ЖАНРЫ

Стратегия одиночки. Книга третья
Шрифт:

Первые флотские начали прибывать в «Суши вёсла», когда моя вторая кружка не опустела ещё и на треть. Офицеры пришли сразу большой компанией из семи человек, причём четверо уже были навеселе. Хозяин их радушно встретил и быстро рассадил за сдвинутыми столами.

Так как стать офицером в Триесе можно было, только имея минимум Стальной ранг, то мой силуэт в тёмном углу новопришедшие, разумеется, заметили сразу. Один из флотских подозвал бармена, кивнул в мою сторону и что-то спросил. После чего, выслушав ответ, явно расслабился и махнул остальным рукой, предлагая выпить с дороги.

Если бы хозяин корчмы принял меня за обычного бандита, то ему стоило только недоброжелательно кивнуть в мою сторону, и разгорячённые флотские меня бы выкинули из кабака за секунды. Но, так как бармен был уверен, что имеет дело не с каким-то простым разбойником, а с человеком из свиты жреца Сегуны, он предпочёл успокоить своих гостей, скормив им какую-то заранее заготовленную ложь. Причём эта история была, видимо, хороша, так как офицеры тут же потеряли ко мне всякий интерес.

Не прошло и пяти минут с момента прихода первой группы флотских, как офицеры начали подходить сплошным потоком. И в итоге в кабак набилось немногим более трёх десятков человек. Всех их объединяли не только офицерские звания среднего ранга, но и возраст. Среди сидящих за столом, как мне показалось, не было никого старше тридцати. А вот разброс в рангах был куда выше, от Стали до Сапфира. Правда Сапфировый был всего один, но и это меня удивило, так как столь низкое звание при столь высоком ранге было чем-то необычным. Впрочем, эту мини-загадку удалось решить довольно быстро. Обладатель высшего ранга за офицерским столом был из правдорубов, которые, к тому же, не умеют и не любят держать язык за зубами. А подобный набор «качеств» ни в одной армии или флоте не способствует быстрому карьерному росту.

За сдвинутыми в центре кабака столами почти не осталось мест, точнее, свободным стоял только стул посередине. Видимо, он был припасён для виновника торжества. Не успел я подумать об этом, как дверь корчмы распахнулась, и в зал вошёл статный мужчина в парадном одеянии. Все флотские сразу замолчали и повернулись к нему. Недолгое, слегка напряжённое молчание было прервано сразу после того, как вошедший поднял над головой капитанский амулет и повесил его себе на грудь. Этот жест был встречен радостными криками поддержки и стуком полных кружек друг о друга. Несколько флотских встали и на руках донесли новоиспечённого капитана до свободного места. Из-за стола тут же поднялся офицер Сапфира и, воздев полную кружку над головой, заорал:

— Выпьем же за доблестный флот Триеса и за новый корабль в его составе! — Приложившись к кружке и выпив не менее половины, Сапфировый глубоко вздохнул и без перерыва поднял второй тост. — Выпьем за Тханга Чхонга, ставшего сегодня капитаном этого корабля!

Сидя в своём углу, я был рад, что скрыт в тенях, и никто не видит, как побелели мои скулы, и блеснули глаза. Этого новоиспечённого капитана флота Триеса я узнал. Именно он, сидя за два столика от меня, несколько дней назад рассказывал своему товарищу, что у него есть план, как быстро стать капитаном. Именно он, образно описывая тогда свой замысел, намекал, что знает, как прибрать к рукам «Кровавую волну». И прибрал. Перешагнув через полтора десятка чужих жизней ради удовлетворения своих амбиций. Смахнул с доски жизни сразу пятнадцать живых людей и сидит сейчас за столом, имея совершенно счастливый вид.

То, что именно Тханг Чхонг организовал сожжение Кристо и других бывших галерных рабов, у меня теперь не вызывало ни малейших сомнений. Наблюдая за этим человеком в то время, когда его чествуют другие офицеры, я всё отчётливее понимал, что он не чувствует за собой никакой вины. В его речах то и дело мелькают утверждения, что люди — это только граждане Триеса, а все остальные не более чем мусор, недостойный носить звание человека.

В один глоток осушив всё, что оставалось в кружке, я дважды тихо стукнул по столешнице. После чего не прошло и три вдоха, как проходящая мимо официанточка, как бы невзначай и случайно, оставила на моём столе новую кружку полную пенного напитка.

