Страж. Первые шаги. Часть первая - Оборотень
Шрифт:
Сергей криво усмехнулся.
– Ничего, ей полезно. Ладно, с работы отпроситься не проблема, справятся и без меня.
– Хорошо, я пока поднапрягу кое-каких людей, чтобы разнюхали, что да как. С деньгами у тебя все нормально, а вот стволы припрячь, тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не понадобились.
– парень поднялся со стула и бросив взгляд на свитер под столом, пробормотал: - Конфискат тоже припрячь от греха подальше. Разрулим ситуацию с тебя большая такая поляна с девочками.
– Сергей только кивнул слабо улыбнувшись. Виталий накинул куртку, - Ладно, я полетел.
Проводив друга, Сергей снова лег спать, но провалявшись около часа, заснуть так и не смог. Глухо ругнувшись и поднявшись надел тренировочный костюм, затем прикрыв дверь на верхний замок, от которого были ключи, но им никто никогда не пользовался.
– Замочек так себе, больше декоративный. Ну да ладно, думаю, в полпятого утра ко мне в гости никто не нагрянет.
Выскочив на улицу, оборотень побежал, постепенно набирая скорость вдоль темной улицы освещенной редкими фонарями. Морозный воздух приглушил головную боль, похмельная слабость и остатки алкоголя неохотно выходили вместе с потом. Проскочив пустынную улицу, Сергей припустил со всех ног, максимально разогнавшись. Ветер свистел в ушах, сердце учащенно бухало в грудной клетке разгоняя кровь по жилам все быстрее и быстрее, пока биение не перешло в сплошной грохот, отдающий в голову. Сбавив скорость, оборотень постепенно перешел на шаг, восстанавливая дыхание, затем и вовсе остановился. Осмотревшись вокруг на предмет нежелательных свидетелей, Сергей резко свернул в лес. Углубившись немного, парень начал быстро разоблачаться, складывая одежду на камень, с которого предварительно смахнул тонкий слой снега.
Томительные мгновения тянущей боли и жжения по всему телу и на лапы поднялся большой серый зверь. Потянув носом воздух, оборотень уловил соблазнительный аромат пока еще живой зайчатины. Оборотень бесшумной тенью скользнул в кусты, безошибочно держа направление строго на запах. Спустя несколько минут, оборотень заметил в кустах тепловое излучение притаившегося зверька. Заяц почувствовал подкрадывающегося хищника. Сергей подумал:
– "Есть контакт, но так не интересно. Я же вышел на тренировку, значит сейчас погоняем немного косого. Этих ушастиков не так-то легко поймать, когда они улепетывают во всю прыть. Уйдет - и ладно, все равно мяса мало. Поймаю - значит, слаб и в лесу тебе не место. Понеслась!"
Волк зарычал и шумно скакнул в кусты, заяц пулей вылетел из своего укрытия с места набирая громадную скорость. Сергей рванул следом, постепенно входя в азарт погони. Волк гнал зверька спасающего свою жизнь подгоняя обреченное животное громким воем и клацаньем зубов у задних лап. Заяц петлял, стараясь оторваться от преследователя, резко меняя направление заставлял оборотня пролетать мимо и терять драгоценные секунды. Каждый раз зверь вновь вставал на след преодолевая похмельную слабость во всем теле и неумолимо нагонял зайца. Зверек нырял в кусты, волк либо перепрыгивал их, затем искал след свернувшего зайца внутри препятствия, либо оббегал их. Ушастый спринтер подныривал под корни, поэтому оборотню приходилось разрывать подмерзшую землю, чтобы до него добраться, но каждый раз зверьку везло. Оборотень все больше входил в раж, желая вонзить клыки в маленькую добычу.
Наконец, запыхавшийся волк издал торжествующий вой, совершая завершающий бросок с очевидным концом. Но заяц, а если точнее его величество случай имел на этот счет другое мнение. Буквально взлетев на пригорок, зверек резко ушел вправо, прыгнувшего оборотня инерцией перебросило дальше прямо вниз с небольшой скалы. Вой торжества сменился длинным и удивленным, короткий полет, за время которого Сергея буквально накачало адреналином по самые уши, закончился на острых камнях в десяти метрах внизу. Кусок расколовшегося в незапамятные времена камня пропорол шкуру волка, оставляя длинную и глубокую кровавую полосу на левом боку, подушечки лап смяло ударом и растерзало каменной крошкой. Лапы подогнулись, волк кубарем полетел по холодным камням, получая все новые удары и оставляя на каменных остриях клоки шерсти с пятнами крови. Оборотень взвыл от боли, распластавшись на земле не в силах подняться. Постепенно вой перешел в тихий скулеж, а затем и вовсе стих.
Дикая боль в ребрах с лапами не давала возможности даже скулить, дышать было тяжело из-за поломанных ребер, рваные раны на слипшейся от крови шерсти горели нестерпимым огнем. Провалявшись на талом снегу около часа, Сергей смог немного придти в себя и чуть-чуть абстрагироваться от боли, что позволило более-менее мыслить.
