Чтение онлайн

— Как сувенир же оставили, товарищ Командор. На память.

Детвора! Бегают, стреляют, воюют с людьми и диким зверем, ищут и находят — ни одна служба не принесла столько нужного и полезного анклаву, как группа сталкеров. Серьёзные опасности и тяжелейшие нагрузки, постоянный нервный стресс, едят чёрт-те что и когда как. Ни жён, кроме Кастета, не имеют, ни детей, ни домов своих. А всё едино — дети. Сувениры им… Поди, ещё и помахали ими на задворках, наставили новых зарубок.

Я рукой остановил Гольдбрейха, уже открывшего было рот для гневной обличительной проповеди "О пользе наук".

— Мужики, вы понимаете, как важно изучить образцы?

Они понимают.

— Кроме того, вы в курсе, что у нас уже есть и работает музей истории освоения?

— Не были ещё ни разу, — за всех ответил Демченко.

А когда бы они были…

Музей есть и работает, его организовали в большом подвале жилого здания Замка, между пищеблоком и медцентром. И все артефакты, в нашей цитадели найденные, туда и снесли. И щербатые боевые топоры, найденные нукерами ещё в первый день, алебарду на узловатом древке, пару сабель и четыре кинжала. Месяц назад разгребали углы одного из подвалов — нашли две старинные пушки и горку чугунных ядер, их тоже присовокупили к экспозиции. Стеллажи и стенды, много картин местных художников — их даже вывозили на пленэры по Волгу и в другие места. Заведующая — опытный музейный работник из Омска, пожилая женщина… музейного вида, дело ставит с размахом и дальновидностью. Там проводятся экскурсии и уроки, туда собирается всё необычное, характерное и интересное.

А они "режики" зажали, пацанва.

Краеведение и локальная пока история — важнейший атрибут образовательной системы анклава. Все граждане Союза должны видеть целое, хорошо представлять среду, в которой живут. Поэтому и в клубе, и в помещение музея есть киноустановки, прошлого поколения, плёночные. И фильмы киногруппа снимает плёночные, практически вечные. Цифра, естественно, практикуется в полный рост, но вся база аналоговая.

Среди прочего, просветительскую роль выполняют речные экскурсии и круизы, каждую субботу от пристани Замка отчаливает "Дункан" или "Нерпа" — последняя чаще, поездка на настоящем пароходе оставляет больше ярких впечатлений. Маршрут тургруппы — к морю. По пути судно ознакомительно заходит в Сену, останавливается для пикника на каменистому берегу возле приметной скалы Две Лошади. Там стоят деревянные балаганы и мангалы. Дивное место, скалы, две реки, рыба играет в слиянии потоков. И воздух первозданной чистоты. Люди восхищаются, ловит рыбу на спиннинг, жарят шашлык из форели с травками, фотографируют. Многие завели себе плёночные фотоаппараты — сухих реактивов уже накоплено предостаточно. С этой "химией"… Её я беру постоянно, много, по прогнозной "аварийной" заявке научников. Выгружаем мы "химию" через окно операторской, — поставили балку с талью, после того, как три бутыля с соляной кислотой чуть не разбили на лестнице…

Потом пароход идёт на Морской Пост, где эзотерик-экскурсовод от Эдгара накоротко морочит приезжим голову тряпичными ленточками и показом "святых мест Смотрящих" — этого экскурсантам обычно вполне достаточно, чтобы унять любопытство, понять суть и проявить сущность.

Самая дальняя точка круиза — крошечная бухточка на противоположном берегу, где на жёлтом песчаном пляже отдыхающий народ наслаждается морскими купаниями под охраной экипажа, с карабинами в руках высматривающих акул. А если уж совсем повезёт, то наблюдение за большой белой становится верхом впечатлений.

На обратном пути судно подходит к Листвянке, где на Кордоне группу ждёт горячий ужин, вечерний волейбол среди сосен и кедров, и песнопения с домашним пивом. После чего КАВЗ развозит людей по домам.

