Чтение онлайн

Матильда прошла дальше и остановилась, пораженная красотой и изяществом линий итальянской мебели в гостиной. Белый ковер служил прекрасным дополнением к гламурному шику, но он был испорчен скрюченной фигурой с красным пятном посредине. Матильда догадалась, что это и есть тот самый сосед, который откинул свои копыта. Или ему помогли их откинуть. Матильда передернула плечами от озноба. Неужели она сейчас находится в самом центре драматических событий?! Она пнула острым носом шпильки труп, не подававший признаков жизни, и отвернулась от него, разглядывая картины на стенах. Труп перевернулся на другой бок.

Матильда осторожно прошла в спальню, где не выдержала напора эмоций и завалилась в трех-четырех, да что там считать, многоспальную кровать, укрытую ворохом белоснежных кружев и шелков. Она блаженно закрыла глаза и представила, что сейчас в спальню придет высокий мускулистый блондин и заключит ее в свои объятия. Вошел не блондин. Матильда открыла глаза, услышав слоновий топот. Перед ней стоял труп. Он держал в руках обрезок стекла – половину битой бутылки – и вслух интересовался расположением хозяйского бара. Матильда вскрикнула от ужаса, до этого момента зомби ей видеть не приходилось.

Владимир Степанович был чужд женских прибамбасов. На данном этапе жизненного пути он был закоренелым холостяком и о масках из голубой глины ничего не знал. Разбив последнюю бутылку вина, он встал для того, чтобы попытаться в огромных апартаментах найти другую. Зайдя в спальню, он поискал глазами бар, но наткнулся на бабу, валяющуюся на постели дочери и зятя. Хмельной голове она показалась исчадием ада. А когда баба подняла свое синее лицо и заорала как резаная, он упал, подкошенный ужасом, прямо на кровать с бабой.

Звягинцев слышал, как кричала Матильда. Он понял, что она нашла труп и из-за чисто женских переживаний не выдержала страшной картины. Но по его расчетам, после громкоголосого крика она должна была успокоиться и побежать по лестнице обратно. Матильда не бежала и не переставала орать. Писателю пришлось подняться этажом выше и заглянуть в квартиру.

– Что вы здесь делаете?! – возмутился Звягинцев, увидев Матильду в обнимку с трупом на хозяйской кровати. – Вы что, некрофилка?! Сейчас же положите труп на место! Милиция уже едет.

– Снимите его с меня, – визжала Матильда, пытаясь отодвинуть грузное тело.

Тело подняло голову, уперлось взглядом в синее лицо Матильды, ойкнуло, икнуло и потеряло сознание.

– Вы видели?! – закричала Матильда. – Нет, вы это видели?!

– Такого – никогда! – признался Звягинцев, стаскивая Вована за ноги с постели. – Ваша нездоровая страсть к мужчинам начинает перерождаться в фобию. Труп нельзя было передвигать! Что мы скажем милиции?!

– Что он жив! – заявила Матильда, скидывая с себя волосатую руку Степановича. – Живее всех живых! Где это я такое слышала? Нет, это я придумала сама, молодец я какая. Не бейте его голову, она ему еще пригодится!

Звягинцев не послушал соседку и уронил Вована, который снова было пришел в помутненное алкоголем сознание. Очередной удар отключил его от действительности.

– Вы его убили, – прошептала Матильда, которая видела, как у трупа закатились глаза.

– Еще чего, – недовольно буркнул Звягинцев, – не нужно вешать на меня свое преступление! Это вы рвались в квартиру убиенного якобы для того, чтобы посмотреть на перепланировку.

– Но я действительно воспользовалась случаем, – обиделась Матильда, вставая с кровати.

– Расскажете это следственным органам, – заявил Звягинцев, – и я погляжу, как они отреагируют на вашу сказку.

Он потащил тело обратно в гостиную и пристроил его на ковре.

– По-моему, – внимательно посмотрел на ковер Звягинцев, – он так и лежал.

– Мне кажется, – возразила пришедшая следом за ним Матильда, – он лежал на другом боку.

– В любом случае нам следует стереть с него отпечатки пальцев. Особенно ваших, вы лапали его за интимные места, голубушка, следствию это не понравится, я уже не говорю о вашем муже!

– Да что вы говорите?! – усмехнулась Матильда и пригляделась к телу. – Неужели он действительно умер?

– Ничего подобного! – заявил Звягинцев, усаживаясь в кресло и вытирая лоб носовым платком.

– Вот и мне кажется, что у него нога дергается, – прошептала на всякий случай Матильда, пристраиваясь в соседнее кресло.

– Он не умер, – пояснил ей писатель, – его убили! Его грохнули! Возможно, – он указал на остатки бутылки, – этим. Но здесь я, к сожалению, не специалист. Его грохнули за наши драгоценности. На его месте должны были быть мы!

– Пить, выпить, – простонало тело.

– Сейчас, – отмахнулся от него Звягинцев и продолжил: – Преступник действует достаточно целенаправленно. Ему стало известно, что я искал клад в этой квартире.

– Вы искали в этой квартире? – изумилась Матильда.

– Вполне вероятно, что старуха спрятала брильянты в потолке, дорогая. Не следует опровергать ни одну версию, не проверив ее. Так вот…

– Пить, – простонало тело.

– Он чего-то хочет, – пнула шпилькой тело Матильда.

– Он ничего не может хотеть в принципе, – возразил ей Звягинцев. – Негодяй решил избавиться от лишнего свидетеля, пробрался в квартиру доверчивого Вована, который пригласил его распить бутылочку, и кокнул его! Это тело – свидетель. Оно видело настоящего преступника. Неизвестно, нашел ли преступник клад, лично я ничего не нашел. Но кто ищет, тот всегда находит. Правда, не всегда то, что нужно. Видите эту дыру? – Он указал Матильде на пол. – Моя работа. Но безрезультатная. Скорее всего, драгоценности спрятаны в стене Василисы. Уж слишком благостно относилась к ней старушка. Я думаю, нам нужно начать с Василисы.

– Давайте сначала закончим с трупом, – с вызовом предложила Матильда, которая на самом деле прекрасно знала, где спрятан клад! И не собиралась делиться тайной ни с кем.

Тело вздрогнуло и открыло глаза.

– Петрович?! – опешил Звягинцев. – Ты же умер!

– Петрович, может, и умер, – пробормотал тот, – а я Степаныч! И он показал Звягинцеву кулак. – Раз-лю-ли моя ма-ли-на, – начал он протяжно и с чувством, – рас-ступись трава камыш!

– Что это значит? – не поверил своим глазам, ушам и ощущениям писатель-фантаст.