Чтение онлайн

Мост оказался совсем не таким как Стрелок ожидал. Толстые железобетонные плиты на таких же прочных опорах. Казалось, он пришёл из прежних времён, какой-нибудь мост провинциальной грунтовой дороги, пересекающей реку. А главное, он выглядел как новенький. Конечно, бетонная крошка осыпалась, но не настолько чтобы можно было решить о его довоенном происхождении, - кислотные дожди "зимы" превратили бы мост в обглоданный скелет. Стрелок определил его возраст в пять - восемь лет.

Выезд перекрывал шлагбаум из толстой водопроводной трубы, в крошечной будочке мирно дремал охранник, положив автомат на колени. Это было бы непростительной беспечностью, если бы не трое его коллег в засаде. Два человека расположились за небольшим бугорком и, кажется, играли в карты, а рядом с одним из них приминал высокую траву РПГ-29. "Вампира" бы с лихвой хватило, чтобы пробить БРДМ-5 насквозь. Третий находился в отдалении, и в отличие от других, наблюдал за мостом через оптику. Стрелок вышел из лесу прямо к игрокам, помахал пустыми руками снайперу, уже направившему винтовку на него. Один поднял голову, сперва в глазах мелькнула тревога, но потом он расслабился, вспомнив, что его прикрывают. Сказал что-то второму, тот обернулся, взял в руки автомат. - Я не собираюсь нападать. Можете не беспокоиться. - Ты один?
– мужчина был гораздо младше Стрелка, но власть добавляла в его голос дерзости. - Да. - Как звать? - Стрелок, - он не собирался нарываться, ведь эти парни охраняют Александрию, а он там хочет побывать. - А настоящее имя? - Это и есть настоящее. Я уже двадцать лет как Стрелок. Этот ещё хотел что-то сказать, но слово взял более старший по возрасту и, вероятно, по званию. - Ты собираешься переходить мост?
– с некоторой надеждой во взгляде и голосе спросил он. - Нет, я в Александрию иду. - Куда?
– в один голос выдохнули стражи, младший с интересом, старший с недоумением. - В Александрию...
– голос Стрелка потерял уверенность, а в голове что-то щёлкнуло. - А где это?
– задал глупейший вопрос младший. А старший раскрыв рот смотрел на Стрелка и чего-то ждал. - Как, разве вы не её охраняете?..
– он уже понял, что говорит какие-то глупости, но отступать было поздно. Лучше уж быть дураком, чем полудурком. Старший охранник заржал так, что проснулся тот, что сидел в будке. Младший неуверенно подхватил, он хотел казаться умнее, чем был на самом деле. - Кто тебе такое сказал?
– давясь смехом поинтересовался старший. - Лодочник, выше по течению в дне пути. Он ещё Хароном назвался. - Кем, кем?
– человек захлёбывался, не мог внятно говорить.
– Совсем крыша у старикана поехала... Стрелку захотелось вернуться к переправе и собственными руками задушить Харона, почувствовать как ослабеет дыхание, услышать как влажно хрустнет щитовидка (она должна быть у него увеличена - только больше веселья). Но он не собирался тратить двое суток на такую мелкую месть. - Знаешь как он нам представился? Духом. Я, говорит, дух отрицанья, дух сомненья...
– он опять засмеялся.
– Видел в доме траву сушёную?
– Стрелок кивнул.
– Думаешь лечебная? Чёрта с два! Он её курит, а потом он - дух, Харон, хоть сам Господь Бог.

