Чтение онлайн

— Что вы, разуваться не нужно!

— Ну уж нет! — гость огляделся. — У вас так чисто!.. А это — вам! — он протянул гладиолусы хозяйке. — Еще раз поздравляю с днём рождения!

— Какие красивые и крупные, просто чудо!

«Ох и глаза! Сияют! Кажется, я пропал!..» — мелькнуло в его голове.

— Вы, Евгений, проходите, пожалуйста, в гостиную и располагайтесь. А я только поставлю цветы в вазу, хорошо?..

Он прошёл в стандартную для всех домов советской постройки восемнадцатиметровую комнату. Посередине стоял накрытый белоснежной скатертью стол, на нём — два прибора. Выстроились друг за дружкой какие-то красиво оформленные закуски. В центре — бутылки шампанского и пятизвёздочного коньяка.

Гость сел в кресло, стоявшее поодаль. Вскоре появилась Катя и поставила на стол цветы, выглядевшие теперь в вазе причудливой формы ещё более красивыми.

— Как здорово, что вы согласились скрасить мне сегодняшний вечер, Евгений! Вы устроили мне настоящий праздник!

— Ой, да чего уж, называйте меня просто Женей, так как-то проще и по-дружески!

— Пожалуй, если так вам приятнее. Проходите, пожалуйста, к столу. Садитесь вот сюда. Удобно?..

— Знаете… а можно я буду называть вас Катенькой?.. Так вот, Катенька, это я должен был бы ухаживать за такой неотразимой дамой, пододвигать вам стул и прочее, а вы нынче — королева бала! Не беспокойтесь обо мне. Я сегодня в роли вашего кавалера и, если позволите, буду создавать имениннице праздничное настроение.

На Кате было красивое вишнёвых оттенков, плотно облегающее изящную фигуру платье с довольно глубоким вырезом, в котором была видна соблазнительная грудь. Всё это гость заметил мгновенно и перевёл взгляд на бутылки.

— Катенька, что вы предпочитаете пить? Шампанское? Или, может быть, коньяк?

— Наверное, всё-таки, шампанское, не то опьянею, и кто же тогда подаст вам горячее? — весело ответила хозяйка.

Евгений налил в её фужер шампанское, а себе коньяку.

— Что же? — торжественно начал он, — Славлю день, в который тридцать шесть лет назад на свет появилась такая прелестная женщина! Благодарю судьбу, что она свела меня с вами. Ещё я мысленно благодарю вашу сестру, что она уехала отдыхать, благодаря чему… я сегодня у вас в гостях. За знакомство!

— Спасибо! — они чокнулись и выпили, и Катерина принялась наполнять тарелку гостя.

— Катенька, расскажите немного о себе. Почему вы, такая чудесная и замечательная, к тому же, прекрасная кулинарка, не нашли никого лучшего для компании, чем я, немолодой, случайно встреченный вами «собачник»?..

— Ну, что вы, Женя! Не надо на себя наговаривать! Какой же вы немолодой? Сколько вам лет?.. Позвольте-ка, я угадаю? Вам лет… сорок пять-сорок семь, так ведь? И вы вчера почему-то сразу вызвали моё расположение. От вас просто веет положительностью и добротой! … Женя, а давайте я музыку включу, тихонько как фон? — Катерина встала, включила старенький магнитофон. Полилась песня. Затем предложила наполнить рюмки ещё раз.

— Я тоже хочу сказать ответный тост. За вас, Женя! Я всей душой рада нашему знакомству.

Магнитофон вдруг запел: «Ох, эти чёрные глаза меня пленили. Их позабыть никак нельзя — они горят передо мной….»

— За ваши чёрные глаза, за вас Катюша!.. А давайте потанцуем?

И они танцевали… Одна мелодия сменяла другую, а они всё не могли расцепить рук… Пьянила близость тел, запах духов, воздух плыл перед глазами, и от малейшего прикосновения, казалось, рассыпались по комнате сверкающие искры.

— Ну, что? Давайте продолжим наш ужин? А, Женя? А то горячее на плите остывает. Гостя танцами, как и соловья баснями, не кормят. — Она с улыбкой усадила Женю за стол. — Я вас на минутку оставлю. — Катя удалилась в кухню.

