Чтение онлайн

Утро. Отряд собрался за импровизированным столиком, на котором покоились остатки завтрака и хлебные крошки в свете карманного фонаря казавшиеся причудливыми кристаллами, проросшими на поверхности стола. Впрочем, тут уже была средняя зона, и некоторое искажение в ощущениях поначалу чувствует каждый, особенно новичок. А вот в глубокой Зоне, даже бывалый сталкер чувствует себя не просто неуютно под воздействием аномальной энергии исходящей от ЧАЭС, но и нередко испытывает галлюцинации, способные сломить его психику или вызвать депрессию. Вероятно это одна из причин, по которой и без того ходящий по лезвию сталкер рано или поздно совершает ошибку стоящую ему жизни. Нередко вернувшийся из глубины Зоны живым, сталкер психически отличается на несколько лет от сталкера уходившего в рейд несколько дней назад.

Волк давал инструкции молодым сидя на грубо сколоченном табурете.

— Бобр, Фома ваше дело не высовываться, основная работа на нас. Цель в сейфе, если код не подойдет то вы оба его и попрете, для этого вас и взяли. — категорично заявил Волк. Бобр слегка скривился, «что за хрень, я что в носильщики нанимался? а с другой стороны подрядился не спрося на что вот и пеняй на ся…». На Фому же такой расклад никак не повлиял, он продолжал флегматично смотреть перед собой. Выдержав паузу Волк продолжил:

— Кровососов там видимо-невидимо, мне с утра сообщение пришло от Киселя, что сосунов десятка три — наблюдалось пару дней назад.

Эта новость стала неожиданностью даже для Лебедя и Кривого, судя по их лицам, что же касается Бобра и Фомы так у Бобра просто отпала челюсть, а Фома вдруг стал серым как портянка. Сделав еще более значительную паузу Волк уже тише и как то по свойски сказал,

— Бывает тут на карьере такие нашествия, то ли размножения, то ли собрание.

Фому пробил нервный смешок.

— Слушай Волк, ты чо, в натуре, ведь поляжем все, как пить дать поляжем. — в голосе Фомы чувствовались истеричные нотки.

— Вот уж не думал что такое скажу, но кто обгадился, может возвращаться. — конкретно ни к кому не обращаясь сказал лидер отряда.

Настало время задуматься Егору. «Черт, а ведь и правда, если там столько тварей то и сомнут, никакие коммандос не помогут.» — думал он украдкой разглядывая лица Кривого и Лебедя. Их лица были сосредоточены и спокойны, разве что у Лебедя нарисовался пунцовый румянец на щеках. В этих ребятах можно было не сомневаться. «А я… а что я…» — он погладил свежеприобретенный дробовик «и ты мне брат не поможешь против нескольких таких тварей сразу хоть два чудо дробовика выставляй в экзоскелет залазь ничего не поможет». Егору вспомнилось как он уделал своего первого кровососа. Тот выскочил на него в сумерках, недалеко от станции Янов, Егор стоял на островке окруженным низкой водой и обдумывал как лучше обойти открывшееся перед ним водное пространство и по возможности не намочиться выше колена. Благо в тот момент он успел сообразить что значит быстро приближающаяся к нему слева еле заметная воздушная марь и цепочка водных следов оставляющих едва слышные всплески. Разворачиваясь и одновременно нажимая на курок, он увидел сначала бурые фонтанчики жидкости вырывающиеся из ниоткуда, а затем и всего монстра, растерявшего свою невидимость и замедлившегося по причине болезненных попаданий с расстояния двадцати метров. Силой отдачи, ствол начал задираться вверх и очередь начала подниматься от живота на грудь и на морду монстра, с гулким дребезжанием вбиваясь в грудину мутанта и разворачивая его щупальца. Надо сказать что практически все кровососы обладают непостижимой с медицинской точки зрения живучестью и способностью к регенерации. Хотя в Зоне наверное нет таких мутантов кто бы не удивил медицину своими регенеративными способностями. Но кровососы это отдельный вопрос среди классифицированных и распространенных мутантов. Итак благополучно разрядив весь магазин в монстра и прекратив орать, Егор схватился за тогда свежий глок и разрядил в еще пол обоймы в согнувшегося и шипящего мутанта, который уже просто брел в сторону сталкера вытянув обе когтистые узловатые лапы. Мутант не дошел до Егора метров пять и рухнул в грязь, дергаясь в судорогах и взбивая муть в некогда прозрачной воде. Поскольку Бобр всегда был хорошим учеником в Зоне, в отличии от того Егора который некогда жил на Большой земле, в школе и в ПТУ всегда смотрящего сквозь учителя, тут он усвоил что лучшая тварь это та тварь у которой нет даже признаков жизни. Поэтому перезарядив автомат от избытка чувств он расстрелял еще пол рожка в упор прошив голову дергающегося и извивающегося мутанта, теперь уже наверняка. Оглядев себя с ног до головы, он плюнул на недавнее желание пройти чистеньким через болотце и прямиком попер на станцию. Весь бой занял полминуты. После того как он пришел на станцию, его наконец проняло и в окружении таких же сталкеров, рассказывая свою историю, его долго не брала водка выпиваемая им граненными стаканами.

