Чтение онлайн

Она кивнула, и большой тролль отправился за ним. Вустра был ее личным секретарем и хранителем писаний друидов. Когда ей хотелось узнать что–то об истории Четырех Земель, она сначала обращалась к нему. Ожидая его, Хайбер покончила с едой, ощущая как постепенно возвращаются силы и удовлетворенность. Она почти дочитала оставшуюся часть дневника, когда, наконец, явился Вустра, выглядя немного диковато.

— Госпожа, я не знал, что вы проснулись. — Худой и согбенный, он весил, наверное, не больше, чем намокший шерстяной походный плащ. Из его огромных ушей торчали волосы, доходившие до самой шеи. У него был заостренный кверху подбородок, а нос, наоборот, кривился вниз. Вид у него был весьма странноватый, однако его память была поразительной, а профессионализм безупречным. — С вами все в порядке? Вы выглядите озабоченной. Вам нужна помощь? Вы должны сразу же рассказать мне!

Таков был Вустра, немного властолюбивый, но всегда готовый помочь.

— Я хочу знать, встречалось ли тебе в наших бумагах и книгах имя Алеи Омаросиан.

Вустра принял задумчивую позу, направив свой взгляд куда–то вдаль через ближайшее окно. Он покачал головой:

— Не припоминаю это имя.

— Может тебе стоит еще раз просмотреть, вдруг отыщется какое–нибудь упоминание? Поищи, также, ссылки на Эльфийские камни. Любые Эльфийские камни, не только на синие. Не торопись. Сделай все тщательно.

— Госпожа! — Он выпрямился во весь свой рост, почти сравнявшись с плечом Афенглу. — Разве я когда–либо исполнял свою работу иначе!

С немного оскорбленным видом он развернулся и покинул комнату, даже не обернувшись.

— Очень обидчивый, не так ли? — произнесла Хайбер, обращаясь, в основном, к себе.

Она вернулась к чтению дневника, закончив спустя короткое время, и откинулась на спинку своего кресла.

— Я думаю, что все это так и было, Афен.

Афенглу облегченно улыбнулась:

— Я рада. Но что нам с этим делать? Плейзия права. Дневник не дает нам ни малейшего намека, где можно отыскать пропавшие Эльфийские камни. Этот юноша дарклинг мог забрать их в свой родной город, однако с такой же легкостью мог отнести их куда–либо еще. Если Вустре не удастся найти упоминания в наших писаниях, касающиеся Эльфийских камней, в прошлые времена, то нам неоткуда начать поиск. Наверное, мне стоит вернуться и еще раз пересмотреть эльфийские хроники, на этот раз искать упоминания об Алее.

— Возможно. — Хайбер на мгновение задумалась. — Но я не хочу подвергать тебя снова риску нападения.

— Я не боюсь.

Хайбер непроизвольно улыбнулась:

— Я знаю. Ты храбрее даже Бомбакса и в два раза смелее меня.

Афенглу покраснела:

— Сомневаюсь. Вы, должно быть, думаете о Плейзии.

— Плейзии? — Она оставила при себе первые слова, пришедшие ей на ум. Лучше держать свои мысли нераскрытыми. — Посиди здесь, пока я немного разомнусь, Афен. От этого сна друидов у меня все занемело и болит.

Она встала и прошла в дальний конец комнаты, выглянув из окна в наступающую ночь. Уже почти совсем стемнело, небо стало темно–синим, на севере появились первые звезды, тени легли на парапеты и башни крепости. Крошечными огоньками вспыхивали на стенах факелы, а вдалеке на горизонте кроваво–красные отсветы заката боролись с накатывающей ночной чернотой. До ее слуха долетели звуки ночных птиц и тихое позвякивание ветровых колокольчиков.

Что же ей делать?

