Чтение онлайн

Перед тем как сделать первые шаги к овладению этим навыком, Асгаррот нам прочитал вводную лекцию, откуда я и узнал, что же видел на том злополучном поле, на котором погибло полсотни молодых вампиров: - «Данное умение могут применять только вампиры и всего несколько разумных других рас, такие как оборотни, рангом не ниже мастера боя с основной специализацией - парные мечи, еще меньше орков с тем же рангом, но лично я знаю всего троих таких отступников от любимых всеми орками двуручных мечей и двусторонних секир.

– «Коса смерти» имеет несколько этапов, о которых расскажу чуть позже. Изначально этот прием был разработан для того, чтобы оценивать степень готовности молодого поколения вампиров, был и есть своеобразным экзаменом. Оценивается возможность провести «Стальной смерч» на максимальной скорости. Позже выяснилось, что этот прием годиться и для того чтобы смешать ряды противника, разбить первые ряды, прикрытые щитами и размазать копейщиков, прячущихся за ними.

– Как вы сами знаете, вампиры - одиночки, не приспособлены сражаться в строю, можем, но это противно нашим натурам, все же мы не гномы, чтобы идти в бой в «стальных кулаках» под прикрытием башенных щитов. Поэтому, применив «косу смерти» вампир оказывается в гуще событий, внеся панику в ряды противника, где уже может развернуться, не опасаясь помешать собрату. Таким образом, продвижение деморализованного противника практически останавливается, ему приходится отвлекаться на локальные бои в собственных тылах и других точках собственной армии.

– Третье применение «косы смерти» - это прорыв из окружения, лучше всего это делать сразу в нескольких направлениях, для этого применяется построение под названием - «Звезда», в которой смешиваются ряды вампиров владеющими несколькими уровнями «косы смерти», чем наносят еще больший урон врагу.

– Ну а теперь расскажу непосредственно об уровнях этого приема. Первый - движение строго по прямой. Вампиру просто не хватает навыков и сноровки для того, чтобы преодолеть чудовищную инерцию своего движения и не зарезаться самому при этом. Второй - движение по дуге или своеобразной косе, вампир уже может немного менять направление своего движения, именно из-за него, прием и получил свое название. К моему прискорбию, чаще всего на этом и заканчивает обучение большинство вампиров, из-за элементарной лени, которую я буду из вас выбивать. Зарежу, но минимум третьим уровнем каждый из вас к концу обучения овладеет! Третий уровень - зигзагообразное движение, на этом уровне вампир способен совместить со «Стальным смерчем» еще и «Вихрь», что в разы повышает поражающую способность. Четвертый - движение по спирали, вы должны помнить, что из звезды, такие уникумы должны выходить последними или первыми, но пока они не остановятся, никто больше из строя не встает на крыло - чревато погибнуть от руки своего. Есть и пятый уровень, но кроме меня им практически никто не владеет, а значит, расскажу только тому, кто освоит минимум третий уровень!» - на этом лекция закончилась, потом дополнялась по ходу овладения первым уровнем, казусов кровавых было масса, но об это чуть позже.

– Полторы тысячи отжиманий в семь ударов сердца плюс два каждые полсотни вверх и вниз, за разговорчики в строю. Встали на крыло!
– мой десяток, точнее все три десятка вампиров, находящиеся в моем подчинении, едва не заплакали, а я же чуть плясать от радости не пустился. Звезда пришла в движение, внешнее кольцо синхронно двинулось направо, внутреннее налево, и так далее, до самого центра, где стояло всего четверо вампиров, опять же я в том числе.

Правая рука отведена за спину, левая чуть в сторону, корпус немного наклонен вперед, самая удобная позиция для того, чтобы начать вращение на полной скорости, используя инерцию и тяжесть клинка, но набирать скорость весьма и весьма неудобная позиция. Именно на ней в самом начале и случались первые казусы. Сам «стальной смерч» не очень-то и сложен после соответствующего обучения, но вот когда одновременно наращиваешь темп движения и начинаешь закручивать его, невероятно сложно уследить за всем сразу. Как же мы все хохотали друг над другом, собирая очередного «вставшего на крыло» по запчастям. Я сам не избежал такой вот незавидной участи, как сейчас помню, предельное сосредоточение, начинаю вращение с одновременным ускорением. Угу, ускорился, даже не порезался и был настолько этим фактом горд, что немедленно потерял концентрацию, как следствие отсеченные руки, ноги и только чудом, точнее магией целая голова на плечах.

