Чтение онлайн

– Вам уже лучше мадемуазель? – поднял брови он. – Как ваш жар? – он подошел к Рите, в секунду пощупал пульс, потрогал лоб, оттянул веки глаз. – Отлично, отлично. Уже и здоровый румянец… Если бы все мои пациенты так живо исцелялись. Сержант Крувье, – он обернулся к полицейскому, – не утомляйте вопросами эту прекрасную молодую девушку, два дня в бреду это вам не шутки… А вы сядьте, мадемуазель Фурнье, у вас слабость, и выпейте воды… Здесь душновато. – Заботливо обо всем распорядившись, доктор вышел.

– Итак, мадемуазель Эмилия Фурнье, – протянул полицейский, будто уже в имени было что-то подозрительное.

– Что все-таки произошло? – не выдержала Рита.

– Полчаса назад один из служащих нашел вашего слугу, – сказал замдиректор, присев на краешек стола.

– Когда вы в последний раз видели Жана Блонде? – грозно спросил сержант Крувье.

– Я не знаю, вы же слышали доктора, я была в бреду и даже не смогу сказать, кто мне давал лекарства Жан или мать Тереза. Так что с ним произошло, он упился вусмерть? Или на него тоже напали?

– Напали, только последствия более скверные, – проговорил сержант, продолжая изучающе глядеть на Риту.

– Его серьезно покусали? – нахмурилась Рита.

– Более чем серьезно, – сказал замдиректор. – У Жана Блонде перегрызено горло.

Рита вздрогнула. Перед ее взором встала розовая икра, в которую она с радостью вгрызалась. Но ведь это был всего лишь сон.

– Нападение собаки? – проговорила Рита, в горле её вдруг пересохло.

Замдиректор развел руками.

– Её до сих пор ищут, – сказал он, – но думаю, что не найдут, так как никто её не видел.

– Значит человек? – спросила еще тише Рита.

– Навряд ли, – сказал сержант, – у несчастного следы зубов на задней части правой ляжки, будто за ним гналось животное. Блонде успел перехватить рану платком, прячась в чуланчике, но это животное, нашло его там, вырвало дверную ручку с замком и перегрызло ему горло.

У Риты холодок пробежал по спине. Неужели нога, в которую она вгрызалась во сне, была ногой Жана? Но с чего бы ей грызть людей? Она же не собака, не волк… У Риты закружилась голова, она вдруг подумала, что пару дней назад какая-то тварь вгрызлась ей в плечо. Может это бешенство? Абсурдный ход ее мыслей прервал сержант.

– Сначала напали на вас, – сказал он. – Теперь убили вашего слугу Жана Блонде. Что-то здесь явно не так. И вы должны помочь нам разобраться.

– Боюсь, я не знаю чем смогу вам помочь, – ответила Рита. Она с нетерпением хотела вернуться в свой номер, чтобы проверить сумасшедшую идею, вдруг посетившую ее.

К счастью сержант не стал ее задерживать надолго, задал Рите еще несколько вопросов и отпустил ее.

Рита даже забыла, что собиралась завтракать и вернулась к себе. Там она по-новому взглянула на царивший бардак.

Потом подошла к зеркалу, расстегнула платье, стянула рукав и аккуратно начала разматывать перебинтованную руку. К своему удивлению она увидела лишь четыре тонких розовых рубца на плече. Неужели доктор мог счесть ужасной рану ту, что затянулась так легко за два дня словно порез?! Рита выкинула окровавленные бинты и, раздумывая над случившимся, машинально стала прибираться в номере.

