Стражи: Gelidus Corde
Шрифт:
Девушки медленно кружили по кругу, словно два загнанных диких зверя. Они оценивали возможности друг друга, искали слабые места. Марисса была немного выше Кетернии, но выглядела слабее: ее тонкие руки и осиная талия не внушали ощущения силы. Я был уверен, что такой вид обманчив. Скорее всего, она умело располагала своими возможностями, поворачивала их в свою пользу. У Кетернии было намного меньше опыта.
Чертовка молниеносно пошла в атаку, создав в своей руке подобие нашей палки с тренировок, только ее оружие покрывал тонкий слой камня, который, скорее всего, утяжелял удары, но и выматывал девушку быстрее, чем обычно. Марисса легко уклонялась от выпадов, приседая или отпрыгивая назад. Она выглядела сосредоточенной, но относительно спокойной. Кетерния забыла обо всех наставлениях Бостона: ее ослепила злость, и она нещадно тратила свои силы на бесполезные атаки.
Я глянул на Себастьяна, внимательно наблюдавшего за сражением. Он, похоже, подсчитывал их шансы на победу.
— У тебя хорошие удары, но слишком частые. Так ты долго не протянешь и проиграешь, — прокомментировала Марисса, когда чертовка отступила назад, чтобы перевести дыхание.
Кетерния криво улыбнулась.
— Спасибо, учту…
Марисса не дослушала саркастичной благодарности и швырнула в девушку пару десятков ледяных кинжалов, которые огненная стражница остановила за секунду до попадания в цель.
«Сосредоточься, ты ведь смогла победить бабушку и Стефана — сможешь победить и ее», — убеждал я сам себя.
Кетерния выпрямилась во весь рост и вновь оценивающе взглянула на Мариссу. Я не сразу понял смену ее настроения, но, вглядевшись в воздух, окружавший противницу чертовки, понял, почему ни один из ударов так и не достиг цели: Марисса создала воздушный щит, блокировавший любую атаку.
«Очень умно, — отметил я, растерявшись. — Кетернии будет трудно его пробить».
Марисса довольно ухмыльнулась, когда поняла, что ее гениальный план был раскрыт, но чертовка, похоже, даже не собиралась сдаваться в ближайшее время. Она демонстративно сжала руку в кулак, а затем резко раскрыла ее — из-под земли вырвались тонкие зеленые побеги, хватавшие Мариссу за запястья и лодыжки, отвлекая ее от настоящей задумки противницы. Кетерния в это время, мгновенно удлинив палку, побежала на Мариссу, которая, испугавшись удара ногой, создала прочный ледяной щит. Она недооценила смекалку огненной стражницы: та, быстро выставив вперед новоиспеченный шест, перемахнула через преграду и оказалась за спиной у противницы, скованной по рукам и ногам. Чертовка со всей силы ударила Мариссу в спину, надеясь, что та упадет на колени, и битва закончится, но девушка устояла, лишь глухо вскрикнув от боли.
«Умно, чертовка, ведь магический щит теряет свои свойства, когда ты попадаешь внутрь него», — я гордился ей.
Марисса резко заморозила удерживающие ее растения и швырнула в Кетернию с десяток водяных шаров, которые та умело ловила палкой, и лишь один попал в цель, разбившись о предплечье. Такие удары не наносили каких-то серьезных повреждений, но отлично тормозили противника: Марисса надеялась восстановить защиту.
«Не дай ей!» — мысленно вскричал я.
Чертовка, будто услышав мои слова, махнула рукой, поднимая песок в воздух, — бежевая буря обрушилась на ледяную стражницу, заставляя ее припасть к земле. Марисса резко расставила руки, разрушив атаку Кетернии ударной воздушной волной. Было видно, как разозлилась британка: ее глаза кидали недобрые молнии, а руки нервно сжимались в кулаки. Этого нельзя было сказать о Кетернии, сохранявшей бесстрастное лицо, редко озаряемое хитрой ухмылкой.
— Дай угадаю, ты занималась фехтованием, — предположила чертовка, ударив противницу по плечу.
Марисса полоснула Кетернию ледяным кинжалом по руке, оставив длинный алый порез.
— Не только, — коротко ответила она.