Я один раз скатался в такой волшебный круиз, после чего отчаянно захотел плюнуть на всё суетное и устроиться работать экскурсоводом.

— Оружие сдать, причём честно! — приказал я. — И учтите, не только оружие, так что, гоните артефакты, сталкеры. Я вполне понимаем?

— Так точно…

— Вечером занесём.

— Да мы же чисто помацать хотели…

Всё равно что-то себе отметать будут, психология трофейности.

Однако, мужики проголодались. Отчего бы не совместить полезное с приятным? Вскоре Якуб притащил слоёные пирожки с разной начинкой, горячего бульона и помидорчиков с чесночком.

Перерыв у нас, господа.

* * *

— Прежде чем обсуждать так интересующий вас вопрос о сути сокровенных тайн Промбазы и иже, я хочу уточнить кое-что практическое…

Сытые люди не так собраны, но так, как это нужно, спокойны. А подобные темы всегда требуют спокойной, взвешенной позиции.

— Первое… Второй трактор, говорите, практически готов?

— На днях выпустят из цеха, только тут такое дело, Алексей Александрович, — тут же начал маневрировать Демченко.

— Слушаю внимательно.

— Взамен Промзоне обязательно нужен маленький, для рутинных работ, и по мелочевке шебуршиться. "Хуцик", короче. Тем более, что фронт работ намечается.

Вот хитрец. Сразу ухватил верёвочку, за которую нужно дёргать.

— Принимается, мини-трактор дадим. Теперь следующее… Как там грунты навскидку?

— "Соткой" грубо взрыхлили приличный участок под посевное поле, выкорчевали крупное. Земля в Промзоне хорошая, жирная. Но сам слой не особо толстый, дальше скальное основание.

— Хорошо, а в Крепости?

— Пока сложно сказать. Но за ней, между полосой леса и пляжем тянутся явные остатки садов, хоть и одичало, но там каких только плодов нет. Мы далеко не ходили, времени не было даже на прикидочное обследование. Может, там и маслины растут, почему нет? Площадь полосы не очень большая, гумуса скопилось много, перспектива есть.

— Вычёркиваем… С кольями я всё понял, тут спорить не о чём. А вот что с обезьянами? Если, например, уже сейчас три дворовых хозяйства ставить на Промзоне? Каковы реальные риски?

Вот тут им уже тяжело отвечать однозначно, мешает предвзятое, мешают накопленные страхи ночных дежурств и разговоры на тему Тайного в соответствующем антураже.

— Обезьян поблизости нет, — наконец начал Демченко. — Остатки стаи частью отошли в предгорья, но там им не светит, кондоры над головой, корма мало, волки вдоль хребта бродят. Можно считать, что их уже сожрали.

— А другая часть? — спросил я, хотя уже и понял расклад.

— Спустилась вниз, в ущелье, к крепости не подходили по понятным причинам — те кто подошли, познакомились с отрядами "Каа" и ныне уже переварены. Так что, гиббоны уже не противники, тем более, что после всех стрельб и гонок людей они боятся панически. В последнее время там три группы прошли, почистили. Так что от стаи останутся единицы, никак нам не мешающие и не могущие помешать. Будут жить-поживать, как положено мирным обезьянкам, орешки грызть. А вот медведи и волки есть…

— Ну, это и в России было, когда вокруг Замка сутками крутилась крупная живность, — вспомнил я.

— Именно. До сего дня такая цель, я про зачистку говорю, если и была, так реального мотива к акциям не было. Да и людей нет, ведь в Промзоне и внутренних дел навалом. Если взяться дружно — два дня работы, и зверь, как всегда, отойдёт дальше, сдав территорию полностью. Но, товарищ Командор, мы должны сказать, что обезьянья тема не закрыта… Точнее, не совсем открыта.

Вот сейчас и начнётся.