Чтение онлайн

– Вы поддаетесь греху уныния, сын мой,- укоризненно покачал головой епископ,- возможно, это просто испытание, которое наложил на вас Господь. Смиритесь и молитесь о его помощи. Кстати, а есть ли какие-нибудь известия от вашего секретаря?

Де ла Верда отошел от окна к огромному столу, открыл деревянный резной ларец и подал его преосвященству ворох писем.

– У Гачека оказался талант соглядатая! Сколько я работал с такого рода людьми, но таких полных отчетов никогда не получал.

– Может, потому что у него есть личная заинтересованность в судьбе вашей супруги?- улыбнулся Братичелли.
– Он так преклонялся перед ней!

– Может,- сухо усмехнулся в ответ дон Мигель,- но работает Гачек добросовестно. Утешительного, правда, сообщить ему нечего. В свите Карла Французского Рауль де Ла Рош занимает должность устроителя облав на зверя и бывает в отеле сюзерена только накануне выездов на охоту. Друзей он не имеет, держится всегда особняком, замкнут, но, не имея друзей, не имеет и врагов. С юной женой встречается редко, постоянно пропадая в охотничьих угодьях.

– Аминь, - подвел итог разговору зевнувший епископ,- положитесь на милость Божью, сын мой, и Всевышний вас не оставит!

Интриги интригами, а войны войнами, но двенадцать дней после Рождества в Англии привыкли праздновать с широким размахом. К всеобщему веселью не мог не присоединится красивый остроумный испанец. Забыв про хандру он принимал деятельное участие во всех придворных развлечениях, пытаясь сориентироваться в той сумасшедшей головоломке, которую представляла собой политическая жизнь туманного Альбиона того времени.

Вот и сегодня де ла Верда сопровождал королеву Маргариту и её придворных дам в катании на богато разукрашенной коврами и бархатными подушками ладье по Темзе. Выдался на редкость солнечный день, и отблески солнца на хмурой зимней воде приятно радовали глаза.

Граф изо всех сил старался быть галантным с выводком разодетых в шелка и узорчатый бархат кокетливых, далеких от скромности дам. Англичанки иногда его ставили в тупик несколько более, чем вольными манерами поведения.

Описываемая эпоха требовала от женщин уже довольно много - дамы эпохи Ренессанса должны были уметь поддерживать беседу, петь, музицировать, танцевать, уметь к месту цитировать модных поэтов. Дон Мигель не то, чтобы осуждал подобные вольности - пусть кривляются, раз пошла такая мода! Но во всем должна быть мера, а вот англичанки часто переходили всякие границы благоразумия.

Вот и сейчас, их разноцветные вуали развевались как флаги, готовящихся к сражению армий. Блеск шаловливых глаз, двусмысленные шепотки и улыбки, юбки по делу и без дела, взмывающие над кокетливо обнажаемыми ножками.

– А правда, граф, что вы женились во время своих путешествий?- первой поддела его графиня Берри, искоса бросая на чужеземца сверкающий улыбкой взгляд.

– Правда!
– граф любезно растянул губы в ответ.

Его интересовала эта женщина, ходили упорные слухи, что она любовница Уорика, не смотря на близость последнего с королевой.

– И где же сейчас ваша супруга?- это спросила леди Самвейлл.

Красавица-вдова была ближайшей подругой королевы, значит, его личная жизнь была предметом сплетен в королевской опочивальне.

– Где ей и положено быть - в Испании!

– Но ей, наверное, скучно без вас?
– опять графиня.

Дон Мигель шутливо развел руками, чуть ниже, чем надо, склоняясь над энненом красотки.

– Что поделать, жизнь не может быть вечным праздником! Женщине спокойнее жить в деревне, если только речь не идет о такой божественной красавице, как вы, миледи! Уж вашу прелесть было бы преступлением прятать в тишь, какого-нибудь провинциального замка!

– О, вы испанцы умеете одаривать комплиментами,- улыбнулась польщенная женщина.

– То что сияет и слепит, не нуждается в комплементах. Красота словно солнце, даже для тех, кто вообще лишен способности говорить!

– Меня ещё никто не сравнивал с солнцем!

– Я тоже не сравниваю..., я любуюсь, таю от блаженства и немею!

– Это вы-то немы? Тогда что же бывает, когда вы разговоритесь?

Стараниями дона Мигеля их переговоры от фразы к фразе становились все тише и тише, и последние слова он уже проговорил почти шепотом, склонившись совсем низко над ухом дерзкой кокетки.

– Голос сердца предпочитает доноситься только до того, кем хочет быть услышан! Вам достаточно только пожелать и я положу к вашим ножкам свою любовь!

Он уже несколько дней вел упорную осаду этой красавицы, но она только улыбалась, не давая конкретного ответа, но и не отвергала его притязаний. И вот сегодня, судя по томному мерцанию ответного взора, граф был как никогда близок к цели, но...

– Дон Мигель,- неожиданно обратилась к нему, поигрывающая веткой жимолости, королева,- вы настоящий дамский угодник! Как не гляну, вы, то с одной дамой, то с другой! Что на подобную ветреность скажет ваш спутник епископ?

– Каждому свое, ваше величество, одним молиться, другим ухаживать за дамами. Что поделаешь, если у меня горячая испанская кровь!- отшутился де ла Верда, вновь многозначительно глянув на упорствующую графиню.

– Вы красивый мужчина, но говорят, что испанцы хоть и страстные любовники, но очень коварны!

– Ваше величество, это клевета! Достаточно посмотреть на меня, чтобы понять - уроженцы Пиренеев кротки и смиренны, яки агнцы! Где вы увидели коварство? Наоборот, ваши дамы жестоко терзают мое сердце своей красотой, отказываясь ответить на чувства.

И, конечно же, все рассмеялись в ответ на это жалобу. Королева же только покачала головой - впрочем, она сама была отнюдь не дурна, и если бы не опасная стезя, по которой шла её величество, тогда..., как знать! Де ла Верда заинтересованным взглядом обвел её красивое лицо, рыжеватые косы, приятные формы, и пришел к выводу, что как женщина она ему нравится, но только, как женщина! Не более!

К сожалению, их миссия с епископом зашла в тупик.

Ланкастеры всегда поддерживали Людовика в его борьбе с Карлом Смелым, но когда встал вопрос о конкретных действиях, английская сторона неожиданно заупрямилась.

Не сказать, чтобы они отказались это делать или выдвигали какие-то новые требования, но дело не сдвинулось с мертвой точки ни на йоту. Поэтому граф и решил пойти к цели давно проверенным путем через альковы дам. И хотя графиня Берри пока упрямилась, он был твердо уверен, что это дело времени. Она все равно согласится, хотя бы ради интереса испытать его в постели, чтобы потом было о чем посплетничать с такими же развратными подружками.

И именно в этот момент, в самый разгар интриги, из Франции пришло донесение от Гачека, после которого епископу пришлось употребить все свое красноречие и влияние, чтобы привести в чувство своего соратника.