Огненная стражница зашипела от боли и перехватила оружие обеими руками, наседая на Мариссу, которой тоже пришлось наколдовать посох, трещавший под натиском Кетернии. Первая капля дождя приземлилась в остывший чай Себастьяна. Тот даже не обратил на это никакого внимания, он был абсолютно сосредоточен на битве.
— Знаешь, чем занималась я? — спросила чертовка, вокруг которой загорелись огоньки, готовые в любой момент ударить британку.
Ледяная стражница рассеянно покачала головой, оценила угрозу и создала несколько водяных шаров, чтобы обороняться.
— Чем? — наконец спросила Марисса, понимая, что битва не продолжится, пока не прозвучит этот вопрос.
— Танцами, — Кетерния не удержалась и звонко рассмеялась, поставив Мариссе подножку — она сильно качнулась, грозясь упасть, но устояла на ногах.
— Забавно, — шикнула она. — Что ж, хватит играть.
Британка подняла руки, обрушив на иссушенную солнцем землю тяжелую пелену ливня, в которой только она могла что-то увидеть. Кетерния была безоружна.
— Что там происходит? — внезапно спросил Леруаморо, пытаясь разглядеть стражниц.
Я прислушался: быстрые резкие удары, вскрики от боли, у Кетернии появилась еще одна рана — Марисса проткнула ей плечо одним из своих кинжалов, чертовка обожгла руку противнице, швырнув наугад пару огненных шаров.
— Обмениваются атаками, — ответил я на вопрос Себастьяна.
Юноша кивнул, продолжая бесполезно вглядываться в ливень.
Слева от нас раздался глухой удар тела о камень. Мы оба подскочили, пытаясь понять, кто пострадал.
«Марисса», — заключил я, пытаясь скрыть радость от сил Кетернии.
Кетерния медленно подходила к ледяной стражнице, держа в руках палку; вокруг нее летала огненная цепочка, заставлявшая капли дождя светиться золотом. Мариссу удерживали растения, мешавшие ей сдвинуться с места: она замораживала их, но новые стебли появлялись быстрее, чем она успевала колдовать, ее силы были на исходе. Она походила на бедную загнанную в угол мышь, которую вот-вот должен был убить кот.
— Ты можешь просто упасть на землю сама, — предложила Кетерния, в ее словах чувствовалось самодовольство, слишком сильное напоминавшее Стефана Леруаморо.
— Тогда победа за тобой? — тихо спросила Марисса, ее слова практически утонули в шуме дождя.
— Да, — удивленно ответила Кетерния, весь вызов пропал из ее голоса, осталось только искреннее удивление.
— Нет, — заявила Марисса, сталь чувствовалась в ее голосе.
«Неужели ты думаешь, что сможешь победить?» — с опаской подумал я: она была неизвестным противником: кто знает, какой туз она спрятала в рукаве.
— Тогда прости, но будет больно, — предупредила Кетерния, поднимая руки над головой — все огненные шары взмыли в воздух, собираясь сокрушить безоружную Мариссу.
Казалось, будто все замерло на месте.
— Ты должен ее остановить, — вдруг сказал Себастьян, но его слова были будто не для меня.
Я посмотрел на него. Темные волосы падали на зеленые глаза, выглядевшие болезненно пустыми, его дыхание сбилось, словно это он только что сражался. Он неожиданно рванул вперед, оставляя меня позади. Юноша мгновенно достиг Кетернию, уже сжавшую кулаки, чтобы ее удар был намного сильнее, чем все предыдущие. Себастьян сшиб девушку, они упали в грязь.
Казалось, что все закончилось.
Я беспомощно стоял в стороне, не зная, что мне нужно было сделать. Бежать к Мариссе? Но ведь битва не закончена. Я был готов рвануть к Кетернии…
Дождь замер. Капли крутились в воздухе, переливаясь под бледным светом дня. Я знал, что случится дальше. Я помнил, потому что сам когда-то так делал — останавливал бурю. Сильнейший ураган обрушился на Себастьяна и Кетернию, я видел, как он успел в последний момент прикрыть ее своим телом. Миллионы ледяных иголок вонзались в них, Марисса потеряла контроль, казалось, будто ее энергии не было предела.