Вспомнив эту историю Бобр задумался, «а с другой стороны, назад пойду как Сидоровичу на глаза показаться и другим сталкерам? Считай все, каюк, больше Сидорович запомнит и со мной нормально торговать не будет или Зона сделает свое дело за то что товарищей бросил, наверное даже на пути обратно. Нет. — решил он, сказано — сделано, не могу отказаться от дела!»

— Я с вами — хрипло прошептал Егор, и сам не узнал собственный голос, так осипше и по-чужому он звучал. — я готов, — подтвердил он вторично уже громко, внутренне обращаясь как к товарищам, так к себе, так и к Зоне, которая казалось незримо следила за ними тысячами глаз, из каждой щелки и поры в стене землянки.

— Ну вы чё, мужики мля, — испуганно заозирался Фома, — на убой же идем! Там тридцать рыл! — уже почти завыл он.

В ответ ему отозвалось лишь молчание. Сталкер должен сказать свое слово. Вдруг Фома как-то сдулся, как будто уменьшился в размерах, потемнел лицом и даже одежда как будто вдруг стала меньше прилипая к нему словно пугаясь показаться за пределами своего обладателя. И тут все как то сразу поняли — не жилец, такое бывает. Даже не зависимо от того пойдет ли он назад, или пойдет со всеми, он предрешил свою участь, его страх стал больше него, а люди со страхом заполонившем мозг не живут в Зоне. Они ее питают.

— Дайте водки — попросил Фома.

Кривой протянул ему половинку бутылки казаков. Фома схватил ее трясущимися руками, без предисловий закрутил ее штопором в влил в себя всю. Выдохнув, осоловело огляделся, криво ухмыльнулся

— Ну пошли, покойнички! Сабака лаяла на дядю фраера… — вдруг пьяно и не к месту пропел он.

— Проверить оружие, оправиться. готовность на выход десять минут. — четко распорядился Волк.

Выбирались из землянки а потом из контейнера с оглядкой, ощетинившись автоматами и дробовиками во все стороны. Путь лежал к юго-западной окраине карьера что было по левую руку и вперед от контейнера. Там был более пологий спуск, и там было ближе до указанных координат тайника. Карьер представлял собой неприятное грандиозное зрелище. Огромный роторный экскаватор что теперь был справа то здесь то там опутывали космы ржавых волос, само дно карьера кое-где заполнилось неглубокой водой, поросло низеньким битым кислотами камышом, то здесь то там висели облака тумана странным образом никуда не перемещающегося и подсвечиваемые снизу кое-где призрачным зеленым светом химических аномалии, студнями или холодцами. В оптику просматривались другие железки практически ушедшей в грунт техники, крыши бульдозеров, торчащие поодаль кузова четырех самосвалов. Глядя в свой бинокль Егор увидел то, что несмотря на всю отчаянность ситуации не могло не порадовать его как сталкера. То тут то там проглядывались небольшие светло зеленые, синеватые и красноватые пляшущие предметы — артефакты. Много артефактов. Сталкеры спускавшиеся за ними к карьеру уже не возвращались, даже те который пытались прибрать то что находилось по краю не возвращались. На это указывало пара брошенных и распотрошенных рюкзаков одиноко лежащих в ожидании уже никогда не придущих за ними хозяев.

