Чтение онлайн

— У тебя тут как-то мрачно все,— произнесла она, когда я уже начала засыпать, обняв обеими руками подушку.

— А что ты хотела – сейчас же ночь,— откликнулась я сонным голосом, даже глаза не открыв.

— Нет, не в том смысле мрачно,— возразила мне страж,— я про окружающие все здесь эмоции – они по большей части, только негативные. Лишь некоторые предметы имеют положительную энергетику. Видимо, воспоминания у тебя не очень светлые.

— Всякие,— отозвалась я коротко, не желая сейчас распространяться на эту тему,— как и у всех.

— Нет, не как у всех,— возразила Элафия, рассматривая мой шкаф с книгами,— у моего предыдущего подопечного было намного лучше.

— Рада за него. Наверное, поэтому ты так быстро ушла от него, а со мной тебе возиться и возиться…

— Это ты верно заметила. И пока ты будешь спать, я подумаю, как решить этот вопрос.

Я лишь фыркнула, вновь утыкаясь в подушку. Мне почему-то казалось, что воплощать в жизнь свою задумку она начнет очень нескоро….

Утром, вопреки моему ожиданию, открыв глаза, я увидела Элафию перед собой – она с усмешкой смотрела на меня тем презрительным взглядом, от которого мне становилось не по себе.

— Наконец, проснулась,— произнесла она,— как же вы, люди, долго спите.

— А вам, стражам, сон не нужен?— спросила я деревянным ото сна голосом, выбираясь из-под одеяла.

— Нет, мы бодрствуем постоянно,— отозвалась страж, зависая под потолком,— оттого и имеем возможность расти духовно.

— Не заметила, что ты выросла духовно. Может, только твоя вредность увеличилась.

— А ты и не сможешь это заметить,— отозвалась Элафия свысока,— это ведь внутренние изменения.

— Да не особо и хотелось – себя вполне хватает,— фыркнула я,— только странно, что ты, как вчера, не ушла.

— Изучала твое прошлое,— отозвалась Элафия, ввергнув меня в изумление,— во время сна ты расслабленна и я могу увидеть любое твое воспоминание. Теперь я знаю о тебе даже то, что ты не знаешь.

— Как мило,— буркнула я мрачно,— и зачем это тебе?

— Теперь я буду знать, как именно воздействовать на тебя и в каком направлении начинать твое духовное совершенствование. Но еще мне интересно, что у тебя с этим мальчиком получится.

— С Лешей, что ли?— переспросила я в недоумении,— да ничего не получится. Врагами, наверное, уже не будем, но и другом своим я его не вижу.

— А я чувствую, что это вполне возможно, и даже более того,— улыбнулась Элафия,— так что собирайся в школу скорее.

Я лишь презрительно фыркнула – до урока оставалось еще порядочно времени, и особо спешить мне смысла не имело. Поэтому я в обычном темпе поела и оделась, стараясь не обращать внимания на назойливое жужжание стража.

— Ты этого не знаешь, но именно я помогла тебе вчера, в противоборстве с тем мальчиком,— говорила она самодовольно, когда я уже шла по осенней улице, освещенной недавно взошедшим солнцем,— я подсказывала тебе на подсознательном уровне способы выхода из той ситуации, и один из них ты использовала.

— На подсознательном?— переспросила я недоумевающе, упустив из виду нахальность стража,— это как?

— Ты это не осознаешь, но можешь почувствовать,— объяснила страж,— так что я уже помогла тебе совершенствоваться духовно, и не собираюсь останавливаться на этом.

— Спасибо, но я сама справлюсь,— заявила я решительно, забыв, что говорить вслух – необязательно,— мне от тебя ничего не нужно.

— Ну-ну,— протянула Элафия с усмешкой,— посмотрим, будешь ли ты говорить так и дальше.

Я оставила это замечание без комментария, и путь до школы мы проделали в молчании.

Уже на середине первого урока я выкинула слова стража из головы – это сделать было очень легко, так как Элафия в очередной раз куда-то улетучилась. А вторым у нас была алгебра, и в конце урока учительница огласила наши оценки за самостоятельную. У меня, как всегда в таких случаях, ускоренно забилось сердце, замирая и, словно бы покрываясь льдом на каждой паузе перед очередной фамилией. Услышав свою и сразу после – Лешину фамилию, я вся напряглась, но учительница не стала меня долго томить, сказав:

— Вам, за совместную работу, я ставлю одну оценку на двоих. Сами сможете разделить 4 на 2?

Я потупилась, ясно почувствовав, как щеки мои пылают.

— Остается надеяться, что впредь вы будете думать каждый своей головой. Иначе двойка для вас обоих станет постоянной отметкой.

Я ощутила жгучий комок обиды где-то в горле, попыталась сдержать слезы…. Но, как всегда, безуспешно – они неудержимо текли, капая с носа на тетрадь и оставляя на ней водяные кляксы. За эту плаксивость я ненавидела себя всегда – обычным укором, плохой оценкой меня очень легко можно было довести до слез. Вот и теперь я очень хотела, но не могла остановиться, и, услышав спасительную трель звонка, поспешно выскочила из класса.

Успокаивалась я чуть ли не всю перемену – даже после того, как я умылась, слезы продолжали течь. Кое-как я отвлеклась, и, забрав свои вещи из кабинета, направилась на литературу.

Никто из моих одноклассников ничего не заметил и ничего у меня не спрашивал, к моей радости. Даже Леша, что теперь и не смотрел на меня.

«Еще бы – разревелась, как девчонка ясельная,— подумала я, пытаясь сосредоточиться на материале, который объясняла учительница,— и из-за чего – пустяка какого-то».

Эти мысли едва не вызвали у меня слезы вновь, поэтому я запретила себе думать на эту тему дальше, уделив все внимание уроку…

…— Не против, если мы вместе пойдем?— услышала я неожиданно голос Леши.

Уроки уже закончились, и я направлялась домой, когда меня нагнал мой сосед по парте. Пожав плечами, я продолжила путь вместе с Лешей, припоминая, что он живет в соседнем с моим доме.

— Ты… прости, что так подставил,— выдавил он из себя минут через пять, избегая смотреть мне в глаза,— я ж не знал, что Раиса тебе двойку влепит…. Мне-то не привыкать…

Он замялся, бросив на меня быстрый взгляд – не сержусь ли я? А я, поняв, что он с алгебры терзался чувством вины, испытала к нему что-то вроде симпатии.

— Проехали,— замяла я тему раскаяния,— считай, что мы оба виноваты.

Леша удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал. А я, в порыве добрых чувств подумав о его плачевном состоянии по алгебре, внезапно предложила, толком не думая:

— А хочешь, я с тобой позанимаюсь? Тогда и списывать не придется.

— Не надо,— хмуро откликнулся Леша, глубоко засунув руки в карманы джинсов,— только время потеряешь, а научить ничему не сможешь. Если мать меня не научила, то тебе-то где? Одно слово – дубина я….