Стрелок чувствовал себя полным идиотом, комедиантом, дающим представление перед благодарной публикой. - А как город называется?
– спросил он упавшим голосом. - Белов, - младший решился снова заговорить. - А кто его основал?
– Стрелок решил-таки проверить всё. - Белов Александр Николаевич. Надо же! В словах старика было немного правды. - Ну так я пойду?
– конечно же ему хотелось скорее убраться от насмехающихся взглядов. - Постой, подожди. Может ещё чего прикольного расскажешь? - Ай!
– Стрелок раздражённо махнул рукой и поплёлся по пыльной дороге. За спиной опять послышался смех. Когда он прошёл мимо снайпера, тот поднялся и побежал к остальным, чтобы тоже поглумиться над бродячим простаком. Скоро их смена закончиться и охранники вернуться в город. К завтрашнему полудню все жители узнают, какой клоун их посетил. Естественно, Стрелок был зол. Его ужасно раздражало выпавшая ему по милости полоумного старика роль. Но куда больше его тревожили следы сгоревшей резины восьми колёс на плите моста. Межосевое расстояние и ширина колеи, насколько он мог судить, соответствовали таковым параметрам пятой генерации Боевых Разведывательно-Дозорных Машин...

Город произвёл на Стрелка впечатление. Только в далёком нереальном детстве он видел такие большие города. Даже крупнейшие из поселений на месте убежищ, которые довелось повидать ему, не шли в сравнение с Беловым. Большинство зданий было из бетона, только небольшие домики на окраине - деревянные. Попадались строения высотой в два, в три этажа, в окнах - стекло. Люди осматривали Стрелка без привычного ему страха в глазах, их охраняли. Для картины идеального городка не хватало, разве что, заасфальтированных улиц. Стрелок шёл по главной улице, вглядываясь в вывески. На домах даже были номера и название улицы, было так и написано: "Главная". Наконец он нашел что искал, и вошёл в распахнутые двери заведения "Постоялый двор три дороги". Казалось странным, что находящееся в самом центре города заведение называется постоялым двором. Но, войдя внутрь, Стрелок убедился в верности вывески. Публика была ещё та! Один валялся прямо под дверью в луже собственной блевотины. Два стола в самом углу обширного помещения занимали игроки в карты, оттуда то и дело доносились разочарованные и гневные выкрики. Остальные столики пустовали по случаю раннего времени, а за стойкой методично напивались трое. По другую сторону полированной перегородки не спеша передвигался бармен, лениво подливая клиентам. - Мне нужна комната на день-два. - Шесть монет, - такой же ленивый и неповоротливый голос. Странно, но наличию денежной системы Стрелок уже не удивился. Раз уж город поддерживает маленькую армию, то деньги становились не такой уж диковинкой. - А на обмен? - Нет, только монеты. - И где же я могу продать снаряжение, или купить что-нибудь? - Лучше всего на рынке. Но базарный день был вчера. Придётся ждать неделю... он помолчал, окинул усталым взглядом полупустой зал.
– Остаётся лавка старого Рамштейна, но он обдерёт тебя как липку...

Спустя четверть часа Стрелок уже стоял в душной, заваленной разнообразным хламом, комнате магазинчика. Моисей Рамштейн, старый еврей, некогда работавший в ломбарде одного провинциального городишки, под конец жизни стал большим человеком, владельцем единственного магазина в крупном городе, может быть самом крупном в мире. Его, безуспешно борющиеся с артритом, пальцы барабанили по оранжевой пластмассе аптечки. Нечасто к нему попадали такие редкие и ценные вещи, и он намеревался извлечь из этого случая максимальную выгоду. - Пятьдесят монет, - Моисей привёл лицо к самому доверительному выражению. Глаза Стрелка округлились, брови поползли вверх. - Ну уж нет, старик! Лучше я неделю буду спать на улице, и продам её на рынке по справедливой цене. - Восемьдесят, - Рамштейн погрустнел. - Двести, и не монетой меньше. Только не говори, что ты спишь на ящике таких аптечек, и подтираешь зад стерильными бинтами...

