Чтение онлайн

Служащие вокзала деликатно и издалека следили за мной, пока я осматривал поезд. Не выдержали только после того, как я по-хозяйски подергал поручень, проверяя его прочность.

— Господин желает экскурсию? — вежливо поинтересовался один из них, подойдя ко мне.

Накрахмаленная строгая форма поблескивала начищенными пуговицами, на руках надеты безукоризненно белые перчатки, усы работника были напомажены и завиты, а немного щербатое лицо идеально выбрито.

Он как нельзя лучше смотрелся рядом с шикарным составом.

— Господин желает забрать свой поезд, — широко улыбнулся я и похлопал по нагретому металлу вагона.

Служащий растерялся. На случай таких ситуаций явно не было инструкций. Мужчина быстро взглянул в сторону жандармов, стоящих у входа в здание, и я поспешил объясниться, пока не возник ненужный скандал:

— Я не шучу, уважаемый. Проводите меня к начальнику вокзала, у него должны быть соответствующие распоряжения и документы.

С управляющим всем этим великолепием мы разобрались быстро. Стоило мне представиться, как всё разрешилось. Он лишь выразил неприкрытое сожаление оттого, что жемчужина коллекции покинет его стены.

Но я пообещал, что «Назар» будет стоять там же, когда не используется. Если мы договоримся о разумной цене за стоянку и удобный доступ для разгрузки.

Начальник оказался человеком деловым и быстро смекнул выгоду и репутационные преимущества. Так что расстались мы оба довольные заключенным соглашением.

К тому же он предложил мне подумать над тем, чтобы использовать пассажирский вагон для экскурсионных поездок. Пассажирам неважно будет направление, зато за возможность прокатиться на этом красавце они готовы неплохо платить.

Мне идея пришлась по душе. Если выбрать подходящую станцию и договориться о создании увеселений и места проживания, то будет доход не только для меня, но и для соседей. А это отлично повлияет на наши отношения.

Пока состав будет добираться до деревни и загружаться, пассажиры могут насладиться карельской природой и душевно отдохнуть.

Перспективный проект, но тут точно нужен был дельный помощник по организации подобного. Мне его уже заметно не хватало.

Обедал я в ближайшем ресторане, заодно проводя переговоры. Дробынин не подвел, его связи хорошо мне послужили. Со мной охотно общались и в итоге мы успешно договорились.

Железнодорожный путь, лежащий через земли Дробынина, был довольно сильно загружен. Так что я изначально рассчитывал на обходной, через соседний уезд. Больше по расстоянию, но быстрее по времени из-за небольшой нагрузки и отсутствию крупных городов.

Несмотря на то, что с купцом мы вроде как договорились, менять план я не собирался.

Поэтому важной целью стал разговор с Салминским наместником, граница уезда которого находилась вблизи Хийденсельги. К моей удаче, он оказался в столице и принял моё приглашение отобедать.

Место я выбрал не из роскошных, зато уютное. Небольшой ресторан на берегу залива неподалеку от Морского вокзала, где и находился по делам мой собеседник.

Основным блюдом тут подавали свежую рыбу, приготовленную на углях, что меня и привлекло в первую очередь. Морской соленый воздух и запеченная рыба — идеальная пара. Тем более когда светит солнце, а по заливу лавируют парусники, ловя капризный ветер.

Иван Алексеевич оказался весьма приятным мужчиной, переваливший шестой десяток, но выглядевший прекрасно. Говорящая фамилия Салминский давала понять, что он сирота и родом из тех мест, чем гордится.

Под сопровождение великолепной трапезой, мы и договорились.

Салминский свою выгоду не упустил, но и условия выставлял достойные. Понравилась ему и идея создания курорта для пассажиров. Возле уездного городка Салми как раз были чудесные острова, словно созданные для подобного.

Ударив по рукам, мы разошлись.

Точнее наместник уехал, а я заказал кофе и позвонил мастеру Овражскому.

Материал привезли без проволочек и Максим Леонидович уже работал над моим заказом. Поделившись восторгом по поводу мрамора, он заверил меня, что не просто поспеет в срок, а справится раньше.

Но мне был нужен ещё один заказ, о чем я ему и сообщил. Вызвал этим немало удивления. Потому что попросил я сделать мне двух небольших драконов. Вот прямо как из женских романов.

Овражский, к его чести, сомневаться в моем выборе не стал. Опустил любые замечания и просто уточнил детали.

Я же хотел создать артефакты взамен гаргульи, которую решил оставить в деревне. К тому же каменные драконы должны были послужить прикрытием дракона теневого. Когда Тимофей вернется и его питомец будет объявляться, то лучшего объяснения чем оживающий камень, и придумать было нельзя.

Конечно, я рассчитывал что парень сумеет справляться с магическим созданием. Но пока научится, лучше подстраховаться.

— Организуем в лучшем виде, ваше сиятельство! — пообещал Овражский. — С этим Митька легко справится, так что я не стану отвлекаться от вашего главного заказа. Вам же тоже срочно?

— Хотелось бы побыстрее, да.

— Ну, значит… — мастер помолчал немного, на заднем фоне что-то зашуршало. — Чудно, как раз материальчик есть подходящий. Завтра будет, Александр Лукич.

— Благодарю!

Всё складывалось так удачно, что я решил закрыть ещё один важный вопрос.

Пока изготавливаются статуи, можно заняться заказом визиря. Благо и посольство было недалеко. Визит туда я откладывать не стал, прогулявшись до османской слободы пешком по набережной.

Восточный базар встретил обычным шумом, криками зазывал и ароматами мириадов специй. Я взял себе несколько симитов, тонких бубликов с маком, и уплетал их, пока шел мимо рядов с разнообразными товарами.

Уважительно кивал котам, вальяжно валяющимся на стопках ковров, среди мешков со снедью, да и просто на подушках, повсюду разложенных для пушистых. Кто из них мог оказаться кутлу-кеди, я не знал. Но казалось, что я вижу огненные всполохи почти в каждых кошачьих глазах.

Дворец высился над слободой узорами белых башен и я постепенно приближался к нему, с интересом разглядывая обитателей и их привычки.

Шум не стихал и в переулках, но тут тон был более дружеский, несмотря на то что местные просто орали друг на друга. Но это на первый взгляд. Но если вслушаться в слова, то просто эмоции зашкаливали, ничем не сдерживаемые и неприкрытые.