Страж
Шрифт:
Эксперт весь подобрался и убежал к своим коллегам. Очень скоро всю площадку кемпинга залил яркий свет всех доступных осветительных приборов, направленных на трейлер.
Вадим извинился перед полицейскими и предупредил тех, что пойдет за своими младшими друзьями. Ему согласно кивнули, на всякий случай спросив, как можно будет связаться, если эксперты закончат работать раньше, чем вернутся сенсы.
– Ну, позвоните по тому же номеру, на который отправляли СМС-ку, или посигнальте. Но не думаю, что мы так уж загуляемся. Да и далеко по любому уходить не будем.
И ушел.
А спустя где-то около часа ответил на телефонный вызов с незнакомого номера.
– Мы нашли кровь, - сдавленным голосом сообщили ему по телефону.
– Она в резервуар для воды была слита...
А к утру уже были составлены и заполнены допросные листы, где было много страшного. Но четко обрисовывающего психическое состояние преступников. "Сверху" поступило распоряжение о полном засекречивании материалов, и к вечеру преступников отправили спецрейсом куда-то.
Так как Вадим был занят в полицейском управлении, а подросткам там было нечем заняться, то этот день мальчишки провели в гостях у семьи Остин, где рос малыш-сенс, прошедший ночью инициацию на Повелителя Зверей. И если первоначально родители маленького Дэвиса еще несколько нервно следили за играми ребят, то уже к обеду они успокоились и совсем расслабились, когда вся троица уснула общей кучей на полу в комнате малыша. Нет, они связались, конечно, с Вадимом, на всякий случай проинформировав того, что его спутники присоединились к послеобденному сну их сына, но услышав в ответ, что в России откуда прибыли мальчишки, вообще-то в этот момент глубокая ночь - расслабленно вздохнули и позже, так как Дэвис все же проснулся спустя пару часов, увели малыша играть в другую комнату.
А вечером, когда в дом Остинов пришел Вадим, выделил и для него спальное место, куда юноша на руках осторожно отнес своих друзей. Но уже ранним утром, все трое сенсов попрощались с омегой и его двумя альфами, вышедшими проводить ребят и перенеслись в Сорочаны, ориентируясь на Алекса...
* * *
В пятницу у меня всего четыре учебных пары и одна - практическая. На первую я не успел - банально проспал, а вот вторую пару уже сидел на своем месте, перелистывая конспекты. Повезло, что за два дня отсутствия, считая среду, когда меня срочно вызвали, по этому предмету занятий ни теоретических, ни практических - не было. Так что можно было лишь немного освежить память.
Меня радостно приветствовали все одногруппники, а счастливый Димка Шрабушенко, оставшийся на посту моего зама после переизбрания старосты (ему просто нравилось таскать журнал посещаемости) грохнул передо мной не только сам журнал, но и приличную стопку очередной бюрократической работы, которую выполняли все старосты - справки, замечания, распределения на дополнительные занятия для отстающих и указания по распределению провинившихся по общественно-полезным работам.
– Ва-адя, а давай мы меня снова переизберем?
– Снова старостой?
– Нет! Я в кружок чир-лидеров записался! Мне уже будет некогда еще и быть твоим замом!
– И кого же ты хочешь предложить на свое место?
– Турсуна Лафити - он вообще ни в каких кружках не участвует и никакой полезной деятельности на благо университета не выполняет!
Я оглянулся на нашего перекаченного представителя таджикской народности, совершенно не соответствующего собственной фамилии. Тот сидел, втянув голову в плечи, и потихоньку старался сползти со скамьи, чтобы скрыться под столом.
– А еще варианты?
Димка задумался и скользнул взглядом по начавшим срочно маскироваться так, чтоб из вообще не было видно ребятам. Хотя, нет, не все. Жозеф с традиционной русской фамилией Иванов (ну, что тут поделаешь, если папочка глубокий поклонник французской культуры?) добровольно поднял руку, вызываясь на освобождающееся место.
– Уверен?
– Угу. У меня двоюродный брат на паре у Валерия Анатольевича сидел в среду.
– А-а-а. Ну, ладно. Только Дима, ты сам сообщишь куратору, о замене руководящего состава нашей группы.
– Договорились!...