На обратном пути к постоялому двору Стрелку попалась вывеска врача - две перекрещенные доски, выкрашенные в красный цвет. Он решил зайти, потому как палец его беспокоил всё больше - опухоль спадать и не думала, и он практически потерял чувствительность. Доктор осмотрел многострадальный перст, присвистнул и бодренько так заявил: - Вам крупно повезло, молодой человек. Ещё пара деньков - и прощай пальчик. Стрелок сглотнул. Он живо представил, к чему это могло привести. Если бы он лишился указательного пальца правой руки, пальца спускающего курок, то вряд ли смог бы выполнить миссию, и тогда уж прощай сердечко. Врач сделал надрез, выдавил весь гной, промыл рану, обработал её какой-то мазью. Его помощник наложил повязку. - Доктор, а вы делаете операции?
– у Стрелка возникла робкая надежда. - Какие операции?
– он разглядывал повязку. - Ну, на сердце. - Молодой человек, скажите, я похож на сумасшедшего?
– врач поднял глаза, и в них промелькнула тоска. - Немного... Он улыбнулся. - А вот вы похожи на законченного психа...

Стрелок вернулся в заведение уже к вечеру, рассчитался с хозяином и поднялся в комнату. По привычке тщательно почистив одежду и обувь, он определил в легкодоступные места вещи и оружие, упал в мягкие объятия постели. Под уставшим телом хрустнули металлические пружины. Стрелку начинало всё больше здесь нравиться, он даже подумывал остаться в Белове после того, как закончит все дела с Генералом. В этом городе текла вполне нормальная жизнь, жили люди с которыми хочется общаться, работали учреждения, было даже правительство и армия, ходили деньги. Здесь было то, чего уже давно не имело большинство людей - общество. Мысли кружились в голове, цеплялись одна за другую, порождали новые. Их было так много и они были такими непривычными, что Стрелку хотелось подольше их удержать, придти к какому-то решению. Но он не смог этого сделать - он заснул...

7. Белов

Стрелок был в прекрасном настроении. Ещё бы, ведь этой ночью его не посещали сны. Однако это самое настроение серьёзно пострадало от косых взглядов и плохо скрываемых улыбок утренних посетителей "трёх дорог". Одна компания особенно откровенно пялилась на него и громко смеялась над словами своего заводилы - того самого младшего охранника моста. Он сидел за столиком и поглощал завтрак: жареное мясо и картошку. Знакомый голос, зазвучавший из-за спины, был глумливее - теперь он знал над чем смеётся и увереннее - рядом с ним стояло двое, готовых за него постоять, дружков. - Эй, Стрелок, расскажи анекдот. Стрелок молча пережёвывал пищу, думая над тем, к чему может привести начатый разговор. - Стрелок, ты слышишь меня? Мы хотим услышать ещё что-нибудь смешное, - было удивительным, насколько мало он ценил свою жизнь и здоровье. - Когда я ем - я глух и нем. Из-за спины ударил взрыв хохота, другие посетители заулыбались, пряча ухмылки в тарелках с едой, в стаканах со спиртным. Только бармен хмуро покачал головой, он знал, что сейчас может произойти. - Ну ты мастак! Таких юмористов я ещё не встречал... Это было уже слишком. Тонкая нить терпения порвалась с металлическим звоном. Спустя секунду, Стрелок держал наглеца за волосы, а столовый нож, которым он только что кромсал кусок мяса, щупал пульс сонной артерии. Парень закатывал глаза, пытаясь взглянуть в лицо Стрелка, а губы шевелились как у попавшей на сушу рыбы. Он хотел что-то сказать, но не мог. Стрелок начал всерьёз опасаться, что охранник обмочит штаны. - Сядьте на место, - бросил он дружкам несчастного, наблюдающим за происходящим широко раскрытыми глазами.
– А ты запомни: если я ещё раз увижу на твоём лице улыбку, то она останется с тобой на всю жизнь. Понял? - Оставь в покое этого идиота и заканчивай с завтраком, - мужчина, застывший на пороге, был в отлично пригнанной форме, а правая ладонь лежала на кобуре. Тебя хочет видеть Белов.