– "Я же оборотень, черт возьми! Так почему раны не затягиваются?! Валяюсь долго, а даже лапы не зажили".
Оборотень попытался чуть повернуть лапу так, чтобы можно было ее лизнуть, но приступ острой боли разрядом прошедший по всему телу выбил сознание в забытье.
Был полдень, но медленно ползущие темные от налившей их влаги тучи висели сплошным ковром, укутывая землю в почти ночную тьму и предвещая сильную грозу. Недовольный рокот разгневанной стихии прокатился из одного края в другой, темень дня прорезала яркая вспышка ветвистой молнии. В тот же миг подул северный промозглый ветер, потоками леденящего воздуха забирающийся прямо в душу, оставляя после себя смерзшуюся пустыню. Десятки нещадно коптящих костров слабо освещающие тьму исторгали клубы черного удушливого дыма, разнося вокруг вонь горящей человеческой плоти.
Неподалеку стояла кучка людей с затейливыми эмблемами на груди и чуть в стороне отряд воинов. Люди не могли отвести горящих суеверным ужасом глаз от человека, не спеша восходящего на костер. От него исходили почти осязаемые волны уверенности в себе и презрения к смотрящим на него людям, его лицо было спокойное и властное, безупречный белоснежный костюм сидел на нем как влитой. Мужчина поднялся на помост из бревен и хвороста, ни единый мускул не дрогнул на его лице, когда он не колеблясь ни секунды, шагнул в полыхающий костер к высокому деревянному столбу. Костюм немедленно занялся пламенем, но словно ничего не происходит, мужчина оперся спиной о столб и сложил руки на груди.
Человек стоял в пламени своего погребального костра, никак не реагируя на терзающий его плоть огонь. Он стоял с гордо поднятой головой и смотрел на своих палачей со смесью жалости и презрения, затем его глаза закрылись, а губы беззвучно начали что-то шептать.
Люди, наблюдавшие за разворачивающимся перед ними действом, ощутимо забеспокоились. Человек в иссиня черном плаще с какой-то эмблемой на груди, мгновенно побледнел и бросился к рядом стоящему воину. Вырвав из безвольной руки пику, человек подскочил к костру и попытался пронзить сердце сгорающего. Дым костра словно кобра бросился на оружие, а спустя мгновение древко пики рассыпалось безвредным прахом, лишь широкий листовидный наконечник упал на землю и тут же покрылся ржавчиной.
Отшатнувшись от костра, человек в плаще не смог удержаться на ногах и сел прямо в размешенную множеством ног грязь. Оглянувшись по сторонам, человек замер только сейчас обратив внимание на то, что все казненные женщины и мужчины самостоятельно поднимались на свой погребальный костер. Так же как и это существо восходили на свой погребальный костер не издав ни звука, лишь загадочно улыбаясь или задумчиво хмурясь. Не было ни криков, ни гримас муки, ни даже слабого стона, а существо, именно существо, избавленное огнем от одежды безразлично смотрело на человека сидящего в грязи. Человеческие очертания поплыли, медленно покрываясь черно-серой дымкой, но отнюдь не дымом, чем-то потусторонним и невероятно древним. Людей неумолимо охватывал животный ужас, холодная испарина моментально покрыла кожу, не смотря на жарко полыхающий костер. Огонь полыхнул как-то особенно ярко и люди синхронно охнули с ужасом взирая на демона оказавшегося возле полыхающего столба за его спиной. Высокая фигура иссиня черного демона отбрасывала багровые блики костра, огромные кожистые крылья развевались за спиной словно паруса на корабле призраке. Провалы тьмы вместо глаз завораживали, легкая дымка вырывающаяся из них добавляла нереальности всему происходящему. Люди от страха забыли как дышать, по бледной коже лиц катились крупные градины пота, попадающие в расширенные до предела глаза. Демон резко взмахнул руками с острыми когтями венчающими длинные пальцы, огонь полыхнул разойдясь кругом. Человек сидящий на земле дико заорал и откатился назад, принявшись сбивать с себя пламя.
Демон взмахнул крыльями, ветер резко стих, будто кто-то повернул выключатель. В центре полыхающих вокруг костров начали зарождаться маленькие смерчи, вытягиваясь, как какая-то странная нитка, никак не толще каната, но в два человеческих роста в высоту. Смерчи разом вобрали все пламя от костра, оставляя после лишь дымящуюся кучку пепла. Начиная двигаться медленно по кругу, синхронно покачиваясь из стороны в сторону и постепенно ускоряясь, они превращали свое движение в своеобразный завораживающий танец. Танец огня все ускорялся и ускорялся, сливаясь в сплошную ревущую стену огня, взявшую в кольцо все поле вокруг одного все еще горевшего костра с демоном внутри. Люди начали в панике разбегаться кто куда, пытаясь выбраться из разверзшегося вокруг ада.