Чтение онлайн

В шкафу лежало еще достаточно вещей, и Грейс было что надеть в эти три дня. Она то и дело ощущала соблазн пренебречь своим обещанием. На закате в дверь постучали, явился один из людей Джайлза и сообщил, что его прислали заботиться о безопасности хозяйки. Грейс смутно помнила, что Джайлз упоминал об охраннике. Матрос оказался молодым, приятным парнем, но у него был кинжал на поясе и кремневое ружье, и он носил их слишком уж непринужденно. Появление чужака в конторе не создало у Грейс ощущения безопасности, скорее, наоборот — ее беспокойство усилилось.

Часы где-то за окнами пробили десять. Грейс не спала всю ночь, и время для нее тянулось странно — иногда наползала нестерпимая тяжесть и апатия, иногда вдруг пробирала нервная дрожь и накатывала волна гнева. Ей казалось, что она ненавидит Джайлза, потом до нее внезапно доходило, что на самом деле эту ненависть вызывает в ней Жак. Позже она принялась размышлять: вдруг человек, возбуждающий в ее душе такую ярость, — ее отец? Временами Грейс думала, что во всех своих бедах виновата лишь она сама.

Ах, если бы только сосредоточиться, понять, что она действительно чувствует! Вероятно, тогда она смогла бы лучше разобраться в своем положении.

Резкий стук в дверь конторы заставил Грейс подпрыгнуть на месте. Ее охватил беспричинный страх. Это, конечно, клиент, уговаривала она себя, тщетно пытаясь унять бешеное биение сердца. Кто-то, не знавший, что оба моряка — и Джайлз, и Джефф — отправились в рейс. В этот момент Грейс порадовалась, что с ней человек Джайлза.

Она услышала, как хлопнула входная дверь, а потом женский голос спросил у ее охранника:

— Грейс наверху?

Фейт Хэмптон. Неужели эта женщина не могла подождать, пока ее пригласят? И тут ее осенило. Да, да, гнев в ее сердце порождал именно он, Джайлз!

— Да, — ответил матрос. — Она наверху.

— Можно подняться? — спросила Фейт.

— Конечно, конечно, — отозвалась сверху Грейс, — поднимайтесь.

Нахмурив светлые брови, Фейт приблизилась к лестнице. На ее лице отражалась тревога. Кудрявый сынок Фейт сидел на своем привычном месте — у нее на бедре. Свободной рукой Фейт поддерживала юбки, чтобы не споткнуться на лестнице.

— Надеюсь, я не слишком бесцеремонна? — спросила она. Не такая уж Грейс дурочка — это Джайлз послал ее. Ведь у него есть Вера — Фейт.

— Я немного занята, — проговорила Грейс. — Вам что-нибудь нужно?

— Нет, я пришла вас проведать, — отозвалась, все еще поднимаясь по лестнице, Фейт, потом обернулась и через плечо приказала матросу: — Можешь подождать снаружи, со мной она в безопасности. За дверью уже ждет человек моего мужа.

Матрос улыбнулся и кивнул, он явно был доволен, что можно хоть ненадолго покинуть свой пост.

Фейт прошла мимо Грейс и усадила ребенка на кровать. Грейс видела, что мальчик уцепился за матерчатую сумку, висевшую на плече у матери. Фейт вытащила из нее деревянный кораблик — раньше он стоял на столе у Джеффа — и дала его ребенку. Маленький Джонатан немедленно сунул мачту в рот и довольно заурчал.

— Джайлза удар бы хватил, если бы он это увидел, — весело проговорила Фейт и оставила сумку рядом с сыном. — Мальчишка испачкает его безупречное покрывало. Знаете, я не была наверху с тех пор, как мы с Джеффом переехали. — Она огляделась, заметила следы поспешных сборов Грейс, но ничего не сказала. — Он оставил старую мебель, только кое-что добавил.

— Джайлз говорит, что он мало здесь бывает, — отвечала Грейс. Ею снова начало овладевать нервное беспокойство. Она была просто не в состоянии сидеть и вести пустой светский разговор.

Фейт облокотилась о стол, слегка покачала его, проверяя устойчивость.

— Все эти вещи просто разваливались, пока я их не укрепила, — с гордостью сообщила она. — Казалось, ничего не получится, но когда в твоем распоряжении лишь далеко не совершенные предметы, приходится делать что сможешь.

— Поэтому он вас и прислал? Сделать что сможете? Поправить дело? Как эти стулья и стол?

Фейт вздохнула:

— Вы знаете мистера Абрамса, плотника? Он живет дальше по вашей улице. — Грейс покачала головой, и Фейт продолжала: — Слава Богу, что он оказался под рукой. У него одного были нужные инструменты, и он мне их одолжил. Я сама сделала всю работу, но без инструментов у меня ничего бы не получилось.

— Не думаю, что у вас найдутся инструменты, чтобы починить меня.

— Возможно, и не найдутся. Не стану притворяться, как будто я знаю, что вы сейчас чувствуете…

— И не можете знать, — ледяным тоном ответила Грейс, но гостью это не остановило.

— Наверное, это ужасно.

— Если говорить совсем откровенно, миссис Хэмптон, я никогда и ни с кем этого не обсуждала, даже со своей няней. И уж тем более не смогу говорить об этом с вами.

И снова Фейт как будто ее не услышала.

— Джайлз подумал, что вы, возможно, захотите поговорить с другой женщиной.

— Тот факт, что вы тоже женщина, вовсе не означает, что вы в состоянии помочь мне. Вы не можете представить, что чувствует человек, когда все, во что он всю жизнь верил, разбивается вдребезги жестокостью другого человека.

— Правда то, что я действительно никогда не была жертвой такого преступления. Но в некотором смысле у меня есть сходный опыт. Видите ли, я была воспитана в пуританских представлениях, в общине Божьих избранников. Считалось, что наш дом — это Новый Иерусалим. Наша церковь, семья, соседи всегда диктовали мне, как следует думать и какой следует быть. Меня учили, что поступать по-другому — значит навлечь на себя Божий гнев и вечные муки. Я понимаю, это совсем другое, но когда я столкнулась с лицемерием и ложью в лоне нашей церкви, мне показалось, что земля уходит у меня из-под ног. Я потеряла опору в жизни.

— Значит, вы больше не принадлежите к Божьим избранникам? — В тоне Грейс не слышалось ни малейшего сострадания.

— Принадлежу, как и вы. И Джефф, и Джайлз, и ваши далекие от совершенства родители, и та негритянская служанка, которую вы так любите, но только я не сразу это поняла. Далеко не сразу. Смысл в том, что нельзя допускать, чтобы прошлое разрушило вашу жизнь. Теперь она зависит только от вас, от ваших поступков. Джайлз не из тех, кто может вас обидеть. Вы должны верить, что он защитит вас.