Чтение онлайн

— Я здесь не останусь! — заверил его Фомин.

— Вот и прекрасно! — усмехнулся Доктор. — Все, теперь они нас и видят, и слышат.

Толстяки попеременно вздохнули, словно головы змея Горыныча и в глазах их появился блеск. Блеск этот не предвещал ничего хорошего.

— Пошли! — снова дернул Фомин Доктора.

— Стой, не шевелись, — одними губами сказал Доктор.

— Чего стоять? Они сейчас набросятся на нас! — закричал шепотом Фомин.

И тут он догадался, что Доктор заодно с этими типами! Поняв заполошенно, что он попался, Фомин попытался вырваться, но рука его была зажата в руке Доктора словно железом. Ужас обуял его и придал сил.

— Ах ты, гад! — заорал он. — Ты тоже?!

И бросился на Доктора, желая только одного — придушить этого негодяя с лицом херувима. Но тот невесомо выскользнул из его объятий, а потом и самого Фомина потащило, закручивая, куда-то сквозь набегающих толстяков…

— Ты что, с ума сошел? — спросил Доктор.

— Я этим делом последнее время только и занимаюсь, — буркнул Фомин; он оглядывался, ничего не понимая. — Столько, блин, специалистов развелось по моему состоянию, как меня увидят, так сразу диагноз — сумасшедший!

— Ты хоть понимаешь? — начал было Доктор, но потом махнул рукой. — Вообще-то, я и сам не понимаю, как ты очутился здесь. Ведь ты же отцепился от меня! Тебя должно было разорвать на переходе или оставить в руках этих троглодитов!

— Разорвать, переходы… опять бодяга какая-то! — проворчал Фомин, и еще раз проморгался; та же история. — Я просто хотел сначала тебя задушить, а уж потом с ними разобраться, — сказал он. — Я и сейчас не уверен, что это желание у меня прошло.

— Это желание тебя и спасло! — рассмеялся Доктор. — Ты бросился на меня, тебя и вынесло!

— А что ты сделал? Как мы здесь очутились? — спросил Фомин.

Он еще раз оглядел полянку, на которой они стояли. Был солнечный тихий день. Вокруг шумел большой лесной массив из огромных, будто первозданных деревьев. Было тихо и мирно, и потому абсолютно не верилось уже ни во что, ни в какие чудеса.

— Это что за парк?.. Лось?

— Это не Лось, это лес.

— Это что же, они меня в область увезли? — возмутился Фомин. — И куда?

— Это не область, — снова сказал Доктор, и от его слов и голоса Фомину снова стало не по себе. — Точнее, это область, но — область допустимых значений. Другая возможная реальность, то, о чем я тебе говорил в баре.

— Да ладно! — не веря, протянул Фомин. — Мы ж не в баре!.. В какой стороне Москва?

— Да ни в какой! Нет здесь твоей Москвы. У тебя что, не вызывает вопросов, как ты здесь очутился, не выходя из подвала?

— Так я и спрашиваю: как ты это сделал? Всех загипнотизировал?

— Ага! — сказал Доктор. — И котельную заодно!.. Где подвал-то? Тут даже дороги нет! Это дикий лес, только не под Москвой, а совсем в другом месте. В другой реальности.

— Ты меня напугать хочешь или удивить? — взорвался Фомин. — Так удивил! Но только не надо плести про свои реальности! Давай выбираться отсюда, вот что реальность, а не допустимые значения!

— Давай! — почему-то весело согласился Доктор…

Они долго молча брели по лесу в одном направлении, которое наобум выбрал Фомин, но не увидели не то что дороги, тропинки. Похоже, лес был действительно девственным. Мещера какая-нибудь, чертыхался про себя Фомин. Доктор шел молча, покусывая травинку.

— Мы не заблудились? — морщил лоб Фомин. — Ты знаешь, куда мы идем?

— Не-ет! — ответил Доктор удивленно, и даже помотал головой.

«Зараза!..»

— Я думал ты знаешь, прёшь все время на солнце!

— Но это же ты нас сюда завел! — возмутился Фомин. — Ты и выводи! Все я, да я!..

Доктор посмотрел на Фомина с каким-то даже сожалением.

— Ты пойми, — сказал он. — Мы не под Москвой. Мы даже не на Спирали, мы ушли с нее так далеко, что можно идти тысячу лет и все равно не дойти. Мы сделали переход, пойми, и для того, чтобы вернуться, нужно сделать такой же переход, но уже обратно.

— Спираль, переход… Иди ты к черту!..

Что-то подсказывало Фомину, что Доктор не врет, но верить не хотелось, чудеса уже порядком надоели ему с утра, он мечтал об обычных, объяснимых вещах. Теперь даже то, что случилось до этого дурацкого «перехода», и события в баре, и в подвале котельной, казалось ему обычным и объяснимым.

— А зачем ты это сделал?

— Я тебе уже сказал, они бы тебя разорвали.

— Это еще неизвестно! Они хотели меня взять с собой, может, мне там понравилось бы?

— Не думаю, — сказал Доктор. — Они похоже не знают, что ты ничего не помнишь и разорвали бы тебя при переходе в лучшем случае на две половинки. Бродил бы ты в разных мирах и везде дефективный. Они же образы, куклы, и не умеют подстраиваться, их задача хватать и тащить. А ты ничего не помнишь…

— Так!.. — Встал Фомин… — Значит, ты мне хочешь сейчас сказать, что все, что ты нес в этих моих снах, правда?

— Это не сны! Ты просто много пил.

— Ну, хорошо, не сны! Значит, я, как и ты, снайпер?

— Сайтер, — поправил Доктор.

— Какая разница!.. Но почему я об этом ничего не помню? Все помню, а это — нет!

— Да что ты вообще помнишь? Помню! После того как ты попал в катастрофу, у тебя голова как решето: больше дыр, чем самого материала.

— Ты имеешь в виду аварию? Ее организовали? Кто?.. И за что?

— Вот этого я не знаю. Ты сам должен вспомнить. Это обычное вхождение в сайтерскую легенду, скорее всего…

— Это — твоя Ассоциация?

— И твоя тоже!

— Так эти типы из Ассоциации?

— Не похоже. Скорее из Томбра… Сам ломаю голову.

— Ну, ломай, ломай… только побыстрее!.. Леге-енда! — пробурчал Фомин пренебрежительно. — Область допустимых значений!..

Они долгое время шли в молчании. Солнце вдруг скрылось и лес угрюмо загудел.

— Мы так и будем тащиться неизвестно куда? — спросил Фомин, ему стало неуютно и страшновато почему-то. — Может быть, вернемся?..

Он повернулся к Доктору и увидел за его спиной, немного в стороне, странный пейзаж. Вернее, в пейзаже было что-то странное: часть его куда-то втягивалась, как в воронку. Это было похоже на зеркало, которое вдруг стало пластичным, даже текучим, и центральная часть его, проваливаясь, стягивала окружающее пространство внутрь себя, утекая вместе с ним неизвестно куда. Только зеркало это было огромно и вогнутое жерло его легко глотало целые деревья. Все это в полной тишине. Окружающий мир исчезал без следа!