Игнорировать дневник было немыслимо. Она должна выяснить, существовали ли до сих пор потерянные Эльфийские камни, и если да, то где их можно отыскать. Она должна заполучить их для ордена друидов прежде, чем они окажутся в руках тех, кто сможет воспользоваться ими ненадлежащим образом. Эльфийские камни обладали огромной силой, и если она давно уже вернула поисковые камни, полагая при этом, что эльфы позаботятся о них и будут с умом их использовать, то она сохранила Черный Эльфийский камень — самый мощный из всех и единственный кроме поисковых эльфинит, который был обнаружен, — считая, что будет лучше всего, если его магия будет находиться в руках друидов.

Именно так она считала о всей магии.

Это не означало, что другие народы не обладали здравым смыслом и ясным мышлением. И дело состояло не в том, что друиды обладали особым пониманием или лучшим суждением, хотя она считала, что так оно и есть. Разница заключалась в более глубокой и широкой преданности тому образу жизни, который уважает то, что может делать магия и как с ней нужно обходиться. Только друиды посвятили этому свою жизнь. Только друиды понимали и уважали ту силу, которую предлагала магия, как с хорошей стороны, так и с плохой. Только друиды бесконечно изучали то, чему учит история об ошибках и злоупотреблениях, на которые обрекли себя многие до них.

Отречение от магии любого рода среди политических кругов или даже среди любой из рас, населяющих Четыре Земли, вне зависимости от обещаний или выраженных чувств, рушило всеобщее соотношение сил, и она не станет частью этого.

Все, кто знали о пропавших Эльфийских камнях, как целые народы, так и отдельные их представители, искали их с момента исчезновения во времена Волшебного мира. Но никто их не нашел. Даже ни единого следа. Ни одного написанного слова. Ни одного незначительного намека. Ничего.

Что же заставило ее думать, что на этот раз все будет иначе?

Она вернулась к Афенглу и встала перед ней.

— Вы знаете, что делать? — тихо спросила Афен.

Хайбер Элессдил покачала головой:

— Но я знаю, у кого спросить.

Этой ночью Хайбер почти не спала, прокручивая в голове различные варианты и планы по их осуществлению. Она в одиночестве бродила по залам крепости, думая о пропавших Эльфийских камнях и о том, как их находка поможет друидам в их стараниях привести народы к мирному сосуществованию. Они так долго находились в состоянии войны — более пятидесяти лет продолжалась битва на Преккендорране. Если магия Эльфийских камней сможет каким–то образом послужить средством сдерживания таких войн или даже сможет удержать народы от подстрекательства к таким конфликтам, она бы добилась того, чего никогда не удавалось ни одному Ард Рис прежде.

Какое–то время ее согревала эта идея, но потом сомнения в надежности дневника охладили ее пыл.

Один раз она наткнулась на Плейзию, сидящую в одиночестве за небольшим столом, однако Плейзия не заметила ее и Хайбер повернула в другую сторону, чтобы не нарушать свое уединение. Этой ночью она не хотела общаться с другими. Эта ночь была отдана размышлениям о том, что ей делать завтра.

На рассвете после того, как дала распоряжения Гарронеку о необходимых приготовлениях, она вымылась, переоделась, позавтракала в одиночестве, а потом позвала друидов собраться во дворе, на котором размещались воздушные корабли. Вустра тоже присутствовал там, беспокойный и чувствующий себя не в своей тарелке, но желающий узнать, что она намеревалась сделать. Гарронек загрузил припасы и запасные диапсоновые кристаллы на «Вендавэй» и трудился с двумя своими стражниками над прикреплением радианных тяг к световым парусам от их соединений на ограждении до парсионных труб. Корабль уже натянул якорные канаты в ответ на энергию, бегущую по этим линиям и надувающую паруса.

— Молодежь, — обратилась она к своим последователям, друзьям и коллегам друидам, после того, как они приблизились. — Тщательно все обдумав, я решила, что мне нужен совет тех, кто знает больше, чем я, тех, кто имеет доступ к тайнам, сокрытым от меня. Я отправляюсь к Хейдисхорну, чтобы поговорить с духами мертвых. Может быть, один из старейших друидов знает немного больше, чем мы, и согласится побеседовать со мной.

— Такой контакт опасен, госпожа, — сразу же сказала Сирша. — Вы никогда этого не делали, и нет никого, кто бы вас научил, как это сделать.