Здание правительства возвышалось над домами центра, так же как те - над хибарами окраин. Четыре этажа красного кирпича, крепкие двери, на которые не пожалели коричневой краски, в окнах - безупречное по качеству стекло, обилие необязательных декоративных элементов. Над входом бился на ветру флаг - белый орёл на красном поле, зажавший в когтях чёрную звезду. Внутри обстановка соответствовала всему остальному - отполированный деревянный пол, штукатурка на стенах, побелка на потолке. Миловидная секретарша проводила их заинтересованным взглядом, хмурый человек у самых дверей кабинета был более любопытен. У Стрелка изъяли пистолет и нож и посоветовали вести себя прилично. По сравнению с кабинетом Генерала, этот производил впечатление приёмной какой-нибудь небольшой конторы. Хотя людям, никогда не видевшим городов, он должен был внушать уважение. Сам же Белов выглядел как раз так, как Стрелок и представлял: лет пятьдесят, вполне обычное лицо, цепкий взгляд, наполовину седые волосы зачёсаны назад, подчёркивая высокий лоб. - Здравствуй, Стрелок. Можешь звать меня Белов, - он открыто улыбнулся, указал на стул.
– Присаживайся. - Ты чего-то от меня хотел? - Хм, не считаешь нужным терять время на любезности? - Именно. Твои люди были не очень-то гостеприимны. Белов поморщился, ударил пальцами по крышке стола. - Ладно... Меня интересует, где ты раздобыл такое снаряжение. - Ничем не могу помочь. - Ты ставишь меня в очень сложное положение, - он почесал переносицу. Понимаешь, мне очень нужно знать места, где можно найти высокотехнологичные вещицы. И мне кажется, что выбора у тебя нет. Снова речь зашла о возможностях выбора, во второй раз за последние две недели. Что-то уж слишком часто ему начали угрожать, и заверять, что никуда не деться. Стрелка не мог не позабавить подобный поворот событий, и он улыбнулся. - Дежа-вю... - Что-что? - Выбор есть всегда, - повторился Стрелок.
– Даже если охранник за моей спиной достанет пистолет и разрядит всю обойму мне в затылок, твои шансы выжить близки к нулю. Знаешь что это?
– он вытащил из нагрудного кармана баллончик двухсантиметрового диаметра и десятисантиметровой длины. Белов покачал головой. Сзади скрипнул зубами телохранитель, ругая себя за слишком мягкую проверку. - Это ёмкость с нервно-паралитическим газом, который отечественные военные называли очень длинным словом, а его изобретатели, американцы, гораздо лаконичнее - VX. И стоит мне вырвать вот это колечко, как все мы умрём спустя какую-нибудь минуту. Такую же судьбу разделит любой вошедший в кабинет без противогаза в течение двух - трёх дней...
– Стрелок продел палец в кольцо.
– Что ты теперь скажешь о выборе, Белов? - Я скажу, что ты меня обыграл, Стрелок, - местный начальник не казался напуганным, просто разочарованным. - Вот и славно... Может поговорим о твоём славном городе, о том, как ты смог отгрохать такое внушительное поселение, где набрал нужных тебе людей, чем обеспечены деньги?
– у Стрелка поднялось настроение. - Это что допрос?
– Белов сделался чернее тучи. - Отнюдь, - а Стрелок веселился от души.
