Чтение онлайн

– Что ты несёшь?

– А разве не из-за тебя, - пошёл в атаку Ник, - мы все чуть не остались там навсегда? Кто тебя вообще надоумил нести эту чушь про похищенных гипогеянцев? Ты что не понимал, что тебе, гребаному дипломату из Фортвудса, на это ответят?

Начавшейся перепалке полковник тут же положил конец:

– Отставить разговоры. Молча идём вперед.
– Через минуту он всё же сказал для разрядки обстановки.
– Никто не виноват. Там была Амертат, она искала повод для ссоры, она его нашла. Это была провокация и благодарите Людека, что мы успешно из неё выбрались.

– Простите, синьоры, - чуть ли не слезно умоляла Фантина, идя впереди, - если б я знала, что ведьма придёт в обитель, я бы не привела вас, отказалась бы, отговорила. Отец Матео не простит мне, что я привела вас в лапы дьяволицы на погибель души.

– Глупости, Фантина, - попытался успокоить её полковник, - отец Матео не судья, а священник. Ты не виновата в том, что не могла предвидеть. И я не смог, хотя должен был. Нельзя предусмотреть все риски.

– Кто она вообще такая, эта Амертат - выспрашивал Грэй, - что за ерунду она несла, будто в Фортвудсе смертных делают альварами. Это же бред, как в это можно верить?

– А твой прадед верил, - отрезал полковник.

– Как? То есть, вы говорите о сэре Джеймсе Грэе? И как?..

– Он просто дал добро на медицинские исследования, а закончились они уже после его смерти. Даже я не знал об этом, пока не полез в архив. Я и теперь не знаю, что там случилось на самом деле, удался эксперимент или нет. Нам просто нужно найти тех подопытных женщин и узнать это от них. Это вопрос первостепенной важности, потому что если фортвудские медики разгадали загадку перерождения, это будет серьёзным обвинением от гипогеянцев нам всем.

– Считайте, что мы разрушили их монополию на бессмертие, - добавил Ник.

За спиной послышался знакомый голос:

– Отчего же ты не захотел его получить?

Все как по команде обернулись. Оказывается, все это время Амертат шла за ними и слышала всё, о чем они говорили. Она язвительно улыбалась и не сводила с Ника Пэлема глаз, всё же оставаясь на почтительном расстоянии и не решаясь подойти ближе.

– Я?
– нерешительно переспросил Ник.
– Мне не нужно бессмертие, чтобы столетиями ходить под землей.

– А под солнцем ты бы хотел ходить веками вечно молодым?

– Но я ведь всё равно не буду.

Амертат рассмеялась, и, казалось, громкое эхо пронзало всё пространство вокруг:

– Чем же вечная тьма хуже вечного света? Смертный, разве ты знаешь разницу?

Ник не знал, что и отвечать.

– Остановись, Амертат, - попросил её полковник.
– Если ты хотела всех нас напугать, то поздравляю, тебе это удалось.

– Тогда ответь сам, плохо ли тебе жить уже пять столетий? Скажи мне, ведь только я достойна этого честного ответа.

– Я знаю, - кивнул он, - что без тебя я бы не стал альваром. Но я и не просил тебя об этом.

– Никто об этом никогда не просит, а если попросит, то не получит. Тебя отпустили к солнцу только потому, что в Гипогее не нужны твои умения, так решили наши вожди. Они же и решили, что Меритсегер надо остаться внизу. Но простые смертные кинули вызов их выбору. Знает ли один из вас, к чему ведёт нарушение выбора, что будет, если всех гипогеянцев обучить жить под солнцем?

– Да кто это такая, Меритсегер?
– все ещё не понимал Грэй.

– Мэри из под-Гизы, - ответил ему полковник и тут же обратился к Амертат.
– Я не знаю, о чём ты хочешь сказать. Что такого случится, если все гипогеянцы поднимутся наверх и будут жить среди людей? Я понимаю, что вас много, куда больше нас, простых альваров. Но пойми и ты нас, ты же сама раньше обитала под солнцем, пребывание здесь внизу - это ведь не жизнь.

– Природа не терпит пустоты. Уйдем мы, сюда придут другие.

– Кто? Советские войска с боеголовками?
– в отчаянии спросил полковник, ибо уже ничего не понимал.

– А ты увидишь сам. И он, - она указала на Грэя, - скоро увидит.

– Что увидит?

Но ответа не последовало, Амертат словно растворилась в темноте подземелья и больше не появилась.

Фантина перекрестилась:

– Ведьма нашлет на нас нечистого.

– Ерунда какая, - огрызнулся Грэй, - идём отсюда, уже надоело выслушивать всякий бред.

И они шли по коридору в тишине, пока полковник всё же не поинтересовался у Хеймана:

– Международный отдел и вправду собирается торговать кровью?

– Не отдел или Фортвудс, а Британия, - ответил Грэй.
– Курс фунта падает, стране нужно золотовалютное подкрепление.

– Как патриотично, - насмешливо заключил полковник.
– А я-то думал, будет ультиматум в духе сэра Майлза, а вы, значит, решили предложить взаимовыгодное сотрудничество.

– Ультиматум подождёт. Когда делегация Гипогеи прибудет в Лондон, согласитесь, на своей территории будет проще ставить свои условия. Не разумно что-то требовать от гипогеянцев, будучи в меньшинстве и на их территории, откуда так просто не сбежишь.

– Понимаю, - согласился полковник.
– Ещё раз потребуете или попробуете убедить не сотрудничать с Советами?

– И это тоже. Вообще-то мы работаем не по плану сэра Майлза.

– Вот как? Значит по плану Джорджа Сессила. И в чём, если не секрет, он состоит?

– Секрет. Если он захочет, он вас просветит.

Они шли по, казалось, бесконечному коридору. Вдали слышался призрачный монотонный стук капель о камень, но ничего похожего на ответвления тоннелей по бокам коридора не было видно.

Фонарь жалобно затрещал и погас. Ник попытался включить запасной, но ничего не вышло. В кромешной тьме только Фантина заметила слабый красноватый огонёк впереди, что двигался им на встречу. Женщина запаниковала.

– Кто это, Фантина, - спрашивал полковник.
– Кто идет к нам?

– Нечистый! Нечистый!
– восклицала она и принялась громко молиться на латыни.

Когда огонёк приблизился, фортвудцы смогли разглядеть, что это небольшой светящийся шар двух дюймов в диаметре. Он переливался оттенками красного, но не испускал света на стены. Он был сам по себе, просто висел в воздухе на одном месте и не двигался.