Чтение онлайн

— Тогда, пока солнце ещё не садится, сходим на караванный рынок. — Озвучил я свой выбор.

Разумеется, я понимал, что самый большой выбор интересного снаряжения находится в Детрайне, в торговой столице мира, и закупаться собирался именно там. Но и столь далеко от Пятиградья можно было найти что-то любопытное и часто буквально по бросовой цене, так как продавцы могли не понимать истинной ценности некоторых специфических артефактов. Не то чтобы я реально рассчитывал найти в Триесе что-то уникальное и недорогое, но проверить такую возможность, раз выпало свободное время, было совсем не лишним.

В отличие от центрального рынка города, который выглядел относительно цивилизованно: опрятные лотки и прилавки, чистые магазинчики — караванный рынок больше напоминал бесконтрольный восточный базар. Вместо лотков и прилавков — развалы прямо на мостовой, вместо магазинчиков — торговля из палаток. И всё это сопровождается постоянными криками громкой торговли, часто перерастающей в откровенные угрозы. Меланхоличные городские стражники, которым ни до чего не было дела, даже не делали вид, что следят за правопорядком: играли в кости, пили пиво, а кто-то откровенно дрых.

— Мастер, будьте аккуратнее, здесь легко могут обворовать. — Предупредил меня Аун, словно я сам до подобного бы не додумался.

Караванный рынок Триеса не только внешне выглядел, словно восточный базар в не самой благополучной стране, но и был им по своей сути. Здесь тебя не только активно зазывали что-то купить. Особо ретивые продавцы могли схватить потенциального покупателя за рукав и потащить в свою палатку. Зазывалы орали прямо в ухо. Завёрнутые в тёмные одеяния с ног до макушки подозрительные личности, ничуть не стесняясь и без всякой опаски, предлагали запрещённые в Триесе тёмные ритуалы. Громкая торговля то тут, то там перерастала в небольшие потасовки. Даже явно не первый раз здесь бывающий Аун и тот старался держаться поближе ко мне. С одной стороны, пойти сюда с мальчишкой, пока мы не выяснили, кто стоит за покушениями на его жизнь, было опасно. С другой же, я не только хотел посмотреть на торговые предложения, но и спровоцировать убийц сделать очередной шаг, и был ко всему готов.

Видимо, каким-то особым чутьём потомственного торговца Аун безошибочно определял, куда нам надо идти, где что спросить и в какую внешне ничем не примечательную палатку заглянуть. Всего за час я насмотрелся на такое количество подделок, имитаций и плохих копий различных артефактов, сколько не увидел бы за неделю в Дейтране. При этом каждый из торговцев уверял, что у него настоящие и уникальные вещи, и мог даже поклясться на стоящем рядом переносном алтаре Камо. Впрочем, все эти алтари тоже были поддельными и не несли в себе ни грана божественной благодати.

На исходе второго часа я нашёл всего два интересных предмета. Первый при ближайшем рассмотрении оказался очень качественной копией. А вот второй был куда любопытнее. Выглядел он как шпилька для длинных волос, сделанная из серебра, с украшением в виде небольшого, но чистейшего изумруда. На вид просто красивое, но обычное украшение, которое подошло бы к моей новой причёске. И если бы я не видел нечто похожее в Прошлом Цикле, то прошёл мимо, даже не задержав взгляда. Попросив у торговца посмотреть шпильку поближе, взял её в руки и принялся рассматривать внимательнее. Благодаря разогнанной Ауре Восприятия, мне удалось разглядеть очень мелкую вязь, которая спиралью шла по спице шпильки.

— О! Ви лазглядели! — Тут же отметил мою реакцию тощий, как палка, торговец. — Осень тонкая лабота! На такая маленькая спица так много написана! — Его речь была невнятна из-за отсутствия передних зубов. — Если плиглядедесь, то ви заметите, знаменитый стих из жизнеописания Ишии. Стих о чистоте. Эта шпилька не только выглядит исысканно, но и пледохраняет волосы от плохих насекомых!

