Чтение онлайн

«Леонгда мринт, — пробормотала старуха, глядя на Рикона. — Мгубару кнготра…»

В её другой руке оказалась тёмная кружка без ручки, которую она сунула к самым губам Рикона, почти силком заставив сделать два глотка отвратительного пойла. И тут он отключился окончательно…

— …странного. Не видели здесь такой. Новости у нас бывают редко, сам знаешь, только вот Огги — огневик нашего кузнеца — пропал куда-то. Но это тебе вряд ли интересно.

Рикон приоткрыл глаза, попытался отодрать от подушки тяжёлую голову и оглядеться. Кровать, на которой он лежал, раздетый и укрытый до подбородка цветастым одеялом, стояла под окном в узенькой клетушке с приоткрытой дверью. Снаружи было уже совсем светло. Его вещи лежали в изножье, а сапоги, аккуратно вычищенные, примостились рядом на деревянном полу. Разговор за дверью не утихал.

Теперь говорил майстер Гросс:

— Не знаю, как это может быть связано, но что он из себя представляет, этот Огги?

Разговор шёл о Чаре. Рикон мигом избавился от сонного морока и поспешил одеться. Его возня не осталась без внимания, и на пороге, заставив парня вздрогнуть, возникла вчерашняя старуха.

— Ровно к завтраку проснулся. Выходи, не боись, — не слишком внятно проворчала она, улыбнувшись беззубым ртом.

У Рикона слегка закружилась голова — непривычные звуки чужой речи каким-то образом складывались в знакомые слова. Это была магия. Магия, которая не должна была подействовать на Стража!

— Рез? — спросил он, имея в виду: «Как?».

— Не поймешь, не мучайся, — отмахнулась старуха. — Иди, ждут тебя уже.

Майстер Гросс и давешний рыжебородый сидели за столом, заставленном плошками с едой, источавшей такой аромат, что Рикон едва не поперхнулся слюной.

— Проходи, Рикон, не робей. Это — Капир, мой давний друг, — обратился к нему Гросс. Обратился на чужом языке, но лишь первое слово прозвучало для паренька странно, а дальше — он не смог бы ответить, на каком языке говорил майстер.

— Хорошего дня, — поздоровался Рикон. Только по тому, как напряглись горло и язык, он сообразил, что поздоровался на языке жителей Ариса.

Хозяин дома и Гросс переглянулись с удовлетворенным видом.

— Может ещё старая, если захочет, — обронил рыжебородый. — Садись, малец, поешь. Два дня проспать — не шутка. Желудок, небось, к спине прилип?

Удивиться Рикон не успел: острый голод, как и жажда, немедленно дали о себе знать, да с такой силой, что он чуть не застонал. Отложив на некоторое время расспросы, он навалился на еду, попутно выхлебав целый кувшин ароматного травяного настоя. Но даже во время еды мысль о том, что они потеряли целых два дня, не оставляла его. За это время с Чарой могло случиться всё, что угодно! А майстер спокойно сидел за столом и беседы беседовал! Трапезу прервала старуха — она вошла в комнату и многозначительно посмотрела на Гросса, слегка кивнув. Тот сразу же поднялся. Подскочил и Рикон.

— Спасибо тебе, друг. И тебе, мама Арса. — Майстер изящно поклонился обоим.

— Спасибо, — торопливо повторил Рикон, не кланяясь и с опаской глядя на «маму».

Они вышли на улицу, где мирно дремали у двери две лохматые клячки, низенькие, в аляповатых бурых пятнах на плохо чищенной шерсти. Одного взгляда на грубые седла Рикону было достаточно, чтобы понять — пешая прогулка была бы не самым плохим вариантом… Но его спутник с невозмутимым видом взобрался на спину ближайшей лошади, и Рикон, вздохнув, сделал то же самое.

Его подозрения оправдались — седло было жёстким и неудобным, но, судя по всему, эти несчастные животные неспособны к быстрым аллюрам, решил он.

