добра, а значит, согласитесь оказать нам помощь и ответить на несколько вопросов.

– Да, я согласен, – закивал Михаил и жестом пригласил нас садиться.

Потом, правда, сообразил, что садиться-то нам некуда, и принялся снимать со шкафа стулья. Мы с Маринкой помогли их расставить, а потом сели и начали наш миниатюрный допрос. Для начала я решила расставить все точки над «i» и сразу рассказать, почему мы, собственно, обратились с такой просьбой именно к нему. Хотя Михаил это уже понял и сам, а потому не очень-то смутился, когда я сказала:

– Мы видели вас однажды на пляже с Сабиной, а потому сразу догадались, что у вас не совсем дружеские отношения.

– Я это понял, как только вы попросили ей помочь, – посмотрев на меня, ответил красавчик. – Только вот не знаю, чем конкретно могу быть полезен, если я даже не в курсе, как все произошло. Да, и еще вопрос. – Михаил на минуту замолк, но потом все же спросил: – А зачем все это нужно вам? Вы же, кажется, из числа постояльцев. По крайней мере, вас и вас, – он указал на Маринку и Кряжимского, – я тут пару раз точно видел.

Я украдкой посмотрела на Кряжимского, а когда он согласно кивнул, принялась объяснять, чем мы занимаемся в то время, когда не отдыхаем. Напоследок добавила:

– Но дело не только в поиске сенсации или чего-то еще, просто будет несправедливо, если невиновную женщину осудят. Считайте, что это чисто человеческие качества – сострадание и желание помочь.

– А-а, – протянул Михаил. – Теперь ясно. Так чем я могу помочь Сабине?

– А вы ее любите? – ни к селу ни к городу спросила Маринка.

Не то что мы с Кряжимским, но и Михаил опешил от такого прямого и наглого вопроса. Правда, он сразу нашелся и, послав Маринке одну из своих ослепительных улыбок, сказал:

– А вы как думаете?

«Браво! – мысленно похвалила я его. – Пусть подруженька посидит пока, подумает, может, хоть в разговор лезть не будет, где не нужно. А то за дни отдыха Маринка что-то совсем разучилась думать».

Оставив Маринку размышлять, я продолжила наш с Михаилом разговор с того места, на котором мы и остановились.

– Для начала хотелось бы знать, рассказывала ли вам Сабина о всех злоключениях, которые происходили с ее мужем за последние несколько дней? – произнесла я.

– Нет, – тут же ответил Михаил. – Между любовниками вообще не принято обсуждать личные проблемы. Да мне и самому это было неинтересно.

– Так. Тогда могу предположить, что Сабина не говорила вам и о том, кто бы мог недолюбливать ее муженька, желать его смерти, – вынуждена была сразу уточнить я.

– Правильно, – согласился с этим Михаил. – Единственное, что я о ней знаю, так это ее пристрастия в еде и в постели, не больше того.

Я буквально спиной почувствовала, как Маринка напряглась, услышав слово «постель».