– Лучи!
– последовал короткий рев наставника, и в тот же миг звезда взорвалась пресловутыми лучами. Вампиры, сорвавшись с места, превращались в туманные росчерки, уносящиеся в стороны от центра, в вихре сверкающей стали. Круг за кругом, с задержкой на какую-то долю мгновения, исчезал из поля зрения, пока не дошла очередь до ядра.

– Я - центрифуга, вы - змея!
– крикнул последней тройке в моем ряду, одновременно делая шаг назад, ребята, без лишних слов расположились треугольником, сместившись чуть вперед. Миг, и треугольник распался, но вампиры пошли не по прямой, как все остальные до этого, а змейкой, примерно в два с половиной метра в каждом изгибе. Из моих трех десятков, только трое смогли овладеть третьим уровнем «косы смерти». Резко отведя левую руку до упора вправо перед собой, начал вращение, сразу же поднимая тучи песка вокруг себя, что совершенно не мешало ориентироваться на до предела обострившемся шестом чувстве, в которое входил быстрый анализ всех доступных звуков, запахов, ощущения источников жизни и раскачанной интуиции. Об этом тоже стоит рассказать отдельно.

Примерно после тринадцати лет обучения нас всех ослепили каким-то заклинанием и начали усиленно тренировать «в слепую», то есть наше шестое чувство, делая машинами для убийств. Тогда я сбился со счета дней, сколько это продолжалось, не имею ни малейшего понятия, но результатом этого стало то, что даже потеря зрения не является для нас фатальным. Магическое зрение тут не прокатывало, так как было заблокировано вместе с моей силой, что тоже не способствовало душевному спокойствию. Сначала до предела обострился слух, чуть позже обоняние, следом тактильные ощущения, но уже тогда о себе давала знать, начавшая развиваться интуиция. Только она позволяла понять, как именно на тебя летит вражеский меч, стрела и другое не менее смертоносное оружие, так как на слух, особенно в самом начале, очень сложно определить, что с тобой хотят сделать: проткнуть или нанести рубленую рану. Направление по звуку с грехом пополам определить удавалось, но вот угол нанесения удара только с помощью интуиции, ведь враг вряд ли будет ждать, пока ты его пощупаешь, а запах говорил только о том, кто именно перед тобой. Она же родимая, интуиция, имею в виду, позволяла сначала неосознанно, но потом опираясь на нее уклоняться от ударов и метательного оружия если ты стоял по ветру и не чувствовал запаха противника, при этом очень старающегося не шуметь.

Настоящим прорывом стало появление ощущения источников жизни, это я так это обозвал, так как никто из ребят подобного не ощущал. В общем, в гуще боя, могу метров за двадцать-тридцать ощущать живых, если в спокойной обстановке, то и за метров сто, что стало просто огромным подспорьем.

Еще некоторое время, думаю довольно долго, приходилось спаивать все это в единое целое, выстраивать систему, так как нам вообще никто ничего не показывал, не рассказывал, и каждый прошел через свою тьму, отчаяние, пока злость и разум не одержали верх.

Но вернемся ненадолго к настоящему, движение своего маленького песчаного смерча начал строго по малой спирали, поднимая как можно больше пыли и стараясь не вызвать никаких подозрений у своего наставника. Каждый раз тренируюсь в четвертой ступени, и каждый раз за себя самого берет гордость! У меня получилось!

