Чтение онлайн

Оставшись один, Миссионер огляделся. Оба выходящих во двор окна плотно прикрыты жалюзи, стены обиты шумоизоляционным материалом. Он подошел к одному из окон, отогнул жалюзи и с облегчением выдохнул. Стекла были самые обычные. Возвращая жалюзи на место, немного выгнул одну из шторок на уровне своего лица. Ровно настолько, чтобы в образовавшуюся щель можно было с помощью оптического прицела получить хоть какое-то ориентирование на местности. Со стороны коридора послышались шаги, и легкий холодок пробежал по телу – успеет ли де Линар добраться вовремя? И добраться незамеченным? Сможет ли он быстро сориентироваться и найти удобное место для стрельбы? Ответа на эти вопросы у старлея Слобцова не было. Пока.

Дверь скрипнула, и пред ним предстал сам Эмир, гроза неверных, сеющий разрушения и смерть. Длинная окладистая борода была явно не приклеенной, а настоящей, но на Дедушку Мороза он точно не тянул. Горящие глаза, орлиный нос – все как положено. Чуть поодаль, на заднем плане, нарисовались еще двое. Старый знакомец, который привез его сюда, и молодой, похожий на аспиранта одного из подмосковных НИИ араб в стильных очках.

Бритоголовый, немного странно улыбнувшись, подошел к Миссионеру и, подобно факиру, достал из недр костюма черный матерчатый поясок, посередине которого зловеще поблескивал металлический квадрат.

– Простите за беспокойство. – Он споро обмотал вокруг талии Миссионера поясок таким образом, чтобы зловещий кусок металла оказался прижатым к его животу, и, проверив завязанный сзади узел на прочность, отошел в сторону, любуясь своей работой.

– Это что, сувенир на память о нашей встрече?

– Это то, что поможет избавить вас от дурных мыслей и воздержаться от поспешно принятых решений. Если вы вдруг начнете производить не сочетающиеся с мирными деловыми переговорами телодвижения, эта штучка – та, что находится напротив живота, – разворотит все ваши внутренности. Вот, – не без самодовольства раскрыл ладонь садюга, – пульт управления механизмом, с кнопочкой, которую бы мне очень не хотелось нажимать во время нашего разговора. Я правильно объяснил суть?

Нельзя сказать, что у старлея Слобцова пересохло во рту, но одна маленькая струйка пота на спине все же проклюнулась, щекоча ложбинку позвоночника. Уроды! Это серьезно осложняет дело. Не успел он как следует обмозговать этот неприятный момент, как пару раз глухо сдетонировал верхний левый коренной зуб, давая понять, что де Линар уже прибыл. И не только прибыл, а уже освоился в местном колорите и занял позицию, из которой без труда сможет неприятно поразить голову стоящего рядом с Миссионером Эмира гладко отполированной пулькой со смещенным центром тяжести.

Прибыл-то прибыл. Как говорится, молодец, профессионал с большой буквы. Но обстоятельства-то резко изменились, и изменились в весьма неблагоприятную для старлея Слобцова сторону. Миссионер приценился – далековато стоит бритоголовый со своей роковой кнопочкой, уже накрытой сверху большим пальцем руки. Не успеть, никак не успеть что-то сделать. Как только маленькая смертельная птичка клюнет Эмира в голову, от внутренностей старшего лейтенанта российской полиции останутся одни воспоминания. Значит, придется сменить приоритеты в пользу не в меру предусмотрительного Камаля. Опять же, молодой араб-«аспирант» грозно сомкнул перед собой руки, одна из которых держала уже виденный им недавно в руках вандалов укороченный «узи». Его злобное выражение лица недвусмысленно выдавало его кровожадное намерение, в случае если вдруг адский механизм не сработает, продырявить шкуру Миссионера более прозаическим способом.

Вообще-то это хорошо, что «аспирант» прихватил с собой оружие. Это не просто хорошо, это даже очень мило с его стороны. У Миссионера-то оружия с собой не было. А теперь, если повезет, будет чем помахать перед носом противника.

