Чтение онлайн

“Нет, – подумала Ка’ашра, – Мнемен замечателен потому, что мы сделали его таким. Это мы заставили Вселенную вращаться вокруг него”.

Ка’ашра встала с кресла, и полы ее свободного одеяния плавно заколыхались, когда она направилась к высокому окну, встроенному в стену ее рабочего кабинета. Этот “фонарь” был одной из ее “маленьких гордостей”, как она их называла, обошедшихся ей весьма недешево. А чтобы получить разрешение у Э’то-риса Первого, или Тарга из Гандри, на установку фонаря, ей пришлось выдержать настоящее сражение. Для этого потребовалось ужать несколько офисов ее отдела, каждый из которых имел свои основания для возражений. Во-первых, у них были собственные проекты реконструкции помещений; во-вторых, что это, скажите на милость, за причина для их ужатия – Ка’ашра хочет иметь хороший вид из окна! Она задобрила одних, припугнула других, очень хорошо зная, с кем и что нужно сделать. Теперь у Ка’ашры было это окно – символ ее власти для тех, кто попадал в кабинет.

Гравитационное поле заканчивалось на пороге окна: она потребовала от установщиков добиться этого эффекта. Машинально она поплотнее запахнула на себе одежду, ступив в невесомость прозрачного фонаря, и улыбнулась тому, что принадлежало ей.

Внизу висел далекий шар Мнемена, огромный и неподвижный. Повернувшись, она с обеих сторон увидела головокружительный изгиб Кольца Жизни – колоссального сооружения почти с милю в высоту и сужающегося до тончайшей линии в далекой перспективе. Кольцо Жизни было одним из семнадцати чудес Галактики. Оно было создано жителями Мнемена IV таким образом, что образовывало полный круг на высоте, равной диаметру стационарной орбиты планеты. Поскольку его период вращения совпадал с периодом вращения Мнемена, это обеспечивало тысячелетнее зависание Кольца над поверхностью планеты. Между Кольцом Жизни и планетой перемещались лифты – сложные, невероятных размеров, специально сконструированные кабины. Жители и гости могли бродить по роскошным садам Мнемена, наблюдая дикую природу, а затем вернуться на Кольцо – работать, отдыхать, жить.

Природа была в самом цвету – на этот период с планеты эвакуировались все разумные существа. “Идеальное состояние, – подумала Ка’ашра. – Люди и гуманоиды всегда стремятся к собственному порядку, как они его понимают, и контролю над всем живым. Дай нам кривую линию, и мы обязательно постараемся ее выпрямить”.

Природа не такова, природа хаотична, не приемлет прямые линии и окружности, кажущиеся людям столь привлекательными. Тем не менее природа и человек здесь, на Мнемене, научились сосуществовать мирно. Именно поэтому, помимо других причин, Ка’ашра всегда воспринимала это место как родной дом.

Существовало еще двадцать миллиардов людей, называвших Кольцо Жизни своим домом и пришедших сюда ради единой цели – это был Центр “Омнета”.

“Омнет” означал информацию, величайший источник всевозможных сведений для всех известных обитаемых звездных систем. “Омнет” торговал данными так же, как некоторые империи торговали полезными ископаемыми или произведенными товарами. Его основные подразделения – Вестис и Либре – имели доступ в каждую главную империю Галактики и свои представительства во всех второстепенных. Вестис и Либре – две руки, работающие слаженно, благодаря которым “Омнет” стал самой могущественной силой среди всех без исключения межзвездных организаций.

Огромный поток информации, поступавший с нескольких миллиардов планет, Либре, или просеиватели, как они часто себя называли, тщательно сортировали, проверяли, собирали, накапливали, сравнивали, выбраковывали и передавали на следующий уровень. На следующем уровне Атис Либре происходило то же самое. И так далее, и так далее. “Сигналы великого галактического хаоса начинают проясняться, лишь когда собираются здесь, – с гордостью подумала Ка’ашра. – В “Омнете” выясняется все, что может нарушить равновесие галактических сил”.