Надо отдать Асгарроту должное, я уже три тысячи четыреста тридцать шесть раз пытался его проткнуть тренировочным мечом во время отработки очередной звезды или просто в массовой свалке, когда он не принимает участия во всеобщей потехе. О попытках насадить его на клинок во время индивидуальных спаррингов, вообще молчу, очень давно сбился со счета, в среднем сотня попыток за день тренировок выходит. Честно говоря, я уже давно потерял счет дням, так как один день как брат близнец похож на предыдущий и все это длится для меня уже не один год, подозреваю, что и не один десяток лет. Не день сурка, конечно, но очень на то похоже. Сбился со счета, примерно на четыре тысячи восемьсот шестьдесят пятом дне, выходит что-то около тринадцати лет. Ребята рассказывали, что на Северье триста шестьдесят пять дней в году, безо всяких високосных годов, но это уже было очень и очень давно, как раз тогда нас всех ослепили.

Я до сих пор вспоминаю с содроганием свой наивный вопрос - «что такое отжимание в четыре удара сердца?» и улыбку законченного сержанта в учебке, на лице Асгаррота. Сразу после этого вопроса, началось измывательство над моим телом, но это еще цветочки, а вот ягодки до сих пор глотаю, давлюсь, но глотаю, потому что ничего другого не остается. В общем, отжимания в четыре удара сердца, это ни что иное, как всем известные отжимания с задержкой, то есть, отжался, будь любезен подождать ровно четыре удара сердца, затем следующее отжимание. Вроде бы ничего сложного, но вот попробуй, сделай, тем более что у вампира, сердцебиение раза в три медленнее, чем у человека, а тебе еще каждые пол сотни, добавляют несколько ударов сердца, в зависимости от настроения наставника, да и нашего поведения, если честно тоже. Такое количество отжиманий, да и остальных силовых упражнений, обусловлено всего лишь природной силой вампира и ни чем больше.

Мой первый день тренировок был для меня самым светлым в моем нынешнем состоянии, так как тогда еще не понимал, во что именно вляпался! Именно тогда узнал, что же это такое - отжимания в четыре удара сердца, тогда я проклинал все на свете, еще не зная, что именно это упражнение станет вторым «спасательным кругом» для моего рассудка. Это сейчас я готов танцевать, слыша такой приказ, почему, расскажу чуть позже.

В общем, с неугасимым энтузиазмом впрягся в обучение. К концу дня, отупев от усталости, с языком, болтающимся на спине и кучей разноцветных пятен в глазах, на четвереньках дополз до стола, на котором в литровые глиняные кружки была разлита кровь. Чья именно, не имею ни малейшего понятия, вроде и человеческая, а вроде и животная, но не это главное. Выпив свою порцию под поощрительным взглядом Асгаррота, моментально почувствовал необычайный прилив сил. Мышцы звенели, требуя продолжения тренировки, туман отупения сменился кристальной чистотой мысли, словно и не был вымотан до полусмерти. Вот тут началось самое страшное, не было никакого перехода в виде отдыха и ночи, словно ее никогда не было, просто-напросто поздний вечер резко сменился ранним утром и начался второй день. Но и ни это самое страшное, а то, что не с кем было поговорить, кроме как коротко получить очередное наставление от Асгаррота и приступить к тренировкам. Разговоры в строю были строго запрещены и за каждое невзначай оброненное слово, не относящееся к тренировкам, жестоко каралось либо дракой с самим Асгарротом, либо дополнительными физическими нагрузками. По началу, физические нагрузки были для меня самым слабым наказанием, так как наставник жалости, похоже, никогда не имел вовсе. Каждый спарринг заканчивался полным поражением, полтора десятка проникающих ранений, отсеченные конечности и не стоящие внимания, переломанные кости были обычным делом.

В ходе тренировок, выяснилась весьма досадная черта Асгаррота - наказывать всех кучей, за провинность одного. Мои попытки затеять знакомство с ребятами, заканчивались одинаково - моей полудохлой тушкой от спаррингов с наставником, а затем на следующий день и с каждым вампиром, который норовил проткнуть мою шкурку как можно больше раз и желательно в самых разных местах. Благо крови было вдосталь, а регенерация поражала даже их, что только распаляло их злость. Пол года еще держался, хотя уже начал разговаривать сам с собой, тихо подхихикивать и примериваться к глотке наставника. Еще через месяц произошел первый взрыв, отсутствие нормального общения, однообразие дней, и полное отсутствие магических способностей вылилось в попытку реально убить наставника, естественно мне этого не удалось, но наметилось некоторое разнообразие.