Лошади затопали по разноразмерным булыжникам узеньких кривых улиц. Майстер держался чуть впереди, словно давая понять, что здесь не место для разговора. Им навстречу попадались прохожие, самые обычные на вид простолюдины. Рикону даже пришлось пару раз напомнить себе, что все они — маги, даже двое мальчишек, беззаботно бросавших камешки в пригретую солнцем стену. Принять это оказалось даже сложнее, чем то, что он теперь прекрасно понимал обрывки их разговоров.

Они выехали из городка по широкой, в две колеи, мощёной дороге. Их обогнал дребезжавший на всю округу тарантас, запряжённый крупной гнедой парой. Дорога шла вверх. Рикон оглянулся: Прощальный Лог, раскинувшийся в долинке, шум далёких Водопадов — всё это шаг за шагом отодвигалось назад, в прошлое. Они направлялись в ближайший город, где можно было нанять верховых птиц, чтобы лететь на юг, туда, где Крю оставил девушку. Впереди его ждала неизвестность и всё возраставшая тревога за Чару.

Великие Маги Ариса

— Великий Маг!

Минот Крейс развернулся на осторожный оклик всем своим могучим, несколько огрузневшим с годами телом. Испуганный паренёк-посланник побледнел. Снежно-белые, в благородной седине, брови его повелителя вопросительно шевельнулись, и мальчишка, дёрнув кадыком в судорожном глотке, заговорил:

— Арнегос не обнаружил ничего подозрительного, Великий Маг. Во всех пределах ваших земель жизнь следует неизменному порядку. В Переходе Резаной горы остановлены две попытки проникновения с нашей стороны. Остановлены Псами, Стражей никто не побеспокоил. В прибрежных водах утонуло судно, слабая магия не смогла справиться с сильным штормом. Рыбаки… От Понега и остальных пока ничего нет. — Мальчишка замолчал.

— Отправляйся к Арнегосу, передай, пусть остаётся настороже. Что-то происходит. Что-то странное. Я хочу знать, что именно.

Великий Маг вяло взмахнул рукой, отпуская посланника. Тот вздрогнул под словом молчания. Теперь услышанное он мог передать только тому, кому оно предназначено.

Минот снова обернулся в высокому окну. Панорама, раскинувшаяся внизу и заканчивающаяся далеко-далеко у горизонта, не принесла обычного умиротворения, не помогла разогнать тяжёлые мысли.

Сила Крейс шла на убыль. И если поначалу его тревожило только беспричинное нарушение равновесия, то теперь он готов был признаться в том, что испытывает страх. Сила убывала и у Дома Фресс. Он чувствовал это так же хорошо, как, должно быть, и сам Рего. На протяжении нескольких поколений соперничавшие Дома не вступали в непосредственный контакт друг с другом. Это, конечно, не значит, что они были изолированы. Границы Земель не несли разделительных функций, будучи скорее информирующей гранью, за которой менялись законы и устои. Да и менялись они не слишком сильно, надо признать. Потрясение, вызванное катастрофой двухсотлетней давности, было так велико, что до сих пор удерживало оба Дома от резких движений.

Минот отступил от окна. В углу зашевелилась громадная тень, и его Пёс по имени Шорр, потягиваясь, поднялся на все четыре лапы. Обманчиво худой, он подошёл к хозяину и, совсем немного приподняв огромную башку, заглянул Магу в лицо, ожидая приказа. Прозрачные жёлтые глаза отразили сразу двух Минотов в овальных зрачках, по одному в каждом. Великий Маг положил крупную ладонь на загривок Пса, сжав жёсткую шерсть гривы в кулак, и потрепал своего охранника. Жёлтые глаза заволокло пеленой удовольствия. Пасть приоткрылась, и вместе с хриплым дыханием из неё вывалился длинный язык. Мелькнули зубы, длинные и пожелтевшие от возраста. Псу шёл двадцатый год, и он был, мягко говоря, не молод.