Торговец ошибался, тот стих был не о чистоте волос, а о чистоте разума. Впрочем, чтобы понять разницу и нюансы написания стиха, надо быть жрецом или самому читать жизнеописания богов. На самом деле эта шпилька была сигнальным артефактом, извещающим хозяина о Ментальной магии. «Звон чистого разума» было его название, и на рынке Дейтрана подобное изделие стоило более шести сотен полновесных золотых. Дорого, потому как создать его мог только мастер Ментала Легендарных Ступеней, а те не особенно любили делать артефакты, осложняющие их работу. Да, этот предмет не давал никакой защиты, а только предупреждал тихим мысленным звоном об атаке, но и это было очень хорошо. Хорошо, потому как главная опасность магии Ментала в том, что ты до самого конца часто даже не подозреваешь, что тебя околдовали.

— Сколько? — Спросил я скучающим голосом.

— Тлидцать тли золотых и тли селеблянных!

— Я ищу подарок для одной вдовушки, с которой провёл приятную ночь. — Откровенно зевнул я на это предложение. — И такая сумма за одну ночь мне кажется слишком большой. Так что откажусь. — Договорив, я бросил шпильку на ковёр, расстеленный перед торговцем, словно она не стоила вообще ничего.

— Господин! — Тут же закричал продавец, — как можно! Да тут только один камень стоит два десятка! — Его плохая речь пропала, словно её и не было никогда, став вполне понятной и чёткой.

— Три, три золотых стоит столь малый камень. — Осадил я торговца.

— Где вы видели такие цены?!! — Продавца понесло, и он вскочил на ноги. — Три золотых за изумруд такой чистоты?!!

Торговаться на базарах — это настоящее искусство, представление, спектакль. Увы, я от подобного не получаю удовольствия, но «прошлая жизнь» научила меня этому навыку. Так что торговался я самозабвенно, до хрипоты, даже два раза покидал палатку, но оба раза позволял торговцу вернуть меня назад. Этот торг длился почти час, и по его результатам я вышел от этого беззубого купца с покупкой.

— Мастер, — когда мы отдалились от той палатки на десяток шагов, подал голос Аун, — я, конечно, впечатлён, что вам удалось сбить цену с тридцати трёх золотых и трёх серебряных, до всего двенадцати золотых и десяти серебра. Говорю это как торговец. Но, мастер, даже двенадцать золотых не кажется ли вам слишком большой суммой, потраченной на подарок за одну ночь любви? — в голосе мальчишки слышится неприкрытое осуждение.

— Так я и не для госпожи Тальи купил это украшение. — Усмехаюсь в ответ. — А для себя. — в подтверждение сказанного, я тут же вставил шпильку себе в косу.

— О! — Глаза Ауна округлились, словно блюдца.

— И кстати, — наклонившись к уху юноши, прошептал я, — на рынке Дейтрана подобную вещь продают знаешь за сколько?

— Неужели дороже тридцати трёх золотых? — Усмехнулся мальчишка.

— Дороже шестисот. И да, ты не ослышался, дороже шести сотен золотом.

Эти слова настолько шокировали паренька, что мне пришлось толкать его вперёд, потому как у него на какое-то время, видимо, отказали ноги.

— Так что если кто-то тебе скажет, что чтение божественных жизнеописаний — занятие бесполезное, то вспомни этот случай. Торговец вот не читал и продал дорогую вещь за бесценок, а я читал и смог эту вещь определить, потратив на покупку почти на шесть сотен меньше её реальной стоимости. Так что чтение святых текстов не только для души полезно, но и для кармана!

Аун явно не ожидал от меня подобной проповеди, но я видел, что мои слова упали на благодатную почву. Потому как столь наглядная демонстрация, как настолько выгодная сделка, заденет за живое любого торговца.

Мы проходили по базару почти до заката, но так больше ничего интересного не нашли. Также никто не пытался как-то навредить Ауну, хотя я кожей чувствовал слежку. Но как ни вертелся и ни крутился, так и не смог определить, кто за нами наблюдает. Поэтому не стал рисковать, и покинули караванный рынок до того, как солнце начало убегать за городскую стену. Оставаться здесь в вечерней полутьме было уже неоправданно опасно.