Де Линар не подвел. Подоспел вовремя, к началу первого акта. Наблюдая за передвижениями Миссионера, он успел не только отследить место, куда его привезли для встречи с Эмиром, но и занять удобную для стрельбы позицию. Расположившись на крыше стоящего напротив трехэтажного здания, он, затаив дыхание, вслушивался в разговор, который шел в пятидесяти метрах от него. Едва заметно приоткрытый занавес дал ему возможность уловить инфракрасным оптическим прицелом микроскопическое сияние смазанной специальным гелем шевелюры старлея Слобцова. Чтобы определить его месторасположение, де Линару вполне хватило отверстия, оставленного в жалюзи. Но не эту цель необходимо было поразить бельгийскому снайперу, а другую. Ту, которую невозможно будет поймать в прицел. Ему придется стрелять вслепую, руководствуясь координатами, полученными от Миссионера во время его разговора с Эмиром. И бельгиец должен сделать это с первого раза. Потому что второго раза не будет. Бывший снайпер Иностранного легиона потренировался в задержке дыхания и неподвижно замер в оптимальном для поражения цели положении.

Эмир, алчный взор которого был устремлен на кейс, лежащий на столе рядом с Миссионером, отрывисто, без малейших ноток дружелюбия в голосе, спросил:

– Чего хотят от меня твои руководители?

Руки Миссионера потянулись к замкам. Три пары глаз, не отрываясь, смотрели за его движениями.

– Расслабьтесь, господа. Особенно это относится к вам, – взглянул он на бритоголового, по-прежнему державшего палец на роковой кнопке. – А то я так, чего доброго, и не смогу донести до вас те предложения, с которыми меня попросили обратиться к столь уважаемому и влиятельному человеку.

Эмир, как и всякий восточный человек, любящий лесть и похвалу, слегка смягчил свой взгляд.

– Поосторожней с этой штукой, – бросил он бритоголовому, явно с неохотой подходя ближе к Миссионеру, который с удовлетворением отметил «послушание», с которым тот воспринял слова Эмира.

Замки, щелкнув, выпустили на свободу откинувшуюся крышку дипломата. Ровные пачки долларов магнитом притянули взгляд Мохаммада аль-Рабани.

– Неплохое начало для разговора, – одобрительно произнес он. – Надеюсь, и все остальное, что ты захочешь добавить к этому, не разочарует меня.

– Смею вас заверить, не разочарует. Это задаток.

Миссионер, с точностью до сантиметра вычисливший, насколько ниже относительно занявшего позицию де Линара располагается черепная коробка держащего палец на кнопке бритоголового, продолжил:

– После того как вы выполните нашу просьбу, к этой сумме прибавится еще как минимум миллионов пять. Долларов.

Минимум – ниже. Пять – на пять сантиметров. Тщательно вымеряя, де Линар опустил ствол чуть ниже светящейся между жалюзи флюоресцирующей точки.

– Неплохо, неплохо. Смотря, конечно, чего хотят от меня столь щедрые товарищи. – Эмир, с трудом скрывая удовлетворение, хитро прищурился. Он был не прочь поторговаться. Правда, о чем он совершенно не догадывался, – в последний раз.

Миссионер достал из кармашка дипломата несколько скрепленных между собой листков бумаги с машинописным текстом на английском языке.

– Здесь задачи, которые вам предстоит решить, и некоторые практические рекомендации по их реализации.

Эмир, даже не взглянув в них, передал бумаги стоявшему рядом с ним очкастому арабу. Взяв листки в руки, одна из которых по-прежнему упрямо сжимала «узи», тот забегал глазами по строчкам. Лучше не придумаешь. Теперь – ход конем. Другого, более выгодного момента, не будет.

Коварный злодей с кнопкой стоял от него, с точки зрения де Линара, справа, восточнее. Кейс, лежавший на столе, – пятьдесят сантиметров в длину, – был использован Миссионером в качестве ориентира при измерении расстояния. Для определения расчетов ему понадобилось несколько секунд. До бритоголового – один метр двадцать сантиметров. Араб перевернул страницу, зачитывая вслух содержание текста. Обладатель кнопки следил за реакцией Эмира, не выпуская из поля зрения посланца КГБ. Эмир мысленно пытался определить количество баксов, лежащих в дипломате.