– Я просто хочу услышать обычную историю для туристов. - Шутник да?.. Ладно, начну с последнего. Деньги ничем не обеспечены, разве что моим авторитетом. У нас тут средневековая денежно-товарная система, так что монеты ценятся немногим больше, чем металл, из которого они сделаны. - А я-то думал - у тебя золотой запас... - Перестань паясничать. - Это мы мигом. Так как же тебе удалось отстроить этот мегаполис в разорённом послевоенном мире? - Поработал головой, потом руками. Вот и вышло. - Заводик кирпичный соорудил, затем цементный. Да? - Зачем спрашиваешь, если и так знаешь? Стрелок удивился, что смог так точно угадать. Хотя, как ещё можно было возвести этот город? - А как насчёт людей? Где ты, к примеру, врача раздобыл или такого колоритного торговца? - Все они самые обычные люди. Мося в ломбарде когда-то работал, а Вадик был ветеринаром, - Белов улыбнулся что-то вспоминая. - Надо же... - Вот что я тебе скажу. После Судного Дня люди поделились на две группы: первых война сломала, они не перенесли потрясения, наплевали на всё и стали медленно подыхать на куче своих же экскрементов; а вторые наоборот почувствовали в себе силы, получили шанс стать теми, кем не могли стать в прежнем мире. В этом городе все такие. И Вадим Рожкин, не поступивший когда-то в медицинский институт и попавший в ветеринарное училище, и Моисей Рамштейн, некогда помощник ростовщика, теперь ставший видным торговцем, да что там - богатейшим человеком в городе. - Олигарх местного значения. - Что-то вроде... Кстати, я и тебя, Стрелок, отношу ко второй группе. - И что?
– он не знал как на это заявление реагировать, как на комплимент или как на насмешку. - И, признаюсь, я хочу видеть тебя гражданином Возрождённой России. Стрелок опешил. Только что ему угрожали пытками, а теперь готовы принять с распростёртыми объятиями, приласкать и утешить. Не кнут - так пряник. - Подумай хорошенько. У нас тут и здравоохранение, и торговля, и Силы Правопорядка, и, наконец, питейные заведения. В общем, тихий райский уголок, Белов откинулся на спинку кресла и казался вполне удовлетворённым. - Вот этого я и боюсь. Я не из тех, кто способен жить в раю. Таких как я через некоторое время изгоняют из эдемских садов в бесплодную пустыню. Лучше уж не давать пищу надеждам. - И всё-таки, Стрелок? Мне очень нужны такие люди как ты. - Нет. - Что ж, как знаешь...
– Белов неплохо владел собой, и никак не показал, что ответ Стрелка его расстроил.
– Долго собираешься пробыть в городе? - До завтра. Ах да, ещё вопрос напоследок. Что означает твой флаг? - Флаг?
– "президент" картинно приподнял бровь.
– Ну, красный фон - это земля. Почему не коричневый? Извини конечно, но уж больно на дерьмо похоже... "А Земля и так на дерьмо похожа, на огромный круглый кусок дерьма, который крутится вокруг Солнца, а на нём копошатся черви" - подумал Стрелок. Это было его твёрдое убеждение, которое сложилось почти двадцать лет назад, когда он как тот самый червяк выполз на поверхность из своей норы. - Белый орёл символизирует светлое будущее, в которое мы летим, гордо расправив крылья, а чёрная звезда - тёмное прошлое, на которое неизбежно приходится опираться. - А почему орёл не двуглавый, какой и был в России? - Это выглядело бы как намёк на радиационную неблагополучность. Знаешь, в одной близлежащей деревеньке есть стадо двухголовых коров, причём они абсолютно исправно пасутся и дают молоко. Так что, может прикажешь мне поместить на флаг двуглавую бурёнку? - А что? Неплохая идея. Чёрная корова будет символизировать тёмное прошлое, а белая доярка - светлое будущее, которое доит это прошлое, - Стрелок гордо приподнял голову, а Белов засмеялся. Стрелок уже встал, собираясь уходить, но всё же задал вопрос: - Белов, кем ты был до войны? Врач был ветеринаром, торговец - помощником ростовщика. А ты? - Студентом. Всего лишь ужасно ленивым, и неуспевающим студентом.