— Кривой в центр, — указал Волк. Кривой сместился в центр. Волк знаками указал где расположиться Фоме и Бобру, теперь они шли мелкими шагами, вырисовывая своей позицией букву М, спереди слева был Лебедь, спереди справа Волк, чуть отстав от них прильнув к оптике Вала крался Кривой, а сзади сместившись левей и правее остальных шли Фома и Бобр. Волк поднял вверх кулак приказывая группе остановиться. Кривой зная что это значит изготовился к стрельбе из положения лежа, Лебедь и Волк с колена. Фома и Бобр остались стоять. Полуобернувшись Волк пояснил ситуацию для молодых:

— Там по краю гравитационки, сосуны скопом сразу не выскочат. Будут просачиваться поштучно. Кривой попробует снять по-тихому сколько получиться, потом мы с Лебедем, когда попрут остальные, а ваше дело смотреть по сторонам, если фронта прорываться будут еще не беда, а если сбоку хоть один проскочит, считай амба. Просрали матч! — заявил он выдавая в себе некогда заядлого болельщика футбола. — Молодежь, задача ясна? — спросил он глядя в первую очередь на Фому, тот лишь до бела стиснул ружье и кивнул. От хмеля не осталось и следа. Бобр также ограничился кивком, хоть от внутреннего нахлынувшего жара сперло дыхание, и он понял что от адреналинового спазма не может даже сглотнуть. Волк отвернулся, уставившись вперед через оптику электронного прицела FN2000. Кривой немного поерзав плечами, застыл.

— Вижу. Один, два, три… еще… — сделав секундную паузу тихо зацикал Вал. ЦИК, ЦИК, ЦИК этот звук казался таким мирным в сером небе Зоны, прохладный ветерок качал серые травинки, едва касающиеся ствола Вала. ЦИК, ЦИК, ЦИК — продолжал свою смертоносную работу Вал. В это же время Лебедь и Волк неотрывно через оптику следили за тем что творилось в низу.

— Минус два, — прошептал Волк, заметив как две фигурки застывшие в разных точках в камышах повалились распластав конечности.

Кривой с умом делал свое дело выбирая цели стоящие на грунте, чтобы те своим плеском при падении не растревожили раньше времени всех остальных. ЦИК, ЦИК, ЦИК продолжал свой смертельный пересчет Вал. В это время со стороны карьера донесся леденящий жилы звук, похожий на звук открытого на кухне крана при отсутствии воды, но звук усиленный в десятки раз. Улей был разбужен, фигурки внизу заметались, то впадая в режим невидимости, то выходя из него. Потревоженные внизу кровососы все еще не определились с источником опасности. В это время мягко, короткими очередями заработал автомат Волка с интегрированным глушителем и ТРС — 301 установленным глушителем начал выпускать смерть с бронебойным сердечником поштучно. Еще секунду, карьер накрывала тишина, но вдруг она взорвалась многоголосым ревом десятков мутировавших особей, и Бобр как будто почувствовал волну неудержимой ярости ментальным образом дунувшей из карьера. Теперь людей увидели. Фигурки кровососов двинулись по направлению к людям, также то проявляясь, то исчезая. Бобр краем глаза увидел красно-бурую вспышку, это то что осталось от кровососа в на бегу, в порыве быстрее добраться до людей и влетевшего в птичью карусель. Теперь уже автоматы стрекотали дружнее, уже отсюда было видно упорядоченное движение в которое появилось на дне котлована, в сторону отряда сталкеров вдруг расчертились быстроисчезающие полоски в камышах и на поверхностях воды. Кривой сменил положение с лежачего на стрельбу с колена и продвинулся вперед так чтобы стоять на одной линии к фронту с Волком и Лебедем. Автоматы стрекотали и стали чаще поворачиваться стволы, очевидно цели были множественные. Глянув на ПДА, Бобр убедился что пока ни один мутант не миновал отметку в две сотни метров, по крайней мере ПДА спокойно светилось зеленым светом показывая лишь пять зеленых точек, это в с одной стороны вселяло надежду, что может быть так и повалим всех сосунов выбегающих через насаждения гравитационных аномалий в строго определенных местах, в три замечательных ствола и в три пару верных рук, а с другой стороны отсутствие деятельности нервировало еще больше. Казалось что Бобр уже бесплотный дух, из-за плеча наблюдающий за боем сталкеров, и от этого наваждения ему сделалось не по себе. Но это было Зона, это она пронизывала мозг своим аномальным излучением, и тут ей нельзя поддаваться принимая навеваемые иллюзии за действительность. Стрелки перезаряжались по очереди, пустые обоймы уже по паре возле каждого лежали на земле.