Чтение онлайн

Немного поворочавшись, Вадим заснул. Хотя сном это назвать было нельзя. Закрывая глаза, он проваливался в бездну болезненных сновидений с какими-то кошмарами, которые потом не мог вспомнить. Проснулся словно от толчка. Было подозрительно тихо. Сначала Вадим решил, что боевики просто одновременно замолчали. Но постепенно понял, что это не так. За несколько проведенных в заточении дней он заметил за собой странную особенность. Бандиты могли шуметь, спорить, греметь оружием, но он при этом их не слышал. Вадим попросту перестал реагировать на эти звуки. Едва оказавшись в своем закутке, он сразу устраивался поудобнее и дремал. Но как только что-то менялось в поведении боевиков, тут же просыпался. Поводом могло послужить упоминание его имени, повышенный тон Казима, затянувшаяся пауза в разговоре. Эти сигналы шли на уровне подкорки, что помогало хотя бы в малой степени контролировать ситуацию и степень угрозы.

Вадим поймал себя на мысли, что сегодня его распорядок до малейших подробностей повторяет предыдущие дни. Работы хватало. Кроме того, что с утра он выносил ведро, были и другие обязанности. Он поливал в блиндаже водой пол и подметал, перетряхивал одеяла, заготавливал дрова и сносил их в расположенный неподалеку овраг. Вчера его использовали в качестве верблюда. Как выяснилось, в нескольких километрах бандиты оставляли машины. На них привезли мешки с продуктами и боеприпасы. Он в два захода перенес их. Причем чеченцы без опасения показали ему, как пройти между растяжками и не подорваться. Это было как нельзя кстати. Теперь он изнутри изучил во всех деталях быт и распорядок боевиков. Незаметно для себя стал понимать некоторые фразы. Следы побоев быстро проходили, и он воспрял духом. Постепенно Вадиму даже позволили благоустроить свое, с позволения сказать, жилье. Возвращаясь после работы, он обязательно прихватывал с собой охапку веток или снимал куртку и набивал ее сухими листьями.

Сегодня привычный ритм был нарушен. «Неужели уже ночь?» – удивился Вадим, однако с ходу отверг эту мысль. Тогда бы тесное пространство блиндажа сотрясал храп и сопенье бандитов. Многие во сне вскрикивали и ворочались, словно видели Страшный суд. Да и проспать столько он не в состоянии.

Послышались шаги и стихли у дверцы.

– Эй, русский, – позвал кто-то. В тот же момент подпорка упала и его конуру перерезала бледная полоса света от керосиновой лампы. В образовавшемся проеме появилась рука. На ней лежала лепешка и пучок зелени.

– Возьми.

– Спасибо. – Вадим схватил лепешку. – А воды можно?

Вадим наклонился вперед и увидел часть блиндажа. Он был пуст.

– Обойдешься, – ответил бандит и снова закрыл дверцу.

Сердце учащенно забилось. Значит, боевики ушли и вернутся не скоро!

Он стал есть. Губы уже почти зажили и не так болели. Он быстро разделался с лепешкой, встал на четвереньки и стал поочередно заглядывать в щели. Вскоре ему удалось разглядеть, что в блиндаже осталось всего два боевика. Один лежал на нарах. Нельзя было понять, спал он или нет, лицо было в тени. Второй сидел за столом. Вадим разглядел кружки и казан. Посуда была не убрана. Значит, поведут ее мыть. Это шанс!

Он сел у стены и стал лихорадочно перебирать в голове варианты своего побега. Вадим понял, что второй бандит все-таки спит, а тот, что за столом, не хочет его будить. Но как только он проснется, Вадима выведут. Наверняка заставят подметать пол. Когда рискнуть лучше всего? От волнения у него затряслись руки. Еще бы. Ведь если побег сорвется, ему не поздоровится. Конечно, до прихода Казима убивать не станут, но наверняка переломают все кости. Да и второй раз убежать уже возможности точно не будет. Бандиты всучат ему лопату и заставят самому себе вырыть зиндан. Могут просто держать связанным либо покалечить ноги. Им ничего не стоит срезать кожу на пятках. Тогда беги. Разве что на четвереньках. Но здесь и босиком без ног остаться можно. С другой стороны, чем дольше он в плену, тем слабее становится. Ему отдают только объедки. Кроме того, неизвестно, когда еще бандиты снова уйдут из своего лежбища.

Поразмыслив и перебрав несколько вариантов, Вадим остановился на том, что больше шансов у него будет убежать не на улице, когда его сопровождают сразу двое вооруженных бандитов, а здесь. Они расслаблены. Автоматы в стороне.

