Страсти по Дездемоне
Шрифт:
Он допил остывший чай и засобирался. Еще раз принял благодарность за полку, пообещал, что непременно зайдет на следующей неделе, хотя был твердо уверен, что никогда здесь больше не появится. Шагая домой, он никак не мог избавиться от ощущения, что его выставили дураком. Эта «снежная королева» его неплохо задела. И дело даже не в пении. Тут что-то другое. Они словно из разных миров. Она культурная, породистая, играет на фортепиано. Воспитанница института благородных девиц из высшего общества. А он неотесанный мужлан – матросик, имевший шанс случайно столкнуться с ней разве что при штурме «Смольного». Эта их разность как раз и манила.
5.
В пятницу вечером Андрей дежурил у входа в консерваторское общежитие. Он помнил, что Наташа собиралась уехать на выходные к родителям, и решил воспользоваться моментом, чтобы увидеть Алину одну. Она появилась в своем драповом пальтишке, и только у самого входа заметила Андрея.
– А Наташа уехала сегодня, и вернется только в понедельник, – прозвучало вместо приветствия.
– Я знаю. Я вообще-то с тобой хотел поговорить.
– Со мной? О чем? – удивилась Алина.
– Да так… Может у тебя есть немного времени? Пройдемся…
Несколько секунд ей понадобилось, чтобы преодолеть замешательство.
– Ну, хорошо. Только я сумку тяжелую с нотами занесу.
Андрей остался ждать, в очередной раз прокручивая в голове план предстоящей беседы.
– Ну. Куда пойдем? – Алина спускалась по лесенкам крылечка. Открытый взгляд, милая улыбка. Нет, все-таки она не снежная королева.
– Может в соседний парк? – продолжала она. – Я стараюсь каждый день хоть немного гулять.
Какое-то время шагали молча. Андрей готовился начать разговор. Решившись, он повернул голову, и открыл было рот, но его фраза прозвучала одновременно со словами Алины: она тоже хотела что-то сказать. Раньше никогда бы не поверил, что эта типично голливудская сцена может произойти на самом деле. Она их развеселила.
– Ты что-то сказал?
– Да нет, ничего. Говори. Я слушаю.
– Я просто хотела извиниться. В последний раз я тебя, наверное, обидела. Ты не подумай. Ты очень искренне пел. Мне правда понравилось. Просто эти два месяца вокруг меня одни музыканты. Мой маршрут – «консерватория – общежитие – консерватория». Я совсем не общаюсь с другими людьми, поэтому все перевожу на профессиональные рельсы.
– Да что ты. Я совсем не обиделся, – ему стало чертовски приятно.
– Да? А Наташа на меня взъелась. Говорит, я черствый человек… Она очень хорошая девушка.
«Она меня, часом, не сватать собралась? – подумал Андрей. – Так дело не пойдет». А вслух заметил:
– Да. Наташа хорошая, но сейчас не о ней… Я хотел тебя завтра в театр пригласить.
«Тьфу, черт. Испортил заготовку. Это надо было ближе к концу сказать»
– Да, в оперный театр. У меня два билета на оперу Джузеппе Верди «Аида».
Ладно хоть фамилию с названием вроде правильно выговорил. Не зря дома несколько раз повторял. Он вспоминал дополнительные аргументы:
– Ты же сказала, что если музыку соединить со словом, то может получиться опера, – нет, что-то упустил. – …то лучшее, что может получиться, – опера. Вот я и решил позвать тебя на то лучшее.
Это была первая половина домашней заготовки. И здесь умудрился слова напутать. Алина остановилась.
– А как же Наташа?
Опять Наташа. Далась ей эта Наташа.
– Ну а с Наташей в следующий раз можно… – опять глупость сморозил. Алина решит, что он ловелас. Будет с ними по очереди по театрам разгуливать. И добавил спасительную, как ему казалось, фразу:
– … можно в другой раз сходить вместе. Втроем.
«Так никаких денег не хватит». Он был очень неприятно удивлен, покупая билеты. Еще подумал: за такие деньги можно было и на Цоя сходить. Повисла пауза.
– Я слышала про эту постановку… Но пойти не могу. Это будет нечестно по отношению к Наташе.
Алина что – считает его потенциальным кавалером своей соседки? Хуже, если Наташа думает так же. Наташа, Наташа… Ее счастье, что она уехала к родителям.
– …Но ты же музыкант! Будущий профессионал. Зачем упускать такую возможность? Ты честно занималась всю неделю, так можешь наградить себя походом не куда-нибудь, а в театр!
Алина колебалась. Андрей понял, что если сейчас не найдет более весомые аргументы, вся кампания провалится.
– А если у тебя будет свой билет? Представь, что ты идешь одна. А там случайно встретила меня и перекинулась парой фраз в качестве консультанта. Я же в опере ни черта не понимаю. Тоже бы отказалась? – Андрей достал билеты, и оторвал один от другого.
Алина согласилась в конце концов с такими доводами. Решили не устраивать комедию со случайной встречей на соседних местах. Договорились, что за полчаса до начала Андрей будет ждать у входа.
Домой он шел вполне довольный собой. Не терпелось дождаться завтрашнего вечера.
В комнате его ждал Сергей.
– Что такой довольный? Удалось снять консерваторских?
Андрей уже жалел, что рассказывал ему про первое знакомство с девушками. Тогда они весело ржали, обсуждали, как подключить Серегу, познакомив с какой-нибудь клевой Алининой подругой.
– Да нет, не удалось.
Почему-то сейчас Андрею ничего не хотелось рассказывать. Это касалось только его.
– Ладно. Не хочешь говорить – не надо. Я на второй этаж, к Антону. Приходи позже. Там все будут.
Сергей ушел, а Андрей, не раздеваясь, лег на кровать. Закрыл глаза. Алина. Имя-то какое приятное, нежное. Не жесткое, как Татьяна, Тереза или Шура, например. А мягкое, певучее, женственное, как она сама…Аль-лии-на.
6.
У входа в оперный театр было многолюдно. Кто-то поджидал своих спутников и знакомых, кто-то сразу проходил внутрь. Несколько раз спросили лишний билетик. Андрей останавливал взгляд на всех девушках со светлыми волосами и с легким беспокойством посматривал на часы. Алина появилась без десяти семь. Увидела; пробираясь сквозь толпу, помахала рукой.
– Привет, я немножко опоздала.
– Да все нормально. У нас еще уйма времени.
Андрей впервые попал в Михайловский театр. Да он вообще не мог припомнить, бывал ли хоть в каком-нибудь оперном театре. За последний год его культурная питерская жизнь исчислялась следующими событиями: два рок-концерта, причем один на стадионе (это было, безусловно, самое яркое впечатление), видеосалон, представлявший собой небольшую комнату с цветным телевизором и видеомагнитофоном в жилом доме напротив (боевички, фильмы погорячее) – ну и дискотеки, подавляющее большинство которых проходили в подвале собственного общежития. А тут театр.