Чтение онлайн

– Да, я знаю, - сказал он, с намеком на разочарование в голосе.
– Я просто надеюсь, что ты передумаешь.

– Не передумаю, - сказала я. Я ненавидела говорить людям «нет», но последнее, что мне нужно было, так это драм и потеря работы.
– Ты знаешь, как я ценю эту работу, Ларри.

– Я знаю, знаю, - ответил он.
– Больше не буду спрашивать.

Он и раньше говорил это, и я знала, что он нарушит обещание на следующей неделе. Казалось, что каждый понедельник он был в моем кабинете, пытаясь завести небольшой разговор и взять меня измором. Он делал так в течение шести месяцев, но так как он был совладельцем клиники, я никому не могла пожаловаться.

В принципе, особо я и не хотела. Я не была источником проблем, подобно этой.

– Спасибо, - сказала я, снова улыбаясь, надеясь, что найду баланс между решительным отказом ему и возможностью не потерять работу.

– Итак, - сказал он с преувеличенным вздохом.
– Это будет напряженная неделя. Все, как обычно, вернутся на свою регулярную терапию, но я слышал что сегодня у нас особый гость. Думаю, мы будем его часто видеть. Кто-то хорошо поработал над его ногой.

– Видеть часто кого?

– Ты не слышала? Ты знаешь, что Денверского Мустанга сбила машина? Ему вышибли колено, наряду с некоторыми незначительными травмами?

– Нет, я не слышала об этом, - ответила я медленно, и мое сердце немного ускорилось.

– Это по всем новостям, - сказал он.

– Я стараюсь не смотреть телевизор, - ответила я, и волосы встали дыбом на моем затылке. Что-то не так. Мой желудок перевернулся, как делал всегда, когда я слышала, что кто-то из Бронкос (прим. пер.
– Профессиональный футбольный клуб) приезжал сюда на лечение.

– Ты не читала в интернете?
– спросил Ларри.

– Нет, я им пользуюсь только тогда, когда он мне может помочь, - ответила я.
– Если я делаю исследования или что-то...

– А как насчет радио?
– спрашивает он.
– Ты застряла в каком-то временном отрезке? Это самая главная новость за весь год.

– Радио в машине сломано, - ответила я, мой голос был пронизан раздражением.
– Кто придет? Что случилось?

– О Боже, это было ужасно. Он бегал по центру и перебегал на перекрестке, когда БАМ!
– Ларри громко хлопнул ладонью по столу, и я подпрыгнула.
– Какой-то подросток писал сообщение, не увидел его, проехал на красный и сбил его. Он разбил ему колено, порвал РКС (разрыв крестообразных связок) колена, и он некоторое время будет на реабилитации. Черт, ему повезло, что он остался жив. Слава Богу, что сейчас межсезонье, так что у него есть еще несколько месяцев, чтобы восстановиться, и мы будем усердно работать, если он собирается вернуться на поле...

– Это ужасно, - ответила я, начиная начитывать небольшую молитву в голове, потому что на этот раз с моей интуицией было что-то не так.

– Несомненно. Я собираюсь назначить тебя на его восстановление. Ты мой лучший физиотерапевт, Мэйси. Но ты должна совершить настоящее чудо, чтобы этот парень к сентябрю вернулся в строй. Я верю в твои навыки, Мейси. Ты, действительно, великолепна, - сказал он, улыбаясь снова этой жуткой улыбкой. Это меня не беспокоило, потому что я хотела получить ответ на один вопрос.

– Кто это, Ларри?

– Ох, я не сказал?
– спросил он. Я покачала головой, борясь с желанием перепрыгнуть через стол и задушить его.

– Нет, не сказал, - ответила я, совершенно чужим голосом.

– Колорадо, Мэйси. Джесси Колорадо!

Ларри был взволнован, как если бы он выиграл в лотерею.

Моя челюсть отвисла, сердце упало, а моя задница почти выпала из кресла. Я сжала руками стул и прикусила изнутри щеку, пытаясь удержаться от обморока.

Он был здесь.

Мой самый страшный кошмар, мой наихудший сценарий, мой самый большой страх оживал прямо перед глазами.

Я хотела убежать. В этом я была хороша. Я убежала от него прежде...

Но в этот раз я оказалась в ловушке. Мне было некуда бежать, некуда спрятаться. Я сама построила эту жизнь и не смогла разорвать нити, которые нас связывали.

Мне придется лицом к лицу столкнуться с демоном и все, что я могла сделать, это надеяться, что в процессе мой мир не перевернется.

После операции мое колено было размером с гребаный футбольный мяч и в желтых пятнах от какой-то хрени, которую использовали хирурги. Я посмотрел вниз на так называемую «ногу Франкенштейна» и попытался ее передвинуть.

Неа. Ничего.

Никакого движения и боли. Викодин хорошо притуплял боль, но я был готов с ним покончить.

Я ненавидел воздействие обезболивающих. Сонливость, слабость и затуманенный рассудок. Это была не моя игра. Я предпочитал быть сфокусированным на цели. Моя жизнь требует четкости и ясности мышления настолько насколько это возможно. Вместо этого я чувствовал себя, как кучка сраного пюре или чего-то подобного. Я с трудом мог передвинуть даже здоровую часть тела, не говоря уже о травмированной... Голова весила тонну, а конечности были вялыми и бесполезными.

Я лежал словно беспомощный котенок и ненавидел каждую гребаную секунду всего этого.

Тому глупому подростку, который вовремя езды набирал сообщение, я хотел настучать по его тупой голове за то, что он со мной сделал. На левой ноге был РКС (разрыв крестообразных связок), сильно ушиблено бедро, и в добавок ко всему еще и растянута паховая связка. Удар был такой силы, что меня отбросила на десяток метров. Хирурги восстановили мои связки с помощью штырей и трансплантатов. Но впереди у меня еще долгий путь физиотерапии, если я собираюсь полностью восстановиться.

А если я не восстановлюсь... Я даже не хотел об этом думать...

Я пробыл в больнице все выходные, и сегодня они отправили меня домой. Когда вошла моя медсестра, Грейди сидя в углу больничной палаты читал газету, а я сидя в постели, пролистывая десятки доброжелательных сообщений, которые я за минувшие выходные получил от моих друзей и товарищей по команде.

Медсестра Пегги была горячей, насколько могли быть медсестры. Они всегда выглядели здоровыми и чистыми, не так ли? Я бессовестно флиртовал с ней все выходные. Это единственное, что я мог сделать, чтобы отвлечься от мыслей о моей плачевного состояния. К счастью, она сдалась почти сразу и было такое чувство, словно мы старые друзья. В первый же день стало ясно, что я ее не трахну, но, возможно, это было к лучшему. Мне нужно больше друзей и меньше бывших любовниц...

– Ты готов идти домой, Колорадо?
– спросила она.

– Я думал, ты никогда не спросишь, Пегги, - ответил я, подмигивая ей.

– К себе домой, ковбой. Не ко мне, - сказала она, со смехом качая головой.
– Не то, чтобы я была против иметь частичку тебя... Если ты не будешь осторожен, то я узнаю у доктора, может ли он дать мне кусочек твоего разбитого колена, который все еще лежит у него в кабинете.

– Ох, Пегги, ты чокнутая женщина, знаешь ведь?

– Лучший вид чокнутости, - сказала она, как только прижала холодный стетоскоп к моей груди.