Последний раз взвесив все «за» и «против», он сдвинул в сторону тряпье и ветки, на которых лежал, и ощупал под ними грунт. Выковыряв несколько мелких камешков, он, наконец, нашел кромку большого обломка гранита и стал осторожно ее выкапывать. Когда камень можно было уже ухватить рукой, расшатал его и вытащил. Как раз то, что надо. Острый, и держать удобно. Теперь осталось набрать в другую руку пригоршню песка.

Через пару минут он встал на колени и снова посмотрел в щель. Один бандит продолжал сидеть за столом, тупо глядя перед собой. Второй лежал. Вадим стукнул костяшками пальцев по куску железа.

– В туалет можно?

Бандит нехотя встал, взял в правую руку автомат и подошел к дверце. Это был Адам, худой, длинный чеченец с козлиной бородкой. Вадим напрягся. Главное – бить сразу и наповал. На кон поставлено самое дорогое – жизнь. Едва дверца открылась, он вышел на четвереньках и, распрямляясь, метнул левой рукой в глаза бандиту песок. Тот охнул и отпрянул. В следующий момент Вадим со всей силы врезал ему камнем по голове. Раздался звук, словно разломили арбуз. В нос ударил запах крови. Краем глаза он заметил, как лежавший на нарах бандит слетел на пол. Вадим метнул в него камень и схватил выпавший на пол из рук длинного автомат.

– Суки! – вырвавшийся из легких воздух, казалось, порвет голосовые связки.

Он вскинул ствол, снял с предохранителя, передернул затворную раму и надавил на спуск.

Треск автоматной очереди оглушил. Бандит метался под нарами словно большая серая крыса и кричал. В себя Вадим пришел от наступившей тишины. Он присел и обшарил карманы Адама. Кроме мелочовки ничего. Лейтенант подбежал к стене, на которой висела пара утепленных курток и разгрузочный жилет, заменил магазин. Немного подумал, схватил «разгрузку» и надел на себя. Огляделся и бросился к выходу. В проходе перешел на шаг. Он испугался, что сверху для охраны может находиться еще один боевик, который наверняка слышал стрельбу. Что, если сейчас он попросту стоит в паре шагов от лаза, направив на него ствол? Вадим остановился, прислушался. Что делать? Может, затаиться? Тогда тот, кто наверху, может решить, что в результате потасовки все погибли, и спустится. Точно! Вадим сел на корточки, весь превратившись в слух. Но сердце так сильно стучало, что ему было трудно услышать шорох. Оставалось полагаться на зрение. Он направил ствол автомата вверх и замер. Прошла минута, другая. Никто не спускался.

Вадим одним махом вскочил на бруствер, развернулся вокруг своей оси, но никого не обнаружил. Сделав несколько шагов, встал. Он вспомнил, бандиты заминировали подходы. Даже когда его вели сюда, обходили умело замаскированные растяжки. На тропинке к ручью тоже был «сюрприз». Его он видел и сегодня. Вадим пошел медленнее. Сделав буквально пару шагов, наткнулся на проволоку. Сначала хотел перешагнуть, но неожиданно передумал. Снять гранату «Ф-1» не представляло труда. Через несколько минут он установил ее в проходе к схрону.

Снова оказавшись наверху, Вадим решил идти к оврагу, в котором накануне разгружал машины. Он не надеялся снова увидеть там легковушки. Наверняка на них уехали боевики. Вадим помнил, что рядом с оврагом проходил проселок, и решил узнать, куда он выходит. Так или иначе, лейтенант собирался вернуться сюда в самое ближайшее время, и уже не один, а со своими разведчиками. В предвкушении скорой расправы с Казимом он прибавил шаг. Как и предполагал, ни «Нивы», ни «УАЗа» в овраге не оказалось. Однако оставленные растяжки и аккуратно сложенная маскировочная сетка говорили о том, что рано или поздно боевики намерены сюда вернуться.

Он вышел на проселок и направился на запад. Вскоре стало ясно, что именно в этом направлении уехали и боевики. Он почти сразу наткнулся на пересохшую лужу, в которой отчетливо отпечатались протекторы обеих машин. Несмотря на слабость, Вадим шел довольно быстро. По его расчетам наступил полдень, когда он увидел впереди дорогу. Пошел осторожнее. Когда до выезда оставалось совсем немного, услышал гул приближающейся машины и свернул в орешник. За деревьями промелькнул грузовик. Следом за ним проехала «Газель». Он размышлял, как быть дальше. Выйти и остановить машину? Опасно. Мало ли кто в ней окажется? Чеченцы почти всегда ездят по нескольку человек. Остановятся, а потом разоружат. Что он сможет сделать, если на него навалятся в салоне? Автомат в таком случае бесполезен. Но и идти пешком рискованно.