Евгений был слегка взволнован столь романтической атмосферой. Всё складывалось, как нельзя лучше. А он ещё сомневался, когда шёл к её дому, что, скорее всего, напрасно размечтался о чувственном вечере, ведь они еще так мало знакомы! Но теперь он видел, что нравится ей. Он ощущал её каждой клеткой во время танца, видел, что она так же, как и он, взволнована и смущена.

Вошла хозяйка, неся на овальном блюде зажаренную с яблоками утку, источавшую сказочный аромат. Следом за Катей семенила Ладка, унюхавшая запах и надеющаяся, что ей тоже обломится. Она улеглась подле сидящей за столом Кати и стала смотреть на неё неотрывным вожделенным взглядом, периодически хлопая хозяйку по ноге лапой, как бы напоминая, «дай и мне кусочек!» Гость рассмеялся:

— Собаки, как дети! Я бы не утерпел, если бы меня Ральф вот так просил.

— А вот у нас сейчас образуются косточки, тогда и Ладке что-то достанется. Вы, Женя, я вижу, уже наполнили наши рюмки. Тогда скажите тост.

— С днём рождения, прекрасная моя волшебница! Вы действительно обладаете чарами, заставляя меня волноваться! Давно я не испытывал ничего подобного! Так пусть никогда не кончается этот вечер!

Катя слушала его, опустив ресницы, а когда вновь подняла их, её глаза казались бездонными — столько в них было нерастраченной ласки. Они опустошили рюмки. Утка оказалась превосходной. Женя принялся развлекать Катерину шутками, вспоминал более-менее приличные анекдоты. Они смеялись. Потом произнесли тост «За любовь!» и, чокнувшись, опять смеялись…

— Катенька, если вы не возражаете, давайте ещё потанцуем? — Зазвучала медленная мелодия, Женя обнял Катю за талию и, не сводя с неё глаз, прижал её к себе.

— Кажется, мы с вами немного опьянели, Женя… — улыбнулась Катя и подняла своё лицо, взглянув Жене в глаза.

— Да уж… опьянеешь тут… внезапно севшим голосом, почти шёпотом, произнёс её гость и страстно припал к её жарким губам.

Оба зажглись моментально. Он стал осыпать её лицо, шею быстрыми поцелуями, потом приник к груди, вздымавшейся в трепетном волнении. Закрыв в наслаждении глаза, она вся отдалась этому чудесному мгновению, мысленно моля его продлиться как можно дольше… О, Евгений умеет ласкать женщин! Они с Катей судорожно стали раздевать друг друга. Её платье упало на пол… Женя продолжал целовать грудь, потом стал опускаться с поцелуями ниже… Всё поплыло перед её глазами. Он подхватил молодую женщину и вновь приник к её груди.

— Пойдём в спальню, туда… — выдохнула она.

Они упали на кровать и продолжили взаимные ласки, пока не слились в одно целое. Стон наслаждения вырвался почти одновременно… Минуты три они лежали молча, остывая, приходя в себя. Евгений повернулся к ней, обнял, она прижалась к его разгорячённому плечу, вдыхая запах тела…

— Тебе хорошо?

— Мне ещё никогда не было так хорошо, — прошептала она… Потом она встала, накинула халат и прошла в ванную:

— Я сейчас…

Женя чуть помедлил, встал и тоже направился в ванную. Катя стояла под душем, невозможно соблазнительная и красивая.

— Давай, спинку потру, хочешь? — спросил он, глядя на неё с восхищением.

— Женя… ты там подожди! Что ты меня разглядываешь? Мне неловко…

Но он уже стоял перед нею под струями душа и целовал мокрое лицо. Он опять дрожал от нетерпения, отыскивая её губы…

— Какая ты вкусная и скользкая, как карамелька! За что же мне выпала такая радость?.. — и безумство любовных ласк повторилось заново.

… Вернувшись домой в третьем часу ночи, Евгений, сдерживая дыхание и боясь щёлкнуть ключом, чтобы не проснулась Муля, открыл дверь. Спавший у порога Ральф тяжело поднялся и завилял хвостом. Женя успокаивающе потрепал его по холке и на цыпочках прошёл в комнату, где, не зажигая света, быстро разделся и лёг в кровать.