Затем возможные ситуации на основе достоверных фактов просчитывались с помощью консультаций с Оракулами. Правда, Ка’ашре никогда не доводилось с ними разговаривать. Она лишь знала, что Оракулы находятся где-то под поверхностью Мнемена IV. Это место они выбрали несколько столетий тому назад.

Обычно для укрепления своего влияния “Омнету” было достаточно предоставить информацию какой-либо из партий. Сам же он оставался как бы сторонним наблюдателем и полученные сведения представлял настолько беспристрастно, насколько это возможно.

Но только лишь получения информации было недостаточно. Требовалось озвучить сведения, в этом случае зачастую нужна была твердая рука. Тогда в действие вступала Вестис Инквизиция. Ее агенты имели почти неограниченную власть, являясь послами, советниками, представителями, экспертами, судьями или палачами. То, чего им не давали добытые знания, дополняли Оракулы, насыщая мозг отдельных Вестис информацией, необходимой для выполнения той или иной миссии. Потом Оракулы лишали их этих особых знаний, заменяя на те, что требовались для выполнения следующей задачи. А когда истина скрывалась в хаосе и обмане и не желала выплывать на поверхность, Вестис добывали ее всеми доступными средствами.

При этой мысли лицо Ка’ашры сделалось серьезным. “На этот раз придется копать гораздо глубже. Если мы не доберемся до истины, то этот маленький красивый офис может запросто превратиться в нечто похожее на клетку”.

Внутри Ка’ашры прозвучал знакомый голос:

– Вестис Ка’ашра, пожалуйста, извините за вторжение.

– Да, Валлен, – произнесла Ка’ашра с ноткой нетерпения. – В чем дело?

– Ты просила меня сообщить, когда прибудет “Бришан”. Он только что прошел звездный контроль. Ка’ашра поспешно вернулась в кабинет.

– Валлен, свяжись с диспетчерами прибытия и попроси их направить корабль в гавани Вестис, это ближе всего к отделу сетевого вещания. Потом сообщи мне, в какой гавани они остановились.

– Так и сделаю, Вестис Ка’ашра. Вестис Ка’ашра, Э’торис Тарг снова запрашивает статус вашего сетевого вещания. Говорит, что сообщение сильно просрочено и что он хотел бы знать, когда можно будет поставить его в программу.

Ка’ашра улыбнулась.

– Надеюсь, ты была с ним вежлива, Валлен?

– Кали сказала мне, что резкий тон вряд ли будет эффективен.

– Кали? Это искусственный интеллект Тарга, не так ли?

– Да, Вестис Ка’ашра.

– Пожалуйста, передай Кали следующее: я настаиваю, чтобы ты, мой искусственный интеллект, передавала мои послания в точности так, как я их диктую. Не желаю, чтобы мой искусственный интеллект ни сглаживал, ни редактировал мои слова. Да, еще, Валлен!

– Да, Вестис Ка’ашра?

– Ка’ашра. Ты обычно называла меня просто Ка’ашра!

– Да, но Кали сообщила мне вот что: из протокола “Омнета” следует, что все искусственные интеллекты…

– Валлен, я хочу, чтобы ты перестала общаться с искусственным интеллектом Тарга. Она дурно на тебя влияет.

– Хорошо, Ка’ашра. Контроль прибытия только что сообщил, что “Бришан” вошел в гавань Вестис номер семь двадцать девять.

– Благодарю, Валлен! – крикнула Ка’ашра, бросаясь к дверям, которые при ее приближении беззвучно растворились.

– Да, Валлен! Свяжись напрямую с Таргом, минуя его искусственный интеллект, и скажи ему, что я буду у него в офисе через час. Скажи также, что он больше не будет пребывать во мраке… используй именно эти слова… “он больше не будет пребывать во мраке”. Поняла?