Подбирая с полу подушки, или точнее то, что от них осталось, она увидела на боку деревянной кровати свежие процарапанные полосы, словно собака точила об нее когти. «Это могла оставить собака предыдущих постояльцев, – успокоила себя неважным враньем Рита». Она стала выравнивать простынь и увидела, что она порвана в нескольких местах. Легкий холодок пробежал по ее спине. Рита не хотела вытаскивать на свет пугающую догадку, но слишком многое говорило в её пользу. Словно идя по следу, она стала рассматривать прикроватную тумбочку, потом ковер, расправила его загнутый край и вдруг увидела кусочек серой грубой ткани, которая была на половину пропитана кровью. Оторванный, окровавленный клок из брючины Жана. Рита пошатнулась в ужасе. «Это не был сон, я была каким-то зверем, и я убила человека!» Рита кинула улику в горящий камин и задумалась.

Она сейчас находилась в другом мире, где наверняка жили страшные существа. Вот и в газете было про убийство на кладбище. Может дворецкий все и отрицал, но кто знает, может чудовища существуют на самом деле. Кровожадные вампиры, превращающиеся в летучих мышей, злобные черные маги, вервольфы – люди, превращающиеся в волков, да мало ли кто еще! Но могло ли такое произойти с ней?!

Рита внимательно оглядела свои ногти и зубы, и пусть они принадлежали не Рите Ивановой, а Эмилии Фурнье, но они были обыкновенными, человеческими. Легче было представить, что этой ночью она сошла с ума и убила Жана, чем думать, что она стала кем-то вроде вервольфа.

Администрация гостиницы как ни пыталась скрыть убийство Жана Блонде, но уже к обеду в холле крутились двое репортеров.

Рите, точнее Эмилии Фурнье, полиция разрешила вернуться в Парис, перед этим пообещав вскоре навестить ее там, чтобы задать несколько вопросов.

В поезде Рита лихорадочно думала, могут ли полицейские вычислить, что горло Жана перегрызено было именно ее зубами, и вообще на что способна эта древняя полиция.

5

В столице на вокзале Рита взяла фиакр и поехала сразу же в особняк Дюпарков. Она подумала, что лучше она расскажет хозяину или хотя бы дворецкому, что произошло с их слугой, чем это сделает бесчувственная полиция, да и Рита чувствовала себя виноватой за случившееся. К тому же, наверное, Жан служил у них давно и может дворецкий был привязан к нему, как к другу.

Но когда Рита вошла в дом, дворецкий, даже дверь не успев закрыть, сразу же сказал:

– Сюда только что наведывалась полиция. То, что случилось с Жаном просто ужасно! – дворецкий скорбно помолчал, а потом как-то задумчиво добавил: – Утешает лишь то, что я не платил Жану жалование последние пару месяцев.

Приоритеты дворецкого немного удивили Риту, но она промолчала.

– Ну, а как вы? – продолжил дворецкий. – Этот остолоп полицейский ничего толком не объяснил, просто сказал, что и на вас напали. Вы целы?

– Да, как видите, – ответила Рита.

– А может у вас украли что-нибудь? Часы, бумажник…

– Нет, – пожал плечами Рита.

– Ну, хоть это радует.

«На фоне убийства человека, вряд ли что-то может показаться радостным», – подумала Рита, а вслух сказала:

– Бедные родственники Жана. Еще надо будет сообщить им. Если конечно это не сделала полиция.

– Жан был сирота. Впрочем, как и я. То есть, в моем возрасте, оно и понятно, но я имею в виду ни жены, ни детей ни у него, ни у меня нет. Такова политика месье Дюпарка.

– А как же он сам? – с интересом спросила Рита.

– Одинок ли? – спросил дворецкий и тут же ответил: – Да.

– В его-то возрасте? – продолжила допытываться Рита, хотевшая хоть что-то узнать о своем нанимателе.

– Во-первых, – строго сказал дворецкий, – возраст для мужчины не помеха в делах женитьбы, а во-вторых, я не так давно служу месье Дюпарку, чтобы утверждать, что у него в прошлом не было жены, а значит, нет и детей. Месье предпочитает молчаливых и нелюбопытных слуг, – подчеркнул особо дворецкий.