Стрелок вышел из здания, бережно вернул в нагрудный карман баллончик с газом, посмеиваясь в мыслях над всеми этими Силами Правопорядка и самим Беловым. В баллоне действительно был газ, но не грозный нервно-паралитический VX, а банальный кислород, предназначенный для работы противогаза в замкнутом режиме. Чеку от гранаты он прикрепил к металлическому цилиндру ранним утром, когда продумывал своё возможное прикрытие. Стрелок блефовал так нагло, что ни "президент", ни его "гвардия" не усомнились во лжи ни на секунду. Он полной грудью втянул свежий, наполненный спасительным кислородом, воздух, в очередной раз удивляясь собственной изобретательности, и встретился взглядом с человеком, спешащим попасть в здание правительства. Это был "четвёртый"...

8. "Четвёртый"

Сказать, что Стрелок тогда удивился, значит ничего не сказать. Он просто застыл на ступеньках, глядя круглыми глазами в знакомое лицо. А парень шёл к нему навстречу, не подозревая, что перед ним убийца семнадцати его однояйцевых близнецов. "Четвёртый" приблизился к Стрелку, взглянул на него озабоченно и поинтересовался: - С вами всё в порядке? Вы плохо выглядите. - Мне нужно с тобой поговорить...
– выдавил из себя Стрелок через секунду, очень долгую секунду. - Извините, но я спешу. Мне необходимо переговорить с Беловым, и это займёт как минимум час, - он был настолько вежлив, что у Стрелка не возникло сомнений по поводу его ненормальности. Он действовал не задумываясь. Рука проделала экскурсию к кобуре, и дульный срез пистолета уткнулся в грудь "четвёртого". Стрелок наклонился и прошептал ему на ухо: - Белов подождёт, а вот я очень нетерпелив. Отойдём в сторонку. Я настаиваю. Если вздумаешь кричать или сбежать, вместо сердца в твоей груди будет красоваться отверстие с кулак величиной, - ствол сильнее надавил на ткань рубашки.
– Пошли. Парень сдался мгновенно, как только почувствовал угрозу жизни. Это было совсем не похоже на тех солдат, что буквально сами шли на его пули. Они прошли в парк за главным городским строением, присели на скамейку. Стрелок упаковал пистолет обратно в кожу кобуры, но предупредил "четвёртого", чтоб тот не питал иллюзий - полсекунды хватит ему на то, чтобы выхватить оружие и отправить беднягу на встречу с предками, которых у него не было. - Ты из какой группы? Как давно Ливанов тебя послал? Почему ты остался здесь, а не выполнил задание?
– Стрелок не страдал от отсутствия любопытства, и вывалил на "четвёртого" сразу все вопросы, что смогли придти на ум. На лице человека отразилось страдание. Он опустил голову, обхватил её руками, издал нечленораздельный стон. - Сколько можно?
– голос, пробивающийся сквозь плотно сжатые пальцы, казалось, был пропитан слезами.
– Я же вам говорил, что ничего не помню. Сто раз говорил... Стрелку вспомнились те мыльные оперы, что крутили в убежище - там персонажи частенько теряли память. Специалисты предполагали, что они пойдут на пользу, смогут заменить реальную жизнь. Ничего подобного! Эти сериалы нравились лишь тем, кто окончательно потерял связь с реальным миром, тем, кто жил в мире собственных грёз, в просторных особняках под жарким солнцем центральной Америки.

– О чём ты?
– Стрелок не понимал, говорит ли он правду, или же умело водит его за нос. - Разве полугода, что я провёл в ваших застенках, было не достаточно, чтобы убедиться в том, что я не лгу? Разве Рожкин не объяснил вам, что это был какой-то психологический барьер, "предохранитель", стёрший память, когда я попал в плен?
– парень поднял красные измученные глаза, взглянул в лицо Стрелка снизу вверх. Стрелок моментально представил как всё происходило. Броневик подъезжает к мосту, командир видит перекрытый путь и приказывает открыть огонь. Граната "вампира" попадает в башню, командир и наводчик погибают, автоматика глушит реактор. В живых остаётся только водитель, который получает амнезию, как только понимает что сопротивление бесполезно. Его полгода держат за решёткой, подвергая жестоким допросам, а потом, узнав о правдивости ответов, принимают в своё общество. В качестве компенсации за причинённый ущерб... - Что вы ещё от меня хотите? - Прости, кажется, я ошибся, - Стрелок поднялся со скамейки.
– Только знаешь, не рассказывай никому об этом разговоре, - он застегнул кобуру.
– Ты ещё молод, у тебя вся жизнь впереди.