Несмотря на то, что уже получил подтверждение своим подозрениям, уходить из этой корчмы не спешил. Да, я узнал имя организатора убийства Кристо и остальных бывших рабов, но мне этого было мало. Мне хотелось выяснить, есть ли у него сообщники, и если есть, то узнать их имена. Например, участвовал ли во всём этот тот товарищ Тханга Чхонга, с которым тот обсуждал свой замысел и предлагал ему стать своим помощником на новом корабле. Или тот офицер караула, что сжёг всех, он в доле, или его использовали в тёмную? А если в доле, то мне не помешает узнать и его имя.

С каждой минутой празднество набирало обороты, пиво лилось рекой. Напоить человека, стоящего на Стали и выше, непростая задача. Но если постараться и влить в себя литров пять, то даже повышенная сопротивляемость усиленного развитым Ядром тела начнёт сдаваться. А пиво офицеры хлестали как не в себя, и те, кто пришли первыми, свой первый десяток кружек разменяли не прошло и часа с начала попойки.

Как обычно это бывает, чем больше люди выпивали, тем больше их компания рассыпалась на более мелкие группы. Через полтора часа таких групп по интересам за сдвинутыми столами уже было не меньше пяти. Это дробление продолжилось бы и дальше, если бы на ноги не поднялся один из офицеров и не заорал во всё горло:

— Хозяин!

— Да, господин!

— Где женщины для увеселений? Почему я не слышу задорного женского смеха в ответ на мои искромётные шутки?! Эти пьяные мужланы не могут оценить всю тонкость моего юмора! Приведи нам бля… весёлых женщин!

— Да! — тут же поддержали это требование практически все офицеры.

Для хозяина заведения это заявление явно не стало неожиданностью. Он отдал всего одно распоряжение своему младшему, и уже через пять минут в зал начали заходить откровенно одетые дамы. Судя по всему, приглашены они были точно не из трущоб, так как выглядели опрятно и чисто. Женское общество развязало языки офицеров ещё сильнее чем выпивка. Их разговоры становились откровеннее, и даже стали вспыхивать пока небольшие ссоры и споры на повышенных тонах.

— Капитан! — Поднялся один из офицеров, скинув сидящую на его коленях даму лёгкого поведения на пол. — Я засиделся на «Благословении Элаи» в качестве офицера второй палубы. Возьми меня на свою «Волну» помощником! Ты же знаешь, я отличный офицер! Тебе всё равно набирать команду, а лучше меня ты помощника не найдёшь!

— Уже нашёл. — Тут же огрызнулся на это требование Тханг Чхонг.

— И кого это?

— Хенг Бао!

— Он хорош, да. — Признал неожиданный соискатель, сел обратно, но не успокоился и продолжил. — Но Бао уже неделю в дальнем патруле на «Воздаянии Камо» и в город прибудет не раньше, чем через месяц! А я уже здесь! Как ты будешь комплектовать команду без помощника?

— Справлюсь. — Коротко ответил, как отрезал, новоиспечённый капитан.

Из этого короткого диалога я вынес, что товарищ Тханг Чхонга мог и не участвовать в его плане. Банально потому, что на момент пожара в порту он находился уже в море. Впрочем, он мог помогать с составлением плана и участвовать в предварительных договорённостях, но это уже были не более чем домыслы. Мстить человеку за то, чего он, возможно, не делал, я не собирался и вычеркнул этого Хенга Бао из своего мысленного списка.

Постепенно офицерский праздник скатился во всеобщую пьянку с элементами разврата, что было, в принципе, закономерно, с учётом того, сколько они пили. При этом я всё чаще начал замечать раздражённые офицерские взгляды, направленные в мой угол. Пора было уходить, чтобы не нарваться на пьяную агрессию флотских. У меня не получилось узнать всё, чего бы мне хотелось, но главное и основное я выяснил, а именно имя того, кто всё организовал.

Но едва встав из-за стола и сделав шаг в сторону стойки, чтобы покинуть корчму через чёрный ход, стал свидетелем ещё одной любопытной сцены. Один из самых молодых офицеров, шатаясь, словно ветка ивы на ветру, подошёл к сидящему с хмурым видом сапфировому, положил тому ладонь на плечо и, подняв свою кружку над головой